Чтение онлайн

– Я предусмотрел такой вариант, – не стушевался бригаденфюрер, сегодня его трудно было чем-нибудь прошибить. – Тогда мы просто сотрем начертанное возле тринадцатого пьедестала тайное имя фюрера – Книболо – и заменим его тайным именем рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. Я считаю, что это практически равноценная замена. А из списков претендентов на роль двенадцати жрецов подберем достойного кандидата – ведь место Гиммлера в круге освободится.

– Да, это выход, – согласился Зиверс, – рейхсфюрер не откажется поучаствовать в столь интересном процессе. О его тяге к мистике я знаю не понаслышке, как, впрочем, и вы, Карл. Так, – Вольфрам вновь заглянул в тетрадь Виллигута, – номер два – рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. Это естественно, – буркнул он себе под нос, разбирая мелкий убористый почерк бригаденфюрера, – кто еще? Вальтер Дарре, профессор Фридрих Хильшер, Герман Вирт, Вольфрам Зиверс… – бубнил глава «Аненербе» известные всему Рейху имена. – Что? – неожиданно изумленно воскликнул он. – Шарфюрер СС Отто Ран? А этот мальчишка как затесался в список? Ему не место рядом с такими зубрами!

– У него большой потенциал! – убежденно сказал Виллигут. – Поверьте мне на слово, Вольфрам, он еще отыщет нам Чашу Грааля!

– Так, – Зиверс взглянул на часы, – сейчас начнут прибывать действующие лица и зрители. Где расположим гостей?

– Для зрителей отведены места на балконе второго этажа. Поместятся все! А с высоты виднее, да и эффектнее будет.

На выходе из зала взгляд Зиверса зацепился за странно расположенный тринадцатый череп.

– Скажите, коллега, – поинтересовался Зиверс, – почему так необычно расположен центральный череп?

– Вы получали мой отчет и схему обряда? – уточнил Виллигут.

– Получал, но не вникал в детали. Если можно, то поясните хотя бы на пальцах.

– В основании черепа Митчелл-Хеджеса сделано что-то наподобие призмы, преломляющей свет. Лучи, попадающие на эту призму, выходят из глаз черепа. Даже если просто поглядеть в глазницы черепа, мы увидим в каждой из них отражение помещения. Все двенадцать черепов, образующих Круг Богини, ориентированы глазницами строго на эту призму. Когда солнечные лучи, преобразованные с помощью сосудов, то есть черепов, – поправился бригаденфюрер, – сольются в основании тринадцатого черепа, то вся энергия, полученная от обряда, должна изойти из его глазниц. А вот что произойдет дальше… – он лукаво подмигнул Зиверсу, – мы вскоре увидим своими собственными глазами.

Гости начали прибывать к десяти часам утра. Обряд должен был пройти ровно в полдень. Первым в сопровождении небольшой свиты прибыл рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. Зиверс и Виллигут поприветствовали одного из иерархов черного ордена СС неизменным «Зиг хайль». К большому разочарованию Виллигута, Гиммлер привез неутешительное известие о том, что фюрер расхворался и присутствовать на обряде не будет. Перекинувшись с рейхсфюрером парой слов, Виллигут увлек своего могущественного покровителя в замок. Вольфрам тем временем остался во дворе: встречать подъезжающих гостей. Следом за рейхсфюрером прибыл предводитель германского крестьянства Вальтер Дарре. Он улыбался и шутил, находился в прекрасном расположении духа.

– Что, Вольфрам, – иронично заметил он, – говорят, сегодня мы с вами станем участниками прелюбопытнейшего представления Вейстхора?

– А кто, позвольте вас спросить, разгласил столь секретную информацию? – так же шутливо ответил Зиверс.

– Земля, уважаемый Вольфрам, слухами полнится! – продолжал веселиться Дарре. – А кому, как не мне, истинному народнику, слухи собирать?

– Нужно будет сообщить в четвертое управление РСХА о подозрительной осведомленности Вальтера Дарре…

– В четвертое? – перебив Зиверса, заразительно расхохотался Вальтер. – Это в Гестапо? Мюллеру, что ли? Да вон он и сам! – Дарре указал на въезжающий во двор автомобиль. – Только вспомни о тайной полиции, она тут как тут!

Во дворе тем временем стало тесно от подъезжающих автомобилей. Обслуга едва справлялась с потоком машин, в воротах тем временем образовалась пробка. В Вевельсбурге собирался весь цвет Третьего Рейха. В глазах Зиверса пестрело от обилия парадных мундиров, золотых галунов, нашивок, железных крестов и дубовых листьев, начищенных до зеркального блеска сапог. Раз за разом он вскидывал руку, приветствуя вновь прибывших гостей орденского замка. Ему отвечали тем же, перебрасывались парой слов, поднимались по застеленной красным ковром парадной лестнице и исчезали внутри замка. Наконец поток машин начал иссякать и в конце концов сошел на нет. Приглашенные собрались. Во дворе, не считая застывших неподвижными истуканами охранников, остался только Зиверс.

– Вольфрам! – нетерпеливо окликнул оберштурмбаннфюрера выскочивший на улицу Виллигут. – Ты чего здесь? Пора начинать! Давай, не задерживай высоких гостей! Ты ж у нас в списке действующих лиц. Давай! Давай! – поторапливал он Вольфрама. – Вот возьми, – бригаденфюрер протянул Зиверсу бесформенный балахон из грубой ткани, принесенный кем-то из обслуги. – Надень.

Виллигут собственноручно накинул на голову оберштурмбаннфюреру глубокий капюшон, закрывший половину лица. И они вместе прошли в Главный церемониальный зал Вевельсбурга.

– Все очень просто, – шепотом на ходу наставлял Вольфрама бригаденфюрер, – по моей команде подойдешь к черепу и положишь на него руку. Повторяй за мной заклинание слово в слово. Затем, опять по моей команде, снимешь с черепа надетый на него мешок. Дальше – сам увидишь. Занимай свое место. И да пребудет с нами удача!

Зиверс встал напротив черепа, который указал Виллигут. По сигналу бригаденфюрера, также облаченного в черный балахон подобно остальным участникам обряда, слуги затушили факелы. Вольфрам вздрогнул от неожиданности: светились все тринадцать колонн с черепами. Старый пройдоха Виллигут оказался мастером в наведении мистического антуража: все хрустальные колонны освещались солнечными лучами, которые хитроумный генерал направлял с помощью специальных зеркал.

– Братья Жрецы! – раздался из темноты торжественный голос Виллигута. – Вытяните руки! Положите их на сосуды силы и призовите Великую Богиню! Пусть придет она и наполнит сосуды энергией! Повторяйте за мной этот призыв…

Вольфрам послушно положил руки на закрытую тканью черепушку. Четко и внятно повторял неизвестную белиберду, выдаваемую бригаденфюрером за формулу вызова. Но раз уж назвался…

– Братья! Снимите мешки и откройте сосудам глаза! – скомандовал генерал, и Вольфрам сдернул с артефакта мешок.

Зиверсу достался череп, целиком вырезанный из цельного куска дымчатого кварца. Плавные линии, четкие пропорции – настоящее произведение искусства. Но больше всего поразили Зиверса светящиеся глаза черепов. Артефакты так преобразовывали слабенький солнечный свет, что из прозрачных глазниц вырывались явственно различимые в темноте лучи. Они растворялись в полумраке зала, чуть-чуть не доходя до центральной колонны. Неожиданно на очередной высокой гортанной ноте заклинания солнечный свет, идущий сквозь колонны к черепам, начал набирать силу. Видимо, один из помощников Виллигута по его команде начал изменять угол зеркал, наращивая световой поток. Прозрачный кварц отчего-то помутнел, как будто наполнился густым белесым туманом. Зиверс едва не отдернул от камня руки, но вовремя сдержался. Ему показалось, что камень стал холоднее. Кончики пальцев Вольфрама занемели от холода. Похоже, что все участники обряда испытывали те же проблемы.

«Еще немного, – в смятении понял Вольфрам, – и я не выдержу!»

Неожиданно череп взорвался изнутри яркой вспышкой света. Ослепленный Вольфрам не увидел, как вспыхнули все двенадцать черепов, а из их глазниц вместо жиденьких лучиков в сторону центра брызнули настоящие потоки преобразованного солнечного света. Они пересеклись в основании тринадцатого черепа и слились в единое целое. Преломившись в хрустальной призме, сияние двумя мощными потоками вырвалось из глазниц древнего артефакта. Свидетели сего неординарного события ахнули в один голос, когда потоки света в мгновение ока прожгли каменный свод. Свечение усиливалось, тринадцатый череп завибрировал на подставке, она лопнула и рассыпалась мириадами острых осколков. Черепушка упала на пол…