Чтение онлайн

— Я очень загадочный, да. Это у нас тоже взаимно.

— Ты без оружия, в антимагических оковах, едешь к барону, где тебя допросят и казнят. А я вернусь обратно на вечеринку в честь благотворительного вечера, допивать шампанское и мило улыбаться важным шишкам.

Вообще-то я честно хотел просто поговорить с бароном. Если бы он оказался вменяемым мужиком, то я даже готов был извиниться за то, что доставил ему хлопот, и возместить ущерб. Но, объективно говоря, каковы шансы, что человек, покрывающий мелкие уличные банды, торгующий наркотой, рабами и фальшивками, окажется вменяемым?

Не стану себя обманывать, я очень рад, что меня собираются пытать. Надеюсь, барон окажется конченой гнидой. Два в одном получится: и ответы выбью, и сильнее стану. Так еще и с чистой совестью обзаведусь трофеями. То есть три в одном выходит. Да что не так с мозгами-то? Нет, это точно предыдущий владелец тела пренебрегал тренировкой серой мышцы. И надо было мне такой геном развивать? Будь больше времени с шестью глазами, подправил бы и этот момент.

— Так а зачем мы тащимся к барону, который даже не приглашен на вечеринку? Разворачивай машину, поедем оба пить шампанское.

— Уже поздно, — уголок ее губ приподнялся, — мы приехали. Напомню, что у тебя был вариант ответить на вопросы по-хорошему. Теперь придется отвечать как обычно.

— Звучит очень скучно и банально. Пытать будут?

— Если продолжишь разговаривать в том же духе — возможно. Но если честно расскажешь, куда дел целых два кристалла первого ранга… Кто знает.

Так, значит, кристаллы здесь называют кристаллами, и система ранжирования аналогична общепринятой. Запомним.

Мы действительно заехали на территорию, как я понял, загородной усадьбы барона. Семьдесят два километра на юго-восток от города, почти по прямой. Тоже запомним.

А вот красотами здания насладиться не удалось из-за накинутого на голову мешка. Меня вывели из автомобиля двое громил, я ощущал в них малую силу, это когда мана и магия вроде и есть, но настолько слабые, что можно не принимать в расчет.

Ману я хоть и чувствовал, но работать с ней не мог. Я никогда не выпущу даже крохотной искорки из пальца, а какой-нибудь замшелый архимаг из отдаленного провинциального мирка спокойно может вызывать метеоритные дожди. Но любой полноценный Курьер заткнет такого архимага за пояс даже не напрягаясь, потому что мы работаем с энергией Потока. Поток первичен, он пронизывает все мироздание.

Правда, мне до полноценного Курьера теперь расти и расти. Снова.

— Как зовут? — спросил я, снова унюхав рядом запах духов Глухаря.

Тишина.

— Ой, да ладно тебе. Считай это последним желанием приговоренного.

— Светлана, — произнесла женщина.

— Какое красивое имя — и как же оно тебе не подходит. Вернее, твоей профессии. — Я сменил тон, став максимально серьезным, и добавил в голос приказа: — Не заходи в дом, Светлана. Садись в машину и уезжай как можно быстрее. Отправляйся обратно допивать шампанское и улыбаться важным шишкам. Если зайдешь в дом, обратно уже не выйдешь.

Это можно было принять за шутку, за угрозу, за розыгрыш, за блеф, за что угодно. Но это уже произносил не безоружный парень в антимагических кандалах. Это произносил шестиглазый последователь Амбера. Неважно, потерял я свою силу, неважно, знала ли об этом Светлана. Сильный сказал слово. Слабый его услышал.

Женщина замялась, неуверенно переступила с ноги на ногу и направилась куда-то в сторону. О чем-то коротко переговорила, сослалась на срочные дела и уехала обратно. Может, это и совпадение, а может, она просто умная девочка с хорошей чуйкой. Недаром держит в цепких коготках целый городок.

Меня же провели через усадьбу, спустили в подвал, затем еще ниже и наконец усадили на жесткий металлический стул, не забыв приковать к нему как следует.

Через семнадцать минут наслаждения сыростью и холодом кто-то соизволил посетить одинокого меня, чтобы развлечь. Мешок сняли, и я увидел полноватого мужичка в годах, с неприличным количеством седины в волосах. Судя по округлой морде и мешкам под глазами, жизнь у него была сытая, но нервная.

— Барон Тютчев, предполагаю? — вежливо улыбнулся я.

— Ваше благородие. — Удар пришелся мне ровно в затылок. — К господам следует обращаться «ваше благородие».

Я запрокинул голову и посмотрел на стремного тощего мужика, что стоял у меня за спиной.

— Тебя я убью первым.

Человек был местным магом, как их здесь принято называть — одаренным. Я ощущал его родство с тенями, но именно что родство. Это как же все хреново, раз я такого слабака не смог ощутить за собственной спиной?

Барон тоже был одаренным, но уже посильнее. Местную градацию рангов я не знал, но навскидку — барон бы уделал трех-четырех таких типов, как теневик за спиной. Я не ощущал родства с какой-либо стихией, планом или иным аспектом, так что не знал, в каком направлении работает его дар.

— Раз знаешь мою фамилию, — барон неспешно уселся в кресло напротив, — значит с самого начала знал, кому дорогу переходишь.

— Нет, что вы, ваше благородие. — Я оглядел серую камеру, в которую меня привели. Кресло явно не отсюда. — Просто недавно общался с одним старичком, который сказал, что барон Тютчев редкостный говнюк, а вы как раз похожи на редкостного говнюка, вот я и сложил одно с другим. Со всем уважением, ваше благородие.

— Желаете отлучиться на чашку чая, пока я проведу воспитательную беседу с нашим гостем, ваше благородие? — спросил теневик.

— Посланник будет с минуты на минуту, сейчас не до этого. — Тютчев спокойно проглотил оскорбления. — Где еще два камня, которые ты похитил из сейфа?

— А я бы не отказался от чашечки чая. Два сахара, дольку лимона, будь любезен. — Я снова задрал голову и посмотрел на теневика. — Да ладно тебе, чего ты так пыжишься? Тебе же через тени туда-обратно метнуться — две секунды.

— Давай ты ответишь на мои вопросы, — устало произнес Тютчев, — а я благородно пропущу стадию, на которой от тебя будут отрезать кусок за куском, пока ты не подохнешь?

— Не пропустишь. — Я мгновенно растерял всю веселость. — Потому что я по глазам вижу, ты только этого и ждешь. Момента, когда мы наконец останемся наедине и ты сможешь порезвиться вовсю.

Щека барона вздрогнула. Рот расплылся в хищном оскале, а во взгляде проскользнуло что-то недоброе

— Раскусил, чертяка. Жду не дождусь, когда мы уже закончим. С таким наглецами всегда интересно. Вы поначалу много говорите. А потом верещите.