Чтение онлайн

Сестра долго смотрит на меня. Потом ее глаза наполняются слезами, но она улыбается.

— Поняла.

Лиса вытирает щёки тыльной стороной ладони и снова тянется к вещам.

— С ума сойти. У меня никогда столько не было. Я даже не знаю, куда это всё складывать.

— Разберёшься, — улыбаюсь я. — Кстати. Ты завтра в офис к Имрану выходишь?

Алиса заметно напрягается, но в глазах вспыхивает интерес.

— Да. Он сказал в девять быть. Лина, я так боюсь! Я никогда не работала секретарём. Вдруг я что-то напутаю? Вдруг он пожалеет, что взял?

Я закатываю глаза. Это уже прогресс — раньше она вообще отказывалась, говорила, что не справится, что лучше дома сидеть. Имрану пришлось лично с ней разговаривать. Он тогда зашёл вечером на кухню, сел напротив и сказал спокойно, без лишних эмоций, что ему нужен человек, которому он доверяет. Который не сольёт информацию конкурентам и не будет строить глазки партнёрам. И что она подходит. Научат ее всему…

Конечно, Алиса растерялась. Все говорила, что не справится, но упрямству Карахан нет предела. Если он чего-то хочет… Обязательно добивается.

После этого Алиса перестала спорить.

— Не пожалеет, — говорю я уверенно. — Ты умная, ответственная, быстро учишься. И потом, ты идёшь не к чужому дяде, а к моему мужу. Если что — я ему голову оторву.

— Ладно, уговорила. Пойду душ приму и лягу пораньше. Завтра в семь вставать.

Она хватает махровый халат и убегает в ванную. Я смотрю ей вслед, чувствуя, как в груди разливается тепло.

Раньше она постоянно была грустной. Ходила по дому как тень, боялась лишний раз слово сказать, на звонки вздрагивала, думала, что отец объявится. А сейчас — смеётся, планирует, выбирает наряды. Живёт.

Выдохнув, смотрю на наручные часы. Почти семь. А мы сегодня вечером должны ехать к родителям Имрана. Давно пора — они зовут и ждут. Но то больница, то переезд Алисы, то работа. Имран терпеливо ждал, никогда не давил. И вот мы наконец решились.

Сегодня откладывать нельзя. Ведь обещали.

— Алиса! — кричу, остановившись у двери ванной. — Я побежала вниз, переодеваться. Вечером к родителям Имрана ехать. Если что — звони!

— Ой, точно! Удачи! Познакомишься наконец. Передавай привет, — слышу в ответ.

— Передам. Вещи разбери, не оставляй на завтра!

— Есть, капитан!

Захожу в нашу квартиру и сразу слышу голос Имрана. Он в кабинете, говорит по телефону.

Прохожу в спальню, открываю шкаф. Что надеть? Его мама... Я видела её пару раз на фотографии, но толком не общалась. Муж как-то рассказывал, что она строгая, но справедливая. Отец Имрана, Тимур, мне уже понравился при встрече в офисе. А вот мама — загадка.

Перебираю вещи. Не слишком вызывающе, но и не скучно. Платье? Слишком официально. Брюки? Слишком по-деловому. Останавливаюсь на тёмно-синем свитере крупной вязки и юбке-миди. Тепло, уютно, но элегантно. Волосы распущу, минимум макияжа.

Пока переодеваюсь, думаю о том, как всё изменилось за эту неделю. Мама стабильна, врачи говорят, есть положительная динамика. Алиса в безопасности. Отец затаился — Макс следит за ним, пока ничего не предпринимает, но это затишье перед бурей. Имран же рядом. Всегда. Я так привыкла к его заботе, что… Даже не знаю, что со мной случится, если его вдруг не станет в моей жизни.

Думать об этом не хочу, но мысль подкрадывается совсем неожиданно.

Выхожу из спальни, на ходу поправляя рукав. Имран уже закончил разговор, стоит в коридоре, прислонившись к стене и что-то читая в телефоне. Услышав шаги, поднимает голову.

Скользит взглядом по волосам, по лицу, опускается ниже, возвращается обратно.

— Так и будешь рассматривать? — не выдерживаю я.

— Буду, — отвечает он просто. — Ты красивая.

Щёки теплеют. Глупо, мы уже столько всего пережили вместе, а он всё ещё умеет смущать меня одним взглядом или словом.

— Поехали, — говорит он, отталкиваясь от стены. — А то мама мне уже три сообщения отправила. Беспокоится, что мы не приедем.

— Но сегодня мы не отменим эту встречу… — улыбаюсь я.

— Не отменим. — Он берёт мою руку, подносит к губам, целует костяшки. — Отец матери столько о тебе рассказывал, что ей уже не терпится с тобой познакомиться.

Машина выезжает из подземного паркинга. Вечерний город встречает нас тысячами огней — фонари, витрины, фары встречных машин. Я сегодня спокойна, никакого волнения или же тревоги.

Имран ведет машину одной рукой, второй переключает передачи.

— Знаешь, о чём я сейчас думаю? — начинаю я.

— О чём? — поворачивается ко мне на секунду.

— Об Алисе. Она так переживает из-за завтрашнего дня. Буквально трясется. Вдруг я, говорит, что-то напутаю, не справлюсь. Вдруг ты пожалеешь, что взял её. Боится очень.

Имран усмехается.

— Москва не сразу строилась. Никто с первого дня идеальным секретарем не становится. Научится. Не стоит переживать, Алина.

— Ты правда так думаешь?

— Уверен. — Он бросает на меня очередной быстрый взгляд. — Она умная девочка. Просто забитая. Ей нужно время, чтобы расправить плечи. И немного веры в себя. Слишком много думает, боится за мать. Ну и отца ждет подвоха, что ожидаемо. Ей нужно отвлечься.

Буквально пялюсь на профиль мужа. Чёткая линия челюсти, спокойные глаза, уверенные руки на руле.

Боже, я так благодарна ему… Так сильно, что благодарность, кажется, не помещается в груди. За Алису, которую он вытащил из того кошмара. За маму, которая под охраной и с лучшими врачами. За то, что рядом с ним я перестала бояться. Благодарна за то, что он просто есть в моей жизни.

— Имран, — шепчу я.

— М?

— Спасибо тебе.

Он поворачивается, смотрит вопросительно.

— За всё, — поясняю я. — За Алису. За маму. За то, что ты... такой. Я даже думать боюсь, что было бы, если бы ты не появился тогда. В тот день. Если бы не ворвался в мою жизнь.

Он молчит несколько секунд. Потом его рука отрывается от руля, накрывает мою ладонь, сжимает.

— Я никуда не собираюсь исчезать. Привыкай.

Безумно приятно слышать эти слова. Потому что знаю, что это не пустые слова, а обещание. Он действительно будет рядом. Всегда.

Глядя на проплывающие мимо дома из окна, думаю о том, какой была моя жизнь всего несколько месяцев назад. Бесконечный страх. Давление отца. Ощущение клетки, из которой нет выхода. И тот отчаянный шаг — брак по контракту с чужим, холодным человеком.