Чтение онлайн

Могущественной императрицей, которая в течение более чем полувека оказывала влияние на правителя и сама находилась у власти, была У Цзэтянь (У Чжао), скончавшаяся в 705 г. в возрасте восьмидесяти одного года. Ее возвышение началось самым скромным образом с должности наложницы пятого ранга («цай жэнь») при дворе императора Тай-цзуна. Ее взяли в гарем всего лишь четырнадцати лет от роду, но прощаясь с плачущей матерью, она проявила присущую ей зрелость суждений: «Зачем ты плачешь, коли я выбрана, чтобы родить детей Сыну Неба?» — спросила У Чжао. Такая наивность вряд ли могла успокоить мать, которая знала, что обзаводиться детьми разрешают лишь ограниченному числу наложниц (а евнухи не покладая рук производят аборты).

Войдя в гарем, У Чжао получила прозвище Раскрасавицы У и в возрасте шестнадцати лет была назначена прислуживать при августейшем туалете. Ее обязанностью было стоять подле императора, когда тот справлял малую нужду, и держать чашу с водой, чтобы он мог тут же прополоскать пальцы. Древняя книга «Чжао хоу и ши» (эпохи Сун) сообщает по этому поводу, что как-то по небрежности император замочил кайму халата, и тогда Раскрасавица У тут же предложила принести ему другую одежду. Тронутый ее участливостью, император попросил девушку поднять глаза, всегда скромно опущенные, и, заметив ее свежесть и красоту, произнес: «Нет, эта испачканная одежда будет напоминать мне о нашей встрече». Он был так возбужден, что слегка шлепнул рукой по воде, которую та держала: «Я брызгаю водой на твои напудренные щеки», — прошептал он. Это было одно из традиционных выражений, обозначающих половое влечение, и девственница тут же дала подходящий ответ: «Я приветствую Небесные Тучки и Дождик».

Они сыграли в Тучку и Дождик на кушетке в туалете, после чего император присвоил ей титул наложницы третьего ранга, и она получила новое прозвище Самой Элегантной Красавицы У. Все это обусловило ее переход из туалета на службу в сам дворец, но не в качестве одной из любовниц для императорской спальни, а с менее важными обязанностями, тем более что девушка имела привлекательную склонность к их исполнению. Ее шансы на дальнейшее продвижение были ограничены, поскольку конкуренция на верхних ступенях гаремной иерархии была велика, и, несмотря на всю мужскую потенцию императора, могли пройти годы, прежде чем она снова обрела бы возможность участвовать в августейшем соитии. Случай, изменивший ее судьбу, произошел, когда император заболел. Вместе с другими наложницами ее скрывали от глаз посторонних мужчин, за исключением евнухов, но недуг, поразивший императора, был столь серьезным, что его сын, наследный принц Ли Чжи, поспешил к постели отца. Выйдя наконец из его покоев, он столкнулся с Самой Элегантной Красавицей У, ожидавшей снаружи. Несмотря на свое сыновнее почтение, он почувствовал влечение к ней, остановился, чтобы спросить ее имя, а затем удалился к себе.

Вслед за тем начались тайные встречи наследного принца с наложницей третьего ранга. Сообразив, что жить императору осталось недолго, У Чжао решила, что ее будущее зависит от его сына. Император вскоре скончался, место его на троне занял, как и полагалось, наследный принц. Однако Самая Элегантная Красавица У позабыла об одном обычае двора. Дело в том, что новому императору запрещалось брать себе в гарем наложниц своего предшественника. Поэтому-то У Чжао не удалось занять место одной из фавориток. Вместе с другими женщинами Тайцзуна ей обрили голову наголо и заточили в буддийский монастырь Гань Янь. В то время девушке было двадцать четыре года, и всю свою оставшуюся жизнь ей предстояло пробыть монахиней.

Новый император принял имя Гаоцзун, но самое начало царствования тут же осложнилось злобной ссорой его жен. Две из них больше других претендовали на ранг императрицы, а император с тоской вспоминал нехитрые радости, которые дарила ему когда-то нынешняя узница. Тогда он вынудил министров пересмотреть старые обычаи и освободил У Чжао. Как только Самая Элегантная Красавица У снова оказалась во дворце, на этот раз в высоком ранге супруги, она стала стремиться к тому, чтобы обойти двух могущественных жен императора. И ей это удалось благодаря рождению сына. Вскоре младенец был обнаружен мертвым, и явно расстроенная У Чжао обвинила в убийстве двух ревнивых женщин, которым никак не удавалось родить сыновей. Она уверила императора в их виновности и потребовала доставить их к ней для наказания. Ее доводы показались императору столь убедительными, что он согласился с требованием У Чжао.

Жен наказали обычным для того времени образом: каждая получила по сто ударов палкой, затем им отрубили руки и ступни ног, бросили в огромные винные чаны и оставили там умирать. Одна из жен, Чистая Возлюбленная, прожила два дня. На ее агонию часто приходила посмотреть У Чжао. Перед самой смертью Чистая Возлюбленная выкрикнула, что вернется с того света в виде кошки и отомстит. Эту угрозу У Чжао запомнила на всю жизнь, и с тех пор ни в одном из ее дворцов не заводили кошек.

Вскоре после воцарения У Чжао в качестве императрицы Гаоцзуна хватил удар. Поскольку, увлекшись ею, он отдалил от себя всех своих министров, теперь ему пришлось вверить У Чжао государственные дела. Она быстро воспользовалась преимуществами своего нового положения, интуиция предсказывала императрице решающие перемены в ее судьбе. Поэтому она завела интриги против вероятных соперников, обвиняя их в преступлениях против хворающего императора. Конкурентам отрубали головы либо ссылали в отдаленные места. Она не пощадила даже собственного сына, отравив его, равно как и сыновей других жен, которые могли претендовать на титул наследного принца.

Устранение всех возможных конкурентов не завершилось до смерти Гаоцзуна, но власть У Чжао была уже столь велика, что на трон возвели слабовольного Чжун Цзуна. Тем не менее она не прекратила преследовать свои честолюбивые замыслы. Ее авторитета вдовствующей императрицы вместе с репутацией безжалостной женщины было достаточно, чтобы уговорить министров убрать молодого человека под предлогом его незрелости. Как только он был сослан в отдаленную провинцию, она тут же принялась уничтожать соперников, уцелевших после первого акта террора. Погибли все, кто хоть в какой-то степени мог считаться претендентом на престол, в их числе не только родственники покойного мужа, но и ее собственные братья и племянники. Наконец остался лишь один претендент. Когда ее провозгласили императрицей У Цзэтянь, она оказалась первой женщиной, столь высоко поднявшейся в иерархии Поднебесной.

Конфуций о женщинах:

«Женщина, не обладающая большими талантами и выдающимися достоинствами, более других способна доставите удовлетворение мужчине».

Императрица У возвысилась благодаря своим коварству и жестокости. Немало способствовало ее успеху и присущее ей женское обаяние. Она умела безошибочно распознавать мужские слабости. Будучи любовницей двух правителей, вступая во многие другие связи, она оказалась прекрасно приспособленной к господству над сильным полом. В дальнейшем она укрепила свою власть, назначив на ответственные должности женщин. Это, впрочем, относилось не только к государственным делам. Одной из наиболее замечательных была должность Высочайшей отборщицы. На этот пост была назначена Шангуань Ваньэр, в прошлом наложница, в обязанности которой входило на основе личного опыта отбирать тех мужчин, которые могли бы наилучшим образом удовлетворить императрицу. Высочайшей отборщице было приказано начать с трех тысяч дворцовых стражников, но месяц спустя она обратилась к правительнице со следующей мольбой: «Ваша нижайшая подданная, не обладающая драконовским духом Инь и страстностью Вашего Величества, не способна более выполнять эти обязанности. Мои члены настолько ослабели, что я едва могу сидеть, мой рот так болит, что я не могу есть, и все мое тело ноет так, что я даже спать не могу».

Императрица У, возраст которой уже приближался к пятидесяти годам, откликнулась на мольбу и решила испробовать для отбора самых сильных мужчин со всей страны другой способ. Это была одна из разновидностей «конкурсов красоты», на которых обычно отбирали наложниц для императора. На этот раз дело поручили генералу Лю Жэнькую (601–685). Когда императрица была еще юной наложницей, она стала свидетельницей того, как этот генерал унизил ее первого мужа, и теперь вознамерилась отомстить за оскорбление. В том давнем случае император Тай-цзун забавлялся с ней в окружении зеркал, что было его любимым развлечением, позволявшим ему в процессе соития рассматривать собственное тело в различных ракурсах. Внезапно с требованием срочной аудиенции явился генерал Лю, и император, не отрываясь от удовольствий, позволил ему войти. Генерал, убежденный конфуцианец, неодобрительно посмотрел на зеркала и сказал: «На небе только одно солнце, а на земле только один правитель. Но Ваш низкий слуга видит в этих зеркалах множество высочайших повелителей. Это определенно не понравится Вашим славным предкам».

Двадцатью годами спустя императрица не без удовольствия поручила победителю во многих сражениях куда менее героическую миссию. Ему было приказано сменить военное платье на обычную одежду и в сопровождении отряда офицеров, экипированных таким же образом, начать объезжать страну уезд за уездом в поисках мужчин выдающейся мощи и соответствующего телосложения. Генерал-конфуцианец принял приказ к исполнению, хотя знал, что ему придется наводить справки в публичных домах каждого города. Но именно во время этого мероприятия и был обнаружен великий Сюэ Хуайи.

Генерал и его люди только-только успели зайти с расспросами в один из борделей, как услышали перебранку двух девушек. Одна из них кричала: «Пусть Яшмовый Пест Большого Сюэ размозжит твой Цветочный проход!» Визит в дом этого мужчины подтвердил, что репутация его заслуженная, после чего ему сообщили о чести, которая его теперь ожидала. В своем родном городе Лояне Большой Сюэ был разносчиком лекарств и торговцем возбуждающими средствами. Опыт подобного рода вкупе с его устрашающим снаряжением привели к тому, что императрица стала предпочитать Большого Сюэ всем другим наложникам-фаворитам. Он подтвердил свою славу в нескольких сексуальных состязаниях, а его возлюбленная, публично признав его превосходство, якобы произнесла следующие слова: «То, что я держу в руке, приносит мне больше радости, чем вся моя империя» («Да е ши и цзе», автор — Ли Датянь 631–725 гг.). Несмотря на присущую ей страсть унижать мужчин, императрица полюбила купать непревзойденный Нефритовый Стебель в воде с лотосовыми цветами.