Чтение онлайн

Нет, Шатан, конечно, меня раздражает, но это не значит, что каждый демон может вмешиваться в чужие дела.

– Если это твой ухажёр, девочка, то я надеюсь, что не все ведьмы имеют такой плохой вкус, – ответил демон.

– Если у всех демонов такой дурной тон, то я надеюсь, что вы не будете обременять меня своим обществом. У меня, знаете ли, очень много ведьмовских дел. Например, людей в лес утаскивать или зелья всякие варить.

Я сделала неуклюжий книксен, развернулась и уже собиралась уходить, как из центра зала начали доноситься душераздирающие крики.

Разглядеть, что там происходит, я не успела, так как чёрная, густая тьма поглотила всё помещение почти мгновенно.

Это может означать только одно – появление сумрачных бесов.

При одном упоминании о них у меня по коже бегут мурашки. Они – безжалостные убийцы, демоны, лишённые магического дара за свои преступления. Большинство из них начинают новую жизнь, искупая свои грехи, но есть и те, кто обращается к запретной магии.

Таким образом, магия, хоть и тёмная, возвращается к демонам. Однако цена за это слишком высока. Если демон слаб, тёмная сила поглощает его душу и со временем превращает в приспешника – отвратительное существо, которое теряет рассудок, но обретает способность пожирать чужие души. Зачем ему своя, если можно полакомиться чужой?

Из-за опасности император создал специальное элитное подразделение в имперской армии для борьбы с сумраками (как их обычно называют люди).

Благодаря этому подразделению, нападений и смертей стало намного меньше. Насколько мне известно, командующим этой гвардией является сын самого короля подземного мира.

Из бального зала до меня доносились лишь звуки: звуки битвы, скрещённых мечей и магических атак, а также крики горожан.

В моей голове хаотично мелькали какие-то слова. Я изо всех сил пыталась вспомнить что-то, что могло бы мне помочь.

– Vivida lux obtenebrescet perdentem rem illustret atque vias oculorum*, – произнесла я и вытянула руку вперёд. Как только на моей ладони появилась крупинка света, я начала рисовать ею круги перед собой.

Тьма слегка рассеялась, и перед моими глазами предстала картина сражения, в котором участвовали все, кто имел при себе хоть какое-то оружие.

Это был танец смерти, и на кону стояла чья-то невинная жизнь.

Я огляделась, пытаясь найти отца, но в толпе, которая спешила к выходу, его не было. Вероятно, он тоже покинул помещение.

Некоторые люди были ранены, но остальные помогали друг другу. Вскоре почти все покинули здание, кроме тех, кого уже невозможно было спасти.

Один из людей в толпе заметил меня. Он отличался от остальных. На нём не было капюшона и маски, которые почти полностью закрывали лица у других. Но на его лице был огромный шрам, который рассекал левую бровь и глаз, лишая его возможности видеть.

– Вот она! Немедленно приведите её сюда! – приказал он своим подчинённым, указывая на меня.

О чём это они? Неужели они имеют в виду меня? Нет, не стоит меня никуда тащить, мне и самой уже нужно бежать.

Как бы я ни пыталась, но дверь мне уже не открыть – её преградили приспешники.

Я не раздумывая бросилась к террасе. К счастью, она находилась на первом этаже, и перелезть через перекладину не составило труда.

Эти корсеты! Как же они мешают!

Собрав всю свою волю в кулак, я помчалась в сторону леса. Обернувшись назад, я увидела, как из облака чёрной мглы мгновенно появились два сумрака.

Что-то подсказывает мне, что эти парни пришли по мою душу.

______________________________

Vivida lux obtenebrescet perdentem rem illustret atque vias oculorum (Латинский) – яркий свет затмевает, разрушая реальность, и освещает путь глазам (Русский).

Бежать через густой лес, спасаясь от преследователей, оказалось сложнее, чем я думала. Ветви царапали кожу, оставляя кровоточащие следы, а корни сгнивших деревьев, торчащие из земли, замедляли мой бег. От моего платья остался лишь жалкий клочок ткани.

Тропинка внезапно оборвалась у большого лесного озера. Дальше идти было некуда, ведь я никогда не умела плавать.

Мои чары вряд ли могли бы сравниться с могуществом тёмных сил. Но я была бы никудышной ведьмой, если бы не могла хотя бы защитить себя. Это лучше, чем ничего.

Вдруг послышался шорох кустов, и моё уединение было нарушено. Теперь на меня смотрели не только два сумрачных, но и их приспешник.

– Да ладно вам, – вздохнула я. – У вас там что, портал в лесу? Откуда он взялся?

Я говорила всё, что приходило в голову, лишь бы отсрочить неизбежное.

Но мои собеседники не были настроены на разговоры. Один из них внезапно исчез в тёмном облаке, а затем так же неожиданно появился за моей спиной. Я не успела среагировать и перенаправить защиту.

Сумрачный приложил два пальца ко лбу и прошептал что-то. Его слова эхом разнеслись по лесу, хотя он говорил почти шёпотом. Птицы слетели с ветвей деревьев и разлетелись в разные стороны.

Я тяжело опустилась на землю, не чувствуя своего тела. Но я всё ещё была в сознании.

И только сейчас они решили заговорить со мной.

– Я слышал, что если убить ведьму, то магический резерв увеличивается, – сказал один из них. – Если ты сделаешь хоть одно ведьмовское заклинание, я проверю, правда ли это.

Он громко рассмеялся, наслаждаясь своей угрозой, пока другой сумрачный небрежно перекинул меня через плечо.

– Не стоит так обращаться с могущественной колдуньей. Если я разозлюсь, то могу взглядом превратить вас в пыль, – нагло солгала я в надежде напугать их.

Но как только я произнесла эти слова, словно по велению моих мыслей, из-за дерева вылетел чёрный шар с синими искрами. Он остановился, ударившись о лицо сумрачного, который шёл впереди.

Всё произошло так быстро и неожиданно, что я не сразу осознала, что происходит. Беса начала бить судорога, а на его лице появился ожог размером с ладонь. Через пару мгновений его бездыханное тело уже лежало на холодной земле, не имея ни малейшего шанса выжить.

Сколько же силы нужно, чтобы одним заклинанием уничтожить сумрачного? Я своим самым мощным не смог бы даже комара напугать.