Чтение онлайн

Ну а начальство?

Те, кто стоит на самом верху лестницы, которым никто не может ничего приказать — свободны ли они, ощущают ли они себя творцами истории?

Вряд ли. Для того чтобы творить историю, мало занимать высокое положение; надо еще уметь творить. Все, что мы знаем о наших вождях, заставляет думать, что они этого не умеют. А без этого умения, без глубокого понимания мира и проник­новения в будущее, люди остаются рабами обстоятельств. Они живут в сутолоке сиюминутных проблем, они только реаги­руют, делают только необходимое, чтобы сохранить свое поло­жение. Политика в этих условиях сводится к интриге. Движе­ние нашего общества не подчинено творческой воле человека, оно происходит само по себе, вслепую, стихийно.

Я говорил выше о разных марксистах. Я хочу теперь проци­тировать Жана Жореса:

"Маркс заявлял, что до сих пор человеческое общество управлялось только фатальными силами, слепым движением экономических сил; институты, идеи были не сознательным делом свободных людей, а отражением осознанной обществен­ной жизни в человеческом мозге. В этом смысле мы находим­ся только в предысторическом периоде. Человеческая история начинается по-настоящему только тогда, когда человек, освободясь от тирании бессознательных сил, будет управлять самим производством по своему разуму и желанию".24

Такой подход вызывает у меня полное понимание. Я, правда, не могу согласиться с чрезмерно категорической оценкой всего прошлого человечества — были в ней все же светлые прорывы влияния гения; в этих прорывах, быть может, и есть сущность истории. Но поставленную здесь цель я приветствую всей душой. Увы, мы сейчас дальше от этого идеала, чем когда бы то ни было.

При переходе на уровень политики марксистско-ленинская философия естественным образом преломляется в полное отсутствие понятия о правах личности. Вот передо мною лежит книга "Основы политических знаний". Москва, 1974 год. Я листаю ее и читаю заголовки и подзаголовки. "Человеческое общество и его развитие... Общественные формации... Производство и его развитие... Почему рабочему классу необходима партия... Какая партия нужна рабочему классу... Чего требует партия от коммуниста... Формы и методы партийного руко­водства... Экономика развитого социалистического общества... Укрепление Советского государства... Развитие социалистиче­ской демократии… "Стоп. Может быть, здесь будет что-то о правах личности? Нет. "Советы депутатов трудящихся... Задачи профсоюзов... Марксизм-ленинизм о воспитании нового человека... Развитие сознания масс... Социалистическое соревнование..."

Понятие о правах личности не входит в основы политических знаний в стране победившего социализма. 

Уничтожая личность, тоталитарное общество лишает себя источника творчества. Жестко ограничивая обмен информацией и идеями, оно закрывает себе дорогу для нормального раз­вития и, в частности, для развития народного хозяйства. Ниже я привожу выдержки из нашего совместного с А.Д. Сахаровым и Р.А. Медведевым письма руководителям Советского Союза весной 1970 года.

В течение последнего десятилетия в народном хозяйстве нашей страны стали обнаруживаться угрожающие признаки разлада и застоя, причем корни этих трудностей восходят к более раннему периоду и имеют глубокий характер. Неуклонно снижаются темпы роста национального дохода. Возрастает разрыв между необходимым для нормального развития и реаль­ным вводом новых производственных мощностей. Налицо многочисленные факты ошибок в определении технической и экономической политики в промышленности и сельском хозяйстве, недопустимой волокиты при решении некоторых неотложных вопросов. Дефекты в системе планирования, учета и поощрения часто приводят к противоречию местных и ведомственных интересов с общенародными, общегосударственными. В результате резервы развития производства должным образом не выявляются и не используются, технический прогресс резко замедляется. В силу тех же причин нередко бесконтрольно и безнаказанно уничтожаются природные богатства страны: вырубаются леса, загрязняются водоемы, затопляются ценные сельскохозяйственные земли, происходит эрозия и засолонение почвы и т. д. Общеизвестно хронически тяжелое положение в сельском хозяйстве, особенно в животноводстве. Реальные до­ходы населения в последние годы почти не растут; питание, медицинское обслуживание, бытовое обслуживание улучшаются очень медленно и территориально неравномерно. Растет чис­ло дефицитных товаров. Налицо некоторые явные признаки инфляции. Особенно тревожно для будущего страны замедление в развитии образования; фактически наши общие расходы на образование втрое меньше, чем в США, и растут медленнее. Трагически возрастает алкоголизм, и начинает заявлять о себе наркомания. Во многих районах страны систематически увеличивается преступность. В ряде мест растут симптомы явлений коррупции. В работе научных и научно-технических организаций усиливается бюрократизм, ведомственность, формальное отношение к своим задачам, безынициативность.

Решающим, итоговым фактором сравнения экономических систем является, как известно, производительность труда. И здесь дело обстоит хуже всего. Производительность труда у нас по-прежнему остается во много раз ниже, чем в передовых ка­питалистических странах, а рост ее резко замедлился...

Сравнивая нашу экономику с экономикой США, мы видим, что наша экономика отстает не только в количественном, но и — что самое печальное - в качественном отношении. Чем новее и революционнее какой-либо аспект экономики, тем больше здесь разрыв между США и нами. Мы опережаем Америку по добыче угля, отстаем по добыче нефти, безнадежно отстаем по химии и бесконечно отстаем по вычислительной технике. Пос­леднее особенно существенно, ибо внедрение вычислительных машин в народное хозяйство — явление решающей важности, радикально меняющее облик системы производства и всей культуры. Это явление справедливо называют второй промышленной революцией. Между тем, мощность нашего парка вычислительных машин в сотни раз меньше, чем в США, а что касается использования вычислительных машин в народном хозяйстве, то здесь разрыв так велик, что его невозможно даже измерить. Мы просто живем в другой эпохе.

Не лучше обстоит дело и в сферах научных и технических открытий. И здесь не видно возрастания нашей роли. Скорее наоборот. В конце пятидесятых годов наша страна была первой страной, запустившей спутник и пославшей человека в кос­мос. В конце шестидесятых годов мы потеряли лидерство, и первыми людьми, ступившими на луну, стали американцы. Этот факт является одним из внешних проявлений существен­ного и все возрастающего различия в ширине фронта научной и технологической работы у нас и в передовых странах Запада.

В двадцатые-тридцатые годы капиталистический мир переживал период кризисов и депрессий. Мы в это время, исполь­зуя подъем национальной энергии, порожденной революцией, невиданными темпами создавали промышленность. Тогда был выброшен лозунг: догнать и перегнать Америку. И мы ее действительно догоняли в течение десятилетий. Затем положение изменилось. Началась Вторая промышленная революция, и те­перь, в начале семидесятых годов века, мы видим, что, так и не догнав Америку, мы отстаем от нее все больше и больше.

В чем дело? Почему мы не только не стали застрельщиками второй промышленной революции, но даже оказались неспособ­ными идти в этой революции вровень с передовыми капиталистическими странами? Неужели социалистический строй предоставляет худшие возможности, чем капиталистический, для развития производительных сил, и в экономическом соревновании между капитализмом и социализмом побеждает капитализм?

Конечно, нет. Источник наших трудностей — не в социалистическом строе, а наоборот, в тех особенностях, в тех условиях нашей жизни, которые идут вразрез с социализмом, враждебны ему. Этот источник — антидемократические традиции и нормы общественной жизни, сложившиеся в сталинский период и окончательно не ликвидированные и по сей день. Внеэкономическое принуждение, ограничения на обмен информацией, ограничения интеллектуальной свободы и другие проявления антидемократических извращений социализма, имевшие место при Сталине, у нас принято рассматривать как некие издержки процесса индустриализации. Считается, что они не оказали серьезного влияния на экономику страны, хотя и имели тяже­лейшие последствия в политической и военной областях, для судьбы обширных слоев населения и целых национальностей. Мы оставляем в стороне вопрос, насколько эта точка зрения оправдана для ранних этапов развития социалистического народ­ного хозяйства — снижение темпов промышленного развития в предвоенные годы скорее говорит об обратном. Но не подле­жит сомнению, что с началом Второй промышленной револю­ции эти явления стали решающим экономическим фактором, стали основным тормозом развития производительных сил страны. Вследствие увеличения объема и сложности экономи­ческих систем на первый план выдвинулись проблемы управ­ления и организации. Эти проблемы не могут быть решены одним или несколькими лицами, стоящими у власти и "знаю­щими все". Они требуют творческого участия миллионов людей на всех уровнях экономической системы. Они требуют широ­кого обмена информацией и идеями. В этом отличие современ­ной экономики от экономики, скажем, стран Древнего Востока.

Однако на пути обмена информацией и идеями мы сталки­ваемся в нашей стране с непреодолимыми трудностями. Прав­дивая информация о наших недостатках и отрицательных явле­ниях засекречивается на том основании, что она может быть "использована враждебной пропагандой". Обмен информацией с зарубежными странами ограничивается из боязни "проникно­вения враждебной идеологии". Теоретические и практические предложения, показавшиеся кому-то слишком смелыми, пресе­каются в корне без всякого обсуждения, под влиянием стра­ха, что они могут "подорвать основы". Налицо явное недове­рие к творчески мыслящим, критическим, активным личнос­тям. В этой обстановке создаются условия для продвижения по служебной лестнице не тех, кто отличается высокими про­фессиональными качествами и принципиальностью, а тех, кто, на словах отличаясь преданностью делу партии, на деле отли­чается лишь преданностью своим узко личным интересам или пассивной исполнительностью.

Ограничение свободы информации приводит к тому, что не только затруднен контроль за руководителями, не только под­рывается инициатива масс, но и руководители промежуточного уровня лишены и прав, и информации и превращаются в пассив­ных исполнителей, чиновников. Руководители высших рангов получают слишком неполную, приглаженную информацию и тоже лишены возможности полностью использовать имеющие­ся у них полномочия...

Какую бы конкретную проблему экономики мы ни взяли, мы очень скоро придем к выводу, что для ее удовлетворитель­ного решения необходимо научное решение таких общих, прин­ципиальных проблем социалистической экономики, как формы обратной связи в системе управления, ценообразование при отсутствии свободного рынка, общие принципы планирования и др. Сейчас у нас много говорится о необходимости научного подхода к проблемам организации и управления. Это, конеч­но, правильно. Только научный подход к этим проблемам позволит преодолеть возникшие трудности и реализовать те воз­можности, которые, в принципе, дает отсутствие капиталисти­ческой собственности. Но научный подход требует полноты ин­формации, непредвзятости мышления и свободы творчества. Пока эти условия не будут созданы (причем не для отдельных личностей, а для масс), разговоры о научном управлении оста­нутся пустым звуком.