Чтение онлайн

— А? Что? — Глаза Лизы округлились, и она, развернув свою драгоценность, принялась вертеть ее, разглядывая каждую трещинку. — Ты чего пугаешь? Все в порядке.

— Кхм, погоди. А что это вообще такое, по-твоему?

— Это фигурка божества древних племен из Южной Америки. Времена ацтеков. Племена поклонялись этому идолу и приносили жертвы. Она имеет колоссальную археологическую ценность.

Ага, поклонялись, поклонялись, а потом подумали — зачем поклоняться идолу, если можно поклоняться сразу духу? И запечатали на хрен на тысячу лет. Мне вот очень интересно, как они это провернули? Сколько янтарных эр надо втираться в доверие к духу, чтобы тот дал себя так обдурить?

Впрочем, он точно не первый и явно не последний.

— То есть все в порядке? — неуверенно спросил я.

— Да, не пострадала. Не знаю, что это за материал, но он довольно крепкий, скорей всего, имеет магическую природу.

— Несомненно. А ты не боишься, что люди барона снова попытаются тебя убить?

— Точно, — вспомнила она. — Посиди здесь, мне надо позвонить.

Елизавета ушла в другую комнату. Ее не было двенадцать минут и шесть секунд, долгий вышел разговор. Звукоизоляция здесь не лучшая, так что хоть я и не мог разобрать слов, но точно слышал извиняющиеся нотки в голосе девушки. Как будто ее кто-то отчитывал.

И тем не менее вышла Елизавета другим человеком. Спокойствие, уверенность, легкость. Так ведет себя тот, кому не о чем переживать.

Поэтому на биту, лежавшую у меня на коленях, она посмотрела скорее удивленно.

— Две тачки, — кивнул я в сторону окна, пережевывая при этом пирог. — Вошемь шеловек. Кхм. Восемь человек с оружием, все одаренные. Герб Симонова.

— Странно. — С полным безразличием Елизавета подошла к окну. — Быстро они пригнали основные силы.

— Ты не выглядишь напуганной.

— Отель их задержит. Да и вряд ли Симонов настолько отбитый, что пойдет против… Нет, он не самоубийца. Отморозок и тугодум, но не псих. Ну да, уже уезжают.

И действительно. Все восемь человек сели в машины, развернулись и умчались, даже наблюдателей не оставили.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — уточнил я.

— А надо? — улыбнулась Елизавета. — Вот, возьми. Двести рублей, как и обещала.

— Спасибо. — Я принял купюры и не глядя сунул в карман. — Сделка завершена, стороны выполнили свои обязательства.

— Хорошо. Не поверишь, мне даже как-то дышать стало легче. Вроде бы двести рублей — мелочь. А так тяготило.

— Поверю, поверю, — улыбнулся я. — Просто ты хороший и честный человек. За тебя, я так понимаю, можно уже не беспокоиться. А статуэтка?

— Это главный экспонат грядущей выставки, никто не будет пытаться красть что-то из имперского музея. Симонов против империи даже в такой мелочи лезть не станет.

— А кто заказчик?

— Да кто ж его знает. Какой-нибудь шизанутый аристократ-коллекционер. За меня тоже не переживай. Я еще пару лет в экспедиции не сунусь, хватит работы в лаборатории. А там уже утихнет все.

— Так ты археолог?

— Научный историк. Ну да, простыми словами археолог. Но я больше изучаю древности, а не откапываю их, хотя и такое случается. Даже не представляю, сколько секретов скрывает этот кусочек камня! Не терпится добраться до лаборатории, у меня будет всего пара недель до того, как передадим его музею.

— Ну, я рад, что все в порядке. Я тогда в душ. Кстати, а где тут душ?

— Гостевой там, — кивнула она на дверь.

Раз огненный дух ее не интересует, то все сложилось отлично. Вряд ли Орто нужна статуэтка на память, которая, по сути, была его тюрьмой долгие тысячелетия.

Душевая оказалась большой, кабинка огорожена полупрозрачным стеклом. К счастью, тут нашлись гостиничное мыло и шампунь с приятным запахом. Когда горячие струи воды начали смывать налипшую грязь, я ощутил настоящее блаженство. Надо почаще останавливаться в гостиницах. А еще лучше — купить передвижной душ. Интересно, есть такой?

Я простоял так двенадцать минут, просто наслаждаясь блаженством. Потом дверь скрипнула. Сквозь запотевшее стекло заметил фигуру Лизы. Точно она, я ведь чувствовал ее душу.

— Извини, я душ перепутал? Это не гостевой?

Кабинка открылась, и я увидел, что на девушке только гостиничный халат. Она наклонила голову, с интересом разглядывая меня. Ну, я не из стеснительных, к тому же на разработку всех деталей этого тела я потратил не одну сотню янтарных эр. Так что в каком-то смысле даже рад похвастаться.

Халатик упал на пол, Лиза шагнула ко мне, под теплые струи воды.

— В этом номере всего один душ, — лукаво ответила она, приближаясь вплотную. — Придется тебе потесниться.

Отвечать что-то не было смысла. Я обхватил тонкую талию и прижал девушку к себе.

Этот поцелуй отличался от первого. Теперь это был поцелуй девушки, которая просто рада, что теперь в ее жизни может быть еще много поцелуев. И она этим наслаждалась.

* * *

— Парень с пылающей битой? Не сияющей?

— Огонь. Бита была в огне. И вокруг все было в огне.

— Не белый свет?

— Огненный огонь.

Следователь Лимонов внимательно посмотрел на туповатого амбала перед собой и внезапно осознал, что в этом помещении сидят два туповатых человека. Потому что и сам Лимонов уже ничего не понимал.

Не успел он закончить с делом Тютчева, как его вызвали в поместье, принадлежащее барону Симонову. Тоже, между прочим, хороший спонсор, и не только Лимонова, но и всего отдела ЗПП-шников.

Благо Симонов хотя бы остался жив, но ситуация все же странная. И если вначале Лимонова дернули сюда в срочном порядке просто потому, что он был ближе всех, то теперь история стала сложнее.

Больше полусотни тел, в основном из гвардии Симонова, но хватало и слуг. Причем большинство слуг просто пропали без следа. Как успел выяснить Лимонов, это поместье использовалось в качестве тренировочного полигона, но даже так там было несколько десятков одаренных, которые…

— Давай еще раз. — Владимир Викторович потер виски. — Парень с огненной бейсбольной битой перебил полсотни гвардейцев?

— И медведь.

— Какой медведь?

— Огненный.

— Огненный медведь перебил полсотни гвардейцев?

— Нет, парень с битой… — Амбал замялся.

— А медведь?

— Вообще, там не было медведя.

— Ты же сам только что про огненного медведя говорил.

— Огненный медведь был, да, а самого медведя не было.

— А-а-а… — простонал Лимонов.