Чтение онлайн

Тома зачарованно слушала, не сводя с меня округлившихся глаз, ладошки молитвенно сложены на груди. Я замер от желания сделать полтора шага навстречу и ткнуться носом в завиток у виска. Еще рано, очень-очень рано…

— Ты, оказывается, не только красивая девушка, но еще и тонко слышащая, — искренне выдохнул комплимент. — Почти никто вот так на слух Пушкина в незнакомом стихотворении не опознает.

По лицу Томы скользнула довольная улыбка, потом девушка подхватила сумку, бросила: «Я быстро», — и стремительно исчезла в темноте парадного.

Запрокинув голову и довольно щурясь, я изучил рустику на фасаде. Это я удачно в булочную зашел, молодец!

— Па-ап… — Я налил себе чая и присел напротив.

— Ась?

— У меня каникулы.

— Сердечно поздравляю.

— Э-э-э… — Я замялся — не люблю просить деньги. — Как ты думаешь, если я приглашу девушку в кино, то финансовое благосостояние нашей семьи не будет сильно поколеблено?

Папа насмешливо задрал брови:

— Как ты сложно завернул… Не сразу даже и сообразишь, на что намекаешь. И в конце, венцом творения, волшебное слово «поколеблено», чтобы окончательно меня запутать и дезориентировать.

Улыбнулся в ответ:

— Ну не могу же я подойти и сразу в лоб: «Дай рубль».

— Ого, целый рубль? Это ж сколько девушек можно сводить в кино… — Папа мечтательно закатил глаза к потолку и начал что-то подсчитывать. — Пять штук!

— Мороженое перед сеансом в калькуляцию заложил? — уточнил я деловито. — Пышки с кофе после… Плюс резерв на непредвиденные обстоятельства.

— О, так речь не просто о кино… Тут планомерная осада намечается. — Папа заинтересованно потер ладони. — Из класса?

— Ага.

Папа опасливо покосился на прикрытую дверь и, понизив голос, уточнил:

— Зорька твоя?

— Да, это хорошо, что ты напомнил… С Зорькой тоже в кино собираемся, но втроем, с Паштетом. Возможно, даже два раза.

Папа чуть повеселел и, наклонившись к журнальному столику, приступил к набиванию трубки.

— Что бы с тебя такого запросить за это… — он неопределенно пошевелил пальцами в воздухе, — эдакого…

— Как насчет ежедневных занятий физкультурой? С апреля, как освобождение закончится.

— Ого, эк тебя прижало, чтобы на такое подписаться. Надеюсь, это не будут перевороты с боку на бок в постели?

— Не-а, я все равно собирался, а тут появится дополнительный стимул — раз с тобой договорился.

— Хм. Ну давай попробуем. Интересно даже, насколько тебя хватит.

Папа достал пружинную монетницу и начал выщелкивать из нее двадцати- и пятнадцатикопеечные монеты.

— На, тут два с полтиной — на каникулы. Хватит?

— Спасибки, с запасом. — Я с облегчением принял в ладошку горстку серебра и направился в свою комнату.

— Да, кстати, запомни, — полетело мне в спину, — мужчины, по крайней мере большинство из них, устроены так, что не понимают намеков и невербальных сигналов. Невербальные сигналы — это…

Я приостановился в дверном проеме:

— Я знаю, что это.

Папа чуть удивленно посмотрел на меня, слегка кивнул и продолжил:

— Хорошо… Если ты хочешь чего-то добиться от мужчины, то говори прямо и обосновывай логически. А вот женщины прекрасно умеют изъясняться намеками и жестами. Из-за этого, кстати, часто происходят ссоры в семьях. Жене кажется, что она ясно дала понять, чего ожидает от мужа, а муж эту просьбу просто не услышал.

Я вернулся к креслу и заинтересованно пристроился на подлокотнике:

— Забавно… А еще?

— Что — еще?

— А еще какие есть различия между нами тут? — Я постучал пальцем по виску.

— Еще… — Папа на мгновение задумался. — Еще женщины способны одновременно контролировать несколько задач, мужчины же лучше приспособлены к концентрации на одной.

«Многопоточные и однопоточные системы», — перевожу для себя.

— Поэтому среди высококлассных ученых или шахматистов мирового уровня так мало женщин, — сделал вывод папа. — Они просто биологически не могут конкурировать с мужчинами там, где требуется высокая концентрация внимания на одной проблеме. Зато они легко обходят нас при выстраивании отношений, что тоже немаловажно.

— Может быть, и важнее…

— Может, — согласился папа, раскуривая трубку.

Ответственный момент. Я на некоторое время замолкаю, наблюдая за священнодействием. Две минуты борьбы, четыре спички — и папа в блаженстве откинулся на спинку кресла, наблюдая за расплывающимся облачком.

— А еще?

Папа жизнерадостно заржал:

— Ты серьезно готовишься, как к битве. Не бойся, все не так страшно.

— Да я и не боюсь… Почти. — Я улыбнулся. — Просто интересно. Мы же действительно не только внешне разные, но и головы работают иначе, а об этом нигде не пишут.

— Ну-ну… — Папа насмешливо усмехнулся и продолжил: — А еще у нас разная память на поступки. У мужчин этот вид памяти заметно короче, поэтому женщины кажутся нам злопамятными. На самом деле — просто памятливее нас.

Струйка дыма, извернувшись, дотянулась до меня, и я с удовольствием втянул сладковатый аромат.

— Но-но, не вздумай, — заметил мое движение папа. — Засеку — будешь дран. Или драт? Хм… В общем, мало не покажется.

— Да нет, и не собираюсь, — ответил я искренне. — А еще?

— А еще оценка поступков разная: у женщин — качественная, у мужчин — количественная. Женщины ставят за поступок плюс или минус, причем без разницы, что ты сделал — купил ей громадный букет роз или помог надеть пальто. Все равно будет только один плюс. Мы же шкалируем оценку поступков… Есть такое выражение — «женская стервозность». Это когда на фоне полного, как нам кажется, благополучия в отношениях мы вдруг получаем шилом в зад. И нам невдомек, что причина есть — у женщины наш баланс поступков ушел в отрицательную зону. А мы свято уверены, что в твердом плюсе. Все дело в разных способах оценки и разной длине памяти. Короткий стек с количественными оценками против длинного стека с качественными. — Папа задумчиво пыхнул и утвердительно уточнил: — Что такое стек, знаешь?

— Угу. В «Науке и жизни» было, — бросил наугад.

Папа покивал и продолжил лекторским тоном:

— Ну и еще одна наша типичная ошибка: нам кажется, что, купив огромный букет, мы себе надолго заработали индульгенцию. Ошибочка-с — только один плюсик. Поэтому лучшая тактика для набора баллов — часто и мелко «плюсить». То, что женщины называют «уделять внимание» и чего мы так не любим.

Я повертел головой, припоминая эпизоды своей прошлой семейной жизни. А ведь сходится, черт побери! Из меня чуть не вылетело: «Что ж ты мне раньше этого не сказал!»