Чтение онлайн

Офицеры загомонили одобрительно, а Маша лишь выдохнула мечтательно:

– Мы с тобой их порвём там, как Тузик грелку! Как жаль, что я не буду видеть их лица, когда они будут в ужасе слышать моё имя!

БРИТАНСКАЯ ИМПЕРИЯ. АВСТРАЛИЯ. СУПЕРЛИНКОР «ПАНТОКРАТОР». ЗАЛИВ ПОРТ-ФИЛЛИП. 25 декабря 1921 года

Они шли через залив, отбивая одну яростную атаку за другой. Отовсюду, со стороны берега, с моря и с воздуха. Австралийская эскадра спешно отходила к Мельбурну, стреляя из всех своих орудий по вторгнувшимся в тихий курятник двум саблезубым тиграм. Системы противовоздушной обороны работали на всю силу, а вода вокруг эсминцев ПВО буквально кипела.

Рейд двух суперлинкоров прикрывала вся авиация русско-итальянской эскадры, действуя только и исключительно в интересах обеспечения этого рейда. Поэтому вокруг пары линкоров и пары эсминцев небо просто кишело от всякой авиации.

Обмен артиллерийскими ударами между суперлинкорами и австралийской эскадрой шел с переменным успехом. Было пару попаданий в «Пантократор» и одно в «Иоланду Савойскую», но Бог миловал, ничего серьезного не произошло, все системы работали нормально и корабли не испытывали никаких проблем ни с ходом, ни с манёвром.

А вот линейному крейсеру «Австралия» не повезло. Накрытие сразу тремя пакетами снарядов из главного калибра «Пантократора» заставило «Австралию» отвалить в сторону из строя и заняться борьбой за живучесть. И судя по явственному наклону на правый борт, там и помимо пожаров хватает сейчас. Во всяком случае, ход линейный крейсер потерял, и наступило столь неприятное для моряков состояние циркуляции, когда заклинивает рули, и корабль начинает ходить по кругу, словно та обреченная звезда, нарезающая круги около черной дыры, в гравитационный плен к которой звезда попала.

Убедившись, что австралийская эскадра не остановилась у подранка, а продолжила отход к Мельбурну, адмирал Ферзен приказал дать радио на «Австралию», предложив им добровольно занять места в шлюпках и покинуть обреченный корабль. И что у них есть четверть часа, после этого проходящие мимо русско-итальянские корабли «Австралию» потопят, вне зависимости от наличия там экипажа. Решение было очевидным, и Ферзен надеялся, что у австралийцев хватит благоразумия.

Отход вражеской эскадры к Мельбурну был очевидным и учтён в плане.

Опять возле корпуса «Пантократора» поднялись высокие буруны разрывов. Но на этот раз мимо.

После потери «Австралии» положение дел противника стало окончательно скверным. Суммарно восемнадцать орудий калибра 305 миллиметров на HMS Bellerophon и HMS New Zealand против шестнадцати 406-миллиметровых орудий суперлинкоров при значительно лучшем бронировании последних.

Могла сказать своё слово авиация противника, но не сказала пока. А пока вихрь воздушной битвы, пусть и ослабленной потерями с обеих сторон, начал смещаться в сторону Мельбурна.

На горизонте что-то крепко вспыхнуло и заклубилось ввысь черным дымом.

– Товарищ адмирал, срочное сообщение от наблюдателей в воздухе.

Адмирал Ферзен принял бланк донесения. А вот, собственно, и всё. Прямое накрытие HMS Bellerophon. Взрыв погреба. Линкор переломился и затонул менее чем через минуту.

– Радио от моего имени. Предложите им сдачу. Все корабли и суда покинуть, кингстоны открыть. В этом случае мы не станем ни в кого больше стрелять.

А чем им обороняться? Эсминцами? «Новая Зеландия» тоже с повреждениями, авианосец дышит на ладан, а больше там и нет ничего, достойного упоминания в приличном обществе.

БРИТАНСКАЯ ИМПЕРИЯ. АВСТРАЛИЯ. МЕЛЬБУРН. БУНКЕР ПАРЛАМЕНТА. 25 декабря 1921 года

Известие о прорыве в залив двух суперлинкоров вызвало настоящую ажиотажную панику в высших кругах армии, флота и чиновничества. Ни у кого не было ни малейших сомнений в том, что они сделают в заливе всё, что только захотят и никто их не остановит.

И вот прошел час, и Австралия практически потеряла весь свой надводный флот и большую часть своей авиации. Эсминцы ПВО русских оказались очень эффективными, во всяком случае они прорезали в воздушном строю австралийцев целые просеки, роняя в море одну летающую машину за другой.

Да и оставшаяся в океане эскадра тоже не сидела без дела. Русские и итальянцы обстреляли побережье и города там, потребовав немедленной сдачи. Все аэродромы и военные объекты там были уничтожены. И, судя по всему, такая же участь сейчас будет ждать и Мельбурн.

Полковник сэр Арчибальд Вейгалл быстро шел по тоннелю вместе с другими должностными лицами. Их ждал кортеж автомобилей, чтобы вывезти в безопасное место за городом. Туда же (и не только туда) везли ящики с секретными документами и прочие ценности.

Да, всё пошло как-то не так сегодня.

БРИТАНСКАЯ ИМПЕРИЯ. АВСТРАЛИЯ. МЕЛЬБУРН. ПАБ «РЫЖАЯ МОЛЛИ». 25 декабря 1921 года

– Приветствую вас, джентльмены. Остин, двум нашим гостям выпивку сегодня за счёт заведения.

Официант кивнул и, приняв заказ, удалился. Хозяин паба вздохнул и уточнил:

– Разрешите присоединиться?

И получив незамедлительное энергичное согласие, присел за стол. Остин уже поставил перед каждым новые кружки пива и полагающуюся снедь. Хозяин отхлебнул. По его лицу было видно, что ему нужно было перед кем-то выговориться или как минимум не остаться сейчас в холодной пустоте формальных отношений. И в самом-то деле, не с официантами же ему откровенничать!

Ларри отсалютовал радушному хозяину и добавил для приличия:

– Право слово, мистер Кэрри, заметив, спеша мимо, что ваше уважаемое заведение продолжает работать в такое непростое время, я удивился. В пабе имеются достаточно прочные подвалы, чтобы пережить обстрел?

Тот лишь крякнул.

– Нет, конечно, подвалы в этом старом доме имеются будь здоров. Кирпичные толстые своды, глубина опять же. Для пивных бочек, знаете ли, очень приятна температура несколько более низкая, чем летом на улице…

Он замолчал, явно пытаясь собраться с мыслями. Постояльцы ждали.

– Да, джентльмены, подвалы у нас, конечно, имеются. Хорошие, прямо скажем. И если начнётся обстрел, то там спрячемся не только мы, но и все постояльцы, соседи, прохожие на улицах и, если потребуется, то и их лошади. Но нет, джентльмены, я сегодня открыт не в связи с этим. Нет.

Кэрри отпил пива и начал свой рассказ:

– Мой предок был в числе первых поселенцев. Каторжником был, конечно. Не бобби же ему быть, верно?