Чтение онлайн

Конечно, теперь мне предстояло сознательно доверить вторжение в собственный череп нейрохирургу, который соглашается работать «забесплатно», что немного стремно. И возникает сомнения, что это на самом деле практикующий и опытный нейрохирург, а не любитель, обучившийся проведению операций на мозге по роликам на Ютубе. Но, с другой стороны, а куда деваться? На операцию к опытному «популярному» хирургу мне никогда не хватит денег, даже если Ма продаст квартиру и заложит в банк мою коллекцию марок. Да и не возьмется официально практикующий врач устанавливать в черепную коробку непроверенное и не утвержденное минздравом устройство. Которое, как я понял по некоторым оговоркам все того же Игоря Николаевича, работает не совсем непонятно на каких принципах. И немного утешало меня то, что нейрохирург имеет большую практику, и этот опыт уже несколько раз было успешно установлено «братьям нашим меньшим», то есть наиболее близким по анатомии к человеку существам: свиньям. Вот только эти пациенты так и не смогли толком объяснить доктору, какими получились результаты, с точки зрения пациента.

В общем, когда Ма разложила все вещи в тумбочке и продукты в холодильнике (который тоже нашелся в моем «люксе»), в палату вошли два человека. Один, судя по походке и одышке, тот самый Игорь Николаевич. Второй чуть легче по весу, с более уверенной походкой. И, похоже, повыше ростом. Так что, если первый – пухляш с одышкой (и, почему-то, воображение рисовало его в очках), второй представлялся этаким высоким и жилистым мужчиной, спортивного сложения и с волевым лицом.

Игорь Николаевич представил его как Константина Викторовича, того самого хирурга, который сумел самостоятельно «доработать» представленный для исследования прибор.

– Ну, здравствуйте, Виталий, – голос у Константина Викторовича был под стать образу: уверенный, строгий баритон. С характерными «лекторскими» интонациями. – Официально я не хирург, а преподаватель физиологи в Зооветакадемии. А раньше, до всего этого бардака, работал в Институте Радиоэлектроники, в отделе… в общем, мы с коллегами занимались некоторыми аспектами космической медицины. Если у вас есть сомнения в моей профессиональной компетентности как хирурга (все-таки мне предстоит копаться в ваших мозгах) …

– В том, что осталось от моих мозгов, – влез я с поправкой.

– Ну, формально вы правы, но в настоящий момент большую часть функций ваш мозг все-таки выполняет. Вы можете дышать, глотать, двигать рукой (пусть пока только одной, но вполне возможно, функции смогут восстановиться самостоятельно: подобные примеры медицине известны). То есть вы сильно рискуете. Любое хирургическое вмешательство, даже банальная операция по аппендэктомии (аппендицит) представляет собой угрозу здоровью пациента. А тем более операция, затрагивающая мозг. Всегда имеется шанс, что в ходе процедуры ситуация может ухудшится. Я не пугаю, просто обязан предупредить о возможных последствиях. Могут быть затронуты пока еще действующие кластеры мозга: слух, понимание речи, даже управление физиологическими функциями, вплоть до глотательного рефлекса и дыхания. Ну, не говорю уже о слухе и кинэстетическом чувстве. Кроме того, вынужден предупредить, что, хотя общий результат работы нашего устройства мы понимаем, но сам принцип, на котором работает устройство, нам до конца не понятен.

– То есть? Мне сказали, что это «волшебное устройство», которое способно восстанавливать деятельность отдельных кластеров мозга…

– Все это так. Устройство и в самом деле каким-то образом активирует и запускает в работу мозговые кластеры, перезапускает работу этих кластеров и заставляет работать эти перезапущенные нейронные связи и переподключать новые кластеры на выполнение функций, утраченных в результате физических повреждений. Мы даже выяснили, что инициируются эти процессы особыми электромагнитными колебаниями, возникающими в результате внутримозгового авторезонанса. И даже выяснили, что за генерацию такого резонанса отвечают особые пьезокристаллические компоненты кристалла, на основе которого устроен прибор. Мы даже научились создавать усилительные схемы, на основе «мягких полупроводников» и органических нейроноподобных структур. Но сам основной принцип, за счет которого возникают эти поля и колебания, мы, четно говоря, так и не поняли.

– То есть, вы собираетесь засунуть мне в череп железяку, принципа работы которой вы не понимаете?

– Ну, почему же не понимаем? Как она работает, мы понимаем хорошо. Система фиксирует колебания, возникающие в ходе работы мозговых кластеров. Затем она воспроизводит аналогичный сигнал, усиливает его и происходит авторезонанс, усиливающий работу кластеров. (Если вы знаете, как работает система радиоэлектронной борьбы с самолетным локатором, то здесь принцип примерно тот же, только там излучение идет в противофазе, подавляя сигнал, а здесь идет автоусиление сигнала (или возникает положительная обратная связь). Но вот что это за структуры и что это за минерал, мы так и не поняли. У некоторых наших консультантов из области геологии даже сложилось впечатление, что это минерал астероидного происхождения.

– Внеземного происхождения? Инопланетный? Технология инопланетян?

– Вряд ли. Просто соотношение изотопов того же кремния и углерода не характерно для любых земных ископаемых и минералов. Но более подробных исследований мы не проводили. В конце концов, это было не наше дело. Перед нами ставилась задача довести замеченный эффект до видимого результата. И, смею надеяться, нам это в конце концов удалось! А благодаря большой практической базе, которую предоставила в мое распоряжение Академия, мне лично удалось разработать технологию внедрения устройства в мозг живого существа. И методика в достаточной мере отработана. Так что я даю процентов 90 на успешность операции и приживления импланта.

– А что оно собой представляет? Железная коробочка? А как насчет батарейки? Ведь генерация сигнала требует энергии, насколько я помню базовые законы физики?

– Нет, «железа» как такового там нет. Устройство представляет собой желеподобную субстанцию, равную по плотности мозговому веществу, размером с небольшую вишенку. Она биологически нейтральна, отлично приживается и не вызывает отторжения. Сам кристалл имеет размеры около 12 мм и весит несколько граммов. Конечно, вам не рекомендуется после операции кататься на центрифуге, заниматься боксом, получать удары по голове, попадать в автомобильные аварии… но этого я бы и до операции никому не рекомендовал. Кроме того, как показывают результаты МРТ, в вашем случае размер и форма утраченного мозгового вещества почти полностью совпадает с объемом, необходимым для установки импланта. Более того, в Вашем случае даже трепанацию черепа (то есть пилить кость черепа) делать не придется. У вас уже часть черепа заменена на титановую пластину, которую достаточно просто приподнять, чтобы установить внутрь имплант. Так что нужно просто установить внутрь черепа имплант, закрыть крышку и ждать результата.

– А потом эта штука прирастет на место и перехватит функции мозга?

– Нет, это устройство активирует оставшиеся ресурсы мозга и настраивает их на новые возможности…

– Что за новые возможности?

– Ну, это пока гипотетические предположения. Вы ведь понимаете, мы не могли точно определить на наших пациентах, насколько увеличился у них интеллект при использовании такого мозгового импланта. Хотя в некоторых случаях отмечены признаки возрастания IQ у подопытных свинок. Хотя мы больше следили за восстановлением базовых функций, и восстановления тех задач, которые выполняли ампутированные кластеры мозга. Сами понимаете, заставить поросенка решать задачи по геометрии или играть на скрипке не получилось. Хотя ставший в последнее время стандартный тест на управление джойстиком при помощи пятачка, и умения свинки играть в компьютерную игру показали положительную тенденцию. Но, как вы понимаете, долго такой опыт не продолжался по чисто техническим причинам.

– Понятно, ставшую слишком интеллектуальной хрюшку пускали на шашлык. С формулировкой «Он слишком много знал». Надеюсь, со мной такого вы проделывать не собираетесь? Ну, чтобы посмотреть, что именно изменилось в мозгах? Кстати, насколько прочно этот имплант в голове закрепляется? Фиксируется шурупами к черепу или держится на трении?

– Принцип тот же, что и у грудного или ягодичного имплантанта. Держится так же прочно.

– А камешек на мозги не давит?

– Нет, не давит. Строго говоря, там два кристалла: один, собственно, генерирует ЭМ колебания, а второй – пьезокристалл. Эта пара служит прототипом «вольтовой пары». Вы ведь знаете, как выглядел изначальный «вольтов столб»?

– Пара круглых электродов из разных металлов, кажется, медь и цинк, между которыми располагается прослойка из и ткани или кожи, вымоченной в кислоте? Между ними возникает ЭДС, которую можно использовать в качестве источника питания…

– Да, в целом так. И вот благодаря такой «вечной» батарейке, осуществляется питание импланта. И он начинает работу по восстановлению функций мозга и, возможно, развития новых способностей. На которые рассчитывал заказчик. Что это должны быть за способности я, сразу скажу, не знаю.