Чтение онлайн

Обычно правительства отказываются применять силу, если есть риск гибели мирного населения. Это высокоморальный принцип. Но в реальности это означает, что террористы остаются безнаказанными, и что они будут убивать мирных людей вновь и вновь. Террористы могут рассчитывать только на одно: им сохранят жизнь, если они немедленно капитулируют. Правительства обязаны действовать именно так, чтобы защитить жизни своих граждан.

Разумеется, для того, чтобы энергично противодейство вать террористам, нужны специальные подразделения, которые успевают добраться до террористов раньше, чем те успеют убить заложников.

Террористы могут сначала ответить на жесткость правительства увеличением числа своих акций. Но вскоре их активность пойдет на спад.

Террористы боятся ответных действий. И решительность в применении силы оказывает на них сильное сдерживающее действие. Обычно в пример приводят тот же Израиль. В 70-е годы палестинские террористы постоянно брали израильтян в заложники, похищали их самолеты, захватывали школы с детьми и пассажирские автобусы. Израильское правительство всегда отказывалось выполнять требования террористов. Израильские спецслужбы и армейские отряды освобождали заложников силой, террористы обычно гибли.

Принципиальность израильского правительства в конце концов привела к тому, что заложников брать перестали. Не потому что палестинцы не в состоянии провести такую операцию. А потому что они поняли: операция неминуемо провалится, они сами будут или убиты, или арестованы. За малым исключением террористы хотят выжить и избежать наказания.

Но покончить с террором Израилю не удалось. Появилось новое поколение террористов. Они заложников не берут, они подкладывают бомбы и взрываются вместе со своими жертвами.

Справиться удается только с политическим терроризмом.

Почему они так любят деньги?

Появились новые террористы – с одной стороны, это фанатики-самоубийцы, которые взрывают себя вместе с врагами, а с другой, полутеррористы-полууголовники, которые террором прикрывают криминальные операции.

Террористы, совершающие громкие преступления, часто представляются бескомпромиссными борцами за идею. На самом деле террор давно превратился для них в выгодный бизнес. Их считают психопатами, свихнувшимися на терроре. И им действительно нравится убивать. Они с удовольствием рассказывают о том, скольких людей им удалось уничтожить. Они никому не верят и никогда не забывают об опасности. Они знают, что живы до тех пор, пока соблюдают все меры предосторожности.

Поскольку для террористов-камикадзе смерть слаще жизни, акции возмездия кажутся бессмысленными. Но это не совсем так, потому что их руководители вовсе не хотят умирать. Организаторы террора – и есть слабое звено.

Они предпочитают отправлять на смертельно опасное задание других, а сами хотят жить долго, потому что научились террором зарабатывать хорошие деньги и создали себе неплохую, вполне комфортную жизнь.

Терроризм – это в любом случае преступление. Даже если он начинается с чисто политических акций, он все равно заканчивается уголовщиной.

Чем больше терроризм сближается с уголовщиной, тем большую опасность он представляет для самого широкого круга людей. Если террористы начинают заниматься доставкой и продажей наркотиков, то они угрожают здоровью и жизни десятков тысяч людей. И это уже проблема не только политиков, но и всего общества.

Между террористами и уголовниками и раньше было много общего. Террористы всегда грабили банки и магазины, чтобы раздобыть деньги на новые операции. Но раньше это было средством, а не целью, как теперь.

Прежде международный терроризм в основном получал день ги, взрывчатку, оружие от государств, которые поддерживали террористов. В последние годы многие террористы стали сами зарабатывать себе на жизнь и увлеклись этим приятным занятием. Например, курдские или ирландские террористы от чисто политического террора перешли к тривиальным уголовным преступлениям. А с другой стороны, политическим террором занялись обычные уголовные преступники.

В прежние времена на Сицилии, где хозяйничает мафия, различные преступные кланы убивали друг друга. Теперь итальянская мафия атакует правительство, убивает политиков. Раньше это было невозможно. Мафия вмешалась в политику и занялась террором для того, чтобы защитить свои деловые интересы. Иначе говоря, произошло слияние чистого терроризма и чистой преступности, и появился новый очень опасный симбиоз.

Специалисты считают полутеррористической, полууголовной организацией Рабочую партию Курдистана. В Турции боевики этой партии, которая требует создания независимого курдского государства, убивают государственных чиновников и полицейских, а в Европу они ввозят наркотики с Ближнего и Среднего Востока.

Этим же занимается и Ирландская республиканская армия, террористическая организация, которая добивается отделения Северной Ирландии от Великобритании. Ирландская республиканская армия добывает в год примерно девять миллионов фунтов стерлингов. Террористы помогают мафии отмывать грязные деньги, занимаются рэкетом, грабят банки.

Во Франции террористы находят себе подручных, которые соглашаются подкладывать бомбы, среди обычных уголовников – воров, торговцев наркотиками, мелких грабителей.

Бывшие террористы целиком сосредотачиваются на добывании денег. Они полностью переходят в криминальный мир – со своими боевыми навыками, агентурной сетью, оружием. С ними труднее справиться, чем с обычными преступниками.

Полицейские в своих не стреляют

Новое поколение террористов – это объединившиеся в небольшие группы профессионалы, в основном религиозные фанатики. Они куда опаснее террористов старого типа, «красноармейцев» и других ультрарреволюционеров 70-х, вдохновлявшихся идеями марксизма-ленинизма.

Международный терроризм стал более сложным явлением. Операторы, которые руководят маленькими группами, объединенными единой целью, способны осуществить массированный удар даже по тщательно охраняемым объектам.

Каждая из этих групп – это тесно связанный между собой клан численностью в несколько сот человек. И лишь немногие из них посвящены в дела террора. Они редко говорят по телефону. Они почти ничего не записывают на бумаге. Единственный вид обмена информацией – разговоры в комнатах, где невозможно установить подслушивающую аппаратуру.

Они создали собственную эффективную контрразведку, способную противостоять проникновению спецслужб и полицейских осведомителей. У них есть все необходимое для боевых операций. Они действуют с редкой даже для террористов жестокостью и свирепостью.

Годы тщательной вербовки позволили террористическим группам создать широкую опорную сеть среди своих сторонников. Это ячейки приводятся в действие при проведении операции.

Каждая акция поручается отдельной ячейке, о которой другие члены организации ничего не знают. Им не разрешают встречаться друг с другом. Вся информация передается специальными курьерами. Даже когда одного из террористов ловят, они могут выдать лишь одного или двух товарищей по борьбе.