Чтение онлайн

– Рак?
– Торн не поверил своим ушам.
– Вы ему ничего не сказали.

– Это забота его родителей и врача в школе. Мама и папа знали, что делали, когда зачинали мишлинга с риском такой болезни.

– Вы его можете исцелить?

Оками молчал.

– Я знаю, это нелегко, - сказал Торн.

Оками подошёл к нему и сделал такой жест, будто собирался взять за ворот, но как бы передумал и положил руку ему на плечо. Рука была тяжела, как железная.

– Зачем?

– Не стоит разбрасываться верными людьми. Пусть они даже нелюдские мишлинги.

Оками повёл рукой вокруг.

– В городе сорок миллиардов, Торн. В одной только столице. Народу с этим уровнем таланта - как песка. Зачем?

– Я прошу, - сказал Торн.
– Буду должен.

– Да?
– лицо имперского палача исказилось в ухмылке. От горелой плоти шёл серный запах.
– И чем ты отдашь?

– Передам Каю то, что вы говорили.

Оками глядел на него, словно не веря в то, что услышал, а затем занёс руку, словно для пощёчины. И что-то сделал - не совсем удар. В следующий момент Ариан обнаружил, что сидит на щебне, в волшебном временном кресле, похожем на Гэнов мост. Оками же стоял к нему спиной и звал детей.

...

– Позвоните его родителям, - объявил он, поднявшись с колен и стряхивая что-то с перчаток. Мальчик-мишлинг спокойно спал на земле, куда Гэн его уложил, голова ребёнка покоилась на сложенном тюрбане, и теперь Ариан видел, что тот действительно не чистокровный - щупы на его голове были помесью органов обеих рас.
– Пусть заберут его. И каждые полгода к доктору, на полный скан. В вашей школе есть доктор?

– Да, Оками-сама, - сказала девочка-лелу.
– Но у неё очень старые приборы, они часто ошибаются.

– Что это за школа?
– спросил Ариан.

– Смешанная, в дистрикте 17, сэр, - сказал кентаврик.
– Семнадцать - сто сорок четыре, так мы её зовём.

– Вам сменят медицинские приборы, - пообещал Оками.
– Империя даст вам новые.

Дети молчали. Для них это было слишком серьёзно, чтобы благодарить словами. Лишь их глаза безмолвно молились Гэну, полные почитания детские взгляды.

– Оками-сама пора идти, - сказал Ариан. Он протянул девочке-лелу свою визитку.
– Государственные дела. Я генерал Торн. Если вашему другу опять будет плохо, дайте мне знать. Я не так сильно занят.

...

Оками повёл флаер вертикально вверх, в видимый от подножий башен обломок неба, прочь от мёртвого Храма.

– "Ом нама Шивайя", - произнёс он.
– Ты это говорил утром, когда нанёс на лоб полосы из пепла, как делаешь каждый день. Что это значит?

– Поклонение Благому, - ответил Торн.
– Это мантра.

Всё сущее, живое и неживое, не мне, а Шиве. Но пепел, священный пепел долины Ганги в Раджасте, закончился уже давно. Шкатулка Ариана хранила только ничтожную долю, смешанную с обычным пеплом дерев, которые он жёг в кострах на Раньялоке.

– Ты дикарь, - объявил Оками Гэн, убийца своих соратников, разрушитель своего Храма.
– Цивилизованные люди не мажут кожу сажей под бессмысленные молитвы. Знаки и символы, как погоны, находятся на одежде.

Торн вынул платок и стёр трипундру со лба.

Оками промолчал, лишь насмешливо хмыкнув. Правильно, думай, что я податлив и жалостлив и никакой не Вишну, просто ещё один подчинённый.

Они летели назад во дворец. Гигантский город-термитник вокруг светился неисчерпаемым светом. Полосы, пятна падали через окно на чёрные доспехи Гэна, чёрную кожу его щеки и чёрную душу, расцвечивая мимолётно, на мгновенье.

– Большую часть налогов, на которые существуют школы, платят люди, - сказал имперский палач.
– Когда я увижу, как нелюдь искренне помогает людям за счёт своих - а не за счёт людей другим нелюдям, как сейчас - я рассмотрю возможность переоценки.

Оценивай как хочешь, главное, работать не мешай.

Ариан аккуратно сложил платок и спрятал в карман.

– fin -

Возвращение пуль

Третий рассказ Имперского цикла

...У шамана три руки

И крыло из-за плеча

От дыхания его

Разгорается свеча

И порою сам себя

Сам себя не узнаёт

А распахнута душа

Надрывается, поёт -

У шамана три руки

Мир вокруг, как тёмный зал

На ладонях золотых

Нарисованы глаза

Видит розовый рассвет

Прежде солнца самого

А казалось, будто спит

И не знает ничего...

(с) Пикник, "У шамана три руки"

1. Будущее

– Мэй-сан! Дорогая, - сказала шеф Имперской Службы Безопасности Йелена Сигурдотир, обворожительно улыбаясь, - мне пришлось искать вас по всему дворцу. Император - о, простите - адмирал просил вас зайти к нему в кабинет.

И аккуратно заступила Мэй дорогу к выходу.

– Торн пока ещё не коронован, - огрызнулась Мэй.

И не будет, пока я дышу. Она была не в настроении... не те слова. Больше всего ей хотелось вмазать под дых подлой эсбэшной суке, а когда та согнётся, наподдать коленом в носик. Мэй представила себе, как собнючка будет выглядеть с окровавленной разбитой мордой, и ей стало лучше.

– О, императора не коронуют, милая, - сверкала улыбкой Йелена. Половина её зубов с левой стороны сияла хромированной сталью - памятка о кратком, увы, аресте повстанцами.
– Это древний военный термин. Истинное значение титула - командир. Адмирал Торн, таким образом, несомненный император нашей чудесной банки со скорпионами, а коронация опциональна.