Чтение онлайн

А как обстоит дело в Санкт-Петербурге? Оказывается, что в отношении ВИЧ-инфекции Питер впереди всей России. В последнее время как о факте само собой разумеющемся говорят о переносе ряда столичных функций из Москвы в город на Неве. Туда один за другим наезжают высокопоставленные гости, там проводятся саммиты, открываются ассамблеи, строятся фешенебельные дворцы. Все это не мешает тому, что Санкт-Петербург занял первое место в России по числу зарегистрированных ВИЧ-инфицированных граждан! На начало 2004 г. здесь проживало около 30 тыс. ВИЧ-инфицированных. При этом ежемесячно в городе вирусом иммунодефицита заражаются до 300 человек. И хотя угроза заразиться СПИДом для регулярно посещающих город на Неве VIP-персон минимальная, репутация Санкт-Петербурга оказалась явно подмоченной.

За период с 1998 по 2002 гг. уровни ВИЧ-инфекции среди беременных женщин увеличились в Санкт-Петербурге в 100 раз, тогда как по России в целом на порядок ниже. Город на Неве стал лидером и по распространенности ВИЧ среди проституток: в конце 2003 г. ВИЧ-инфекция была обнаружена у 48 % обследованных женщин, предоставляющих секс-услуги. В Москве и Екатеринбурге этот показатель значительно меньше — 14–15 %. Специалисты даже находят некоторые объяснения этому. В Москве, судя по данным проведенного анкетирования, состав женщин, занимающихся уличной проституцией, постоянно обновляется за счет приезжающих из стран СНГ женщин. В основном это жительницы стран бывшего СНГ, где ВИЧ-инфекция пока не получила серьезного распространения. А вот в Санкт-Петербурге же наоборот — коммерческим сексом занимаются в основном местные жительницы. Что касается Екатеринбурга, то здесь сочетаются в себе обе тенденции: стабильный собственный контингент екатеринбургских «ночных бабочек» активно пополняется за счет прибывающих на Урал женщин из Казахстана, Таджикистана.

Если верить социологам, каждый россиянин в среднем имеет от 3 до 8 близких ему людей. То есть проблемы, связанные с ВИЧ, так или иначе затронули уже от по крайней мере от 900 тыс. до более чем 2 млн. наших сограждан. Они несут вполне определенные личные потери от эпидемии — экономические, социальные, психологические. Умерло в России от СПИДа вроде бы пока немного (если это слово в данном контексте уместно) — около 4,5 тыс. человек. Но по прогнозам, в 2005–2010 гг. погибнет значительно большее число российских граждан, и одной из причин этого является то, что большинство заразившихся вирусом россиян инфицировались лишь после 1995 г. и «еще не дожили до развития СПИДа». Так что, к сожалению, все страшное еще впереди.

Сложности борьбы с заболеванием объясняются не только проблемами в его диагностике на ранних стадиях и неэффективностью существующих средств лечения, но и порой весьма простыми причинами — элементарным отсутствием достаточного количества финансовых средств. Эти средства требуются как на лечение, так и на профилактику заболевания. B частности, если не проводить необходимой химиопрофилактики ВИЧ-инфицированных беременных женщин, то в 50–75 % случаев ВИЧ не передастся малышам, но при соответствующей профилактике риск заражения снижается до 4–8 %, а порой и до 1 %. Ежегодная стоимость такой профилактики в России составляет 90 млн. рублей. Специалисты оценивают, что если не будут найдены соответствующие средства и не будет налажена необходимая профилактика СПИДа, то в ближайшие 10 лет около 5 млн. россиян погибнет от этой болезни! Страшно даже подумать.

Пять миллионов долларов, выделяемые в России ежегодно на проблему СПИДа, — смехотворно малая сумма. Конечно, для борьбы с этим ужасным заболеванием нужны во много раз большие финансовые средства. B США на подобные цели ежегодно выделяется 5 млрд. долларов. Однако реальные финансовые возможности государства со счетов не сбросить. Проект федерального бюджета РФ на 2004 г. предусматривает существенное увеличение расходов на борьбу со СПИДом и наркоманией в России. Однако суммарные расходы даже с учетом кредита Всемирного банка не превысят, по-видимому, 30–40 млн. долларов в год. Таких средств явно недостаточно для того, чтобы сдержать эпидемию СПИДа в нашей стране. Для сравнения, в Бразилии — стране, которая сопоставима по размерам и по уровню жизни с Россией, государство тратит на борьбу со СПИДом 1 млрд. 780 млн. долларов в год. Эта цифра составляет две трети всего бюджета здравоохранения России. Вполне понятно, что мы не можем себе позволить такую роскошь. Но надо что-то делать! В конечном итоге можем потерять большее.

Эпикур как-то сказал: «Самое ужасное из зол, смерть, не имеет к нам никакого отношения; когда мы есть, то смерти еще нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет». Можно, конечно, и так размышлять. Но если не философствовать, а взгянуть на сложившуюся ситуацию реально, потеря миллионов людей от СПИДа — жуткая трагедия, развертывающаяся на наших глазах.

Наблюдения врачей за первыми пациентами с диагнозом приобретенного иммунодефицита показали, что у ранее совершенно здоровых молодых мужчин вдруг стали появляться болезни, которые прежде обнаруживали преимущественно у новорожденных недоношенных младенцев (врожденный иммунодефицит). Врачи установили, что у этих молодых людей снижение иммунитета — иммунный дефицит — не было врожденным, а было приобретено уже в зрелом возрасте. Поэтому болезнь в первые же годы после ее обнаружения стали называть СПИДом — синдромом приобретенного иммунного дефицита. Но на самом деле СПИД — это только поздняя стадия ВИЧ-инфекции, когда у зараженных ВИЧ возникают серьезные нарушения, грозящие смертью.

Нередко считают, что все равно как сказать: что у человека СПИД или что у него ВИЧ-инфекция. Для большинства людей ВИЧ и СПИД — фактически одно и то же. Однако здесь есть принципиальное отличие, и его обязательно нужно знать! Люди, зараженные ВИЧ, называются ВИЧ-инфицированными, или ВИЧ-положительными, или людьми, живущими с ВИЧ. СПИД — это болезнь, вызываемая ВИЧ, но которая может возникнуть спустя много лет после заражения. Человек, больной СПИДом — это человек на грани смерти, а просто ВИЧ-инфицированный — это человек, который может жить еще много-много лет. У умирающего уже нет никаких планов, а ВИЧ-инфицированный может работать, обеспечивать себя. Он может любить, его могут любить. Вот в этом разница. «Коварство» вируса в том, что под его воздействием иммунодефицит развивается не сразу, иногда даже спустя 5—14 лет после заражения в зависимости от сопротивляемости организма. Поэтому между заражением и смертью человек может успеть сделать много как хороших, так и плохих дел.

Следует отметить, что, согласно статистике, СПИД развивается не у всех, кто инфицирован ВИЧ. Это и понятно: значительная часть инфицированных умирает по многим другим причинам задолго до того, как у них разовьется СПИД. Смерть может наступить в результате инфаркта или инсульта, при передозировке наркотиков, как осложнения гепатитов (цирроз и рак печени), а также при травмах, несчастных случаях и многом другом. Но если после инфицирования ВИЧ человек не пострадал от других возможных опасностей, то в конечном итоге СПИД наступает практически неизбежно. Здесь только вопрос времени. Свое черное дело он осуществляет хотя и не быстро, но тем не менее верно, приводя со 100 %-м успехом к смертельному исходу.

Однако реальная картина течения болезни довольно сильно отличается у разных пациентов. B этот процесс вмешивается большое число разных дополнительных факторов: генетические особенности человека, условия обитания, питания, физическое состояние, состояние иммунной системы, вариант (штамм) инфицирующего вируса и многое другое. По этой причине нет однозначной и абсолютно четкой картины развития СПИДа. Для каждого инфицированного она индивидуальна и порой отличается у разных инфицированных людей весьма и весьма значительно. СПИД в этом отношении не уникален. Еще много лет назад знаменитый врач С. П. Боткин подчеркивал необходимость развернутого диагноза, так как название болезни само по себе, как правило, представляет лишь «кличку», которая не характеризует особенности протекания данного заболевания у каждого конкретного человека. Однако СПИД не имеет аналогов по разнообразию клинических проявлений. По этой причине английский исследователь Д. Спил сказал: «Чтобы оценить клинику СПИДА, необходимо знать всю медицину».

Тем не менее развитие и протекание СПИДа имеет некоторые общие моменты для подавляющего числа ВИЧ-инфицированных. Большая часть людей после заражения ВИЧ в самый начальный период чувствуют себя совершенно нормально. Лишь через 2–6 недель некоторые из них (хотя далеко не все) заболевают чем-то вроде гриппа или ангины, что выражается симптомами, схожими с острой респираторной инфекцией: непонятное повышение температуры, ночная потливость, увеличением лимфатических узлов, лихорадкой, сонливостью, недомоганием, головной болью, болью в глазнице, светобоязнью, различными видами сыпи, кашлем, насморком (рис. 22).