Чтение онлайн

Снаружи послышался вой полицейских сирен. Кто-то попытался выскочить в наружную дверь, но она была заперта. Бессер дергал ее, пока не сломал и не свалился на спину. Дверь долбанула его по башке.

И в этот момент в дверях появились полицейские.

– Эти бандиты напали на нас!
– прорычала Шер.
– А он стрелял в меня!
– Она показала на Рохна, у которого в лапах все еще оставался пистолет.

Рохн выронил его, поняв, что влетел в настоящую тюрьму. Началось разбирательство. Сначала бессеры не желали признавать всего, но затем уже не смогли. Все свидетельства были против. Рохн сказал, что хотел только напугать Шер и стрелял мимо.

– Он сделал это потому что я узнала обо всех его махинациях.
– сказала Шер.
– Он обворовывал детей. Заставлял их работать каждый день и давал им только половину того что должен был давать. На складе вовсе нет и половины того что там должно быть по документам. Он не ремонтировал даже этот дом, потому здесь все и рухнуло, когда они начали ломиться в двери.

На улице появилась еще одна машина и в интернат вошел еще один бессер.

– Здесь была война?
– спросил он, глядя на полицейских.

– Кто вы?
– спросили его.

– Верр Арраен, по поручению Попечительского Концерна. Меня вызвали дети, заявляя, что с ними обращаются не так как надо.

– Это похоже на правду, судя по тому что здесь произошло.
– ответил полицейский.

Подъехала медицинская машина и на ней увезли двух бессеров. Шер подошла к дверям, которые вели внутрь и открыв их отскочила назад. Сверху еще что-то посыпалось.

– Идите и смотрите.
– сказала она.

Все было совершенно очевидно. Верр Арраен долго просматривал бумаги, затем проверил склад, зашел к детям и они рассказали что и как делал Рохн, вспомнив и про своего убитого друга.

– Он настоящее чудовище.
– сказал Верр Арраен. Он говорил с офицером полиции и рядом сидела Шер.
– Как тебя зовут?
– спросил Арраен повернувшись к Шер.

– Шер Безродная.
– ответила она.

– Почему Безродная?

– Род у меня такой. Я Безродная. И все дети здесь такие. Мы теперь одна семья. Они мои дети.

– Ты еще сама ребенок.

– Я уже не ребенок. Я взрослая, только ростом маленькая. Мне никто не верит из-за этого. Все говорят, что у меня нет документов, значит, я никто. В полиции говорят, что я должна что-то сделать, что бы заслужить эти документы, а затем выгоняют на улицу. Но что я могу сделать? Я маленькая и безродная. И никому до меня нет дела. И все меня гоняют, как только я говорю, что я Шер Безродная.

– Похоже, ты уже что-то сделала.
– сказал Арраен.
– Думаю, ты достойна, что бы начать свой собственный род.

– Род Безродных. Я Шер Безродная. Никакого другого названия своего рода я не признаю.

– Тогда тебе придется признать, что все безродные принадлежат к твоему роду.

– Это я признаю. Потому что я сама такая же.

– С таким названием тебе придется слишком трудно.

– Я не боюсь трудностей. Еще не было такого названия, которое нельзя было бы прославить. Я клянусь, что род Безродных станет величайшим родом из всех родов бессеров!

– Если так, то к вам придут все бессеры.

– Если дети других родов начнут сбегать от своих родителей и начнут говорить, что они безродные, значит те рода не достойны иметь детей. Я приму всех детей.

– А безродных взрослых вы не примете?

– Безродных взрослых не бывает. Если у них есть документы, значит они не безродны. Если же им никто никогда их не выдавал, значит, они не становились взрослыми и остались детьми.

– Ты не похожа на безродную девчонку.
– сказал Верр Арраен.

– Тогда, найдите мой род. Я вам сказала, что у меня его нет. У меня нет ни документов ничего другого.

– Она говорила, что ее мать сгорела на пожаре.
– сказал полицейский.

– Где это произошло?
– спросил Верр Арраен.

– Не знаю.
– ответила Шер.

– Как не знаешь?

– Не знаю, значит, не знаю. Не знаю где. Я долго болталась после этого везде и я не помню как куда шла и откуда. Я шла не думая. Встретила на дороге такого же безродного как я и мы ходили вместе. Он брал мой хвост в зубы и мы шли куда глаза глядят.

– Как это брал хвост в зубы?!

– Так. Сказал нам один шкет, что так делать нельзя и мы так делаем. Делаем, потому что мы Безродные.

– Вам придется научиться сначала вести себя как следует.
– сказал офицер полиции.
– Без этого никто не признает вашего рода.

– Вести себя как следует кому?
– спросила Шер.
– Мы Безродные и мы ведем себя как хотим. Зачем какие-то глупые приличия, если никто нас не признает?

– Мы отправим тебя в специальную школу, где тебя обучат как вести себя соответственно высокому роду.
– сказал Верр Арраен.

– Меня одну?
– спросила Шер.

– А кого еще?

– Всех четырнадцать или никого.

– А кто за них будет платить?

– Я. Я Шер Безродная. Я буду за всех платить!

– И где ты возьмешь деньги?

– Сколько надо денег?

– По две с половиной тысячи за каждого в год.

– И всего то?
– спросила Шер.
– У меня есть три миллиона.

– Откуда?
– удивленно прорычал оба бессера.

– Выиграла.
– ответила Шер.
– В рулетку. Не верите?
– Она подошла и вытащив бумагу положила ее перед ними.

– Как ты могла играть там? Ты же…

– Я взрослая.
– ответила Шер.
– Я играла и я выиграла. Это преступление? Или мой выигрыш недействителен из-за того что я Безродная?

– И как же ты выиграла?
– спросил офицер.

– Как как? Играла и выиграла. Как можно выиграть? Вы никогда не играли?

– С тобой был еще кто нибудь?

– Да. Хан и еще один шкет. Он стоял у меня за спиной и ждал, пока я не выиграю, что бы получить дивиденд с этого.

– Какой еще дивиденд?

– Прибыль. Он получил сто тысяч.

– Это был незаконный доход.

– Тогда, почему у вас работают игорные дома?

– У кого у вас?

– У вас, значит, у вас. Не у меня же они. У безродных ничего нет. Я выиграла и вы теперь заявляете, что это незаконный доход.

– Незаконный доход у того, кто получил с тебя сто тысяч.
– сказал Верр Арраен.

– Да?
– удивилась Шер.
– Добровольная передача денег другому лицу запрещена законом?

Бессеры переглянулись. Офицер вскочил и умчался из дома, прогремев лапами по свалившейся входной двери.