Чтение онлайн

Его коллега, Ангелина, работала с программой корректировки распознавания лиц, походки и иных черт людей для облегчения поиска преступников. Она не была программистом, а была логическим оператором-аналитиком, который формировал задания для IT-отдела, а те уже писали нужный код по её заданиям. Она была довольно умна и полезна, за что часто получала премии, а также обладала невероятным шармом и лёгкой игривой придурошностью, благодаря чему располагала к себе даже самых безрадостных индивидов. Иногда её просили пообщаться с преступником, который отказывался говорить, когда не работали все законные методы, а пытки были запрещены и жестоко наказывались Инфолинком. Ангелине удавалось успокоить преступника и немного его разболтать на ценные сведения, ибо она почему-то вызывала доверие. Ангелина не была рада такому «сотрудничеству», но когда речь шла об похищении людей или диверсиях на Инфолинк, будучи таким же лоялистом, как и большинство сотрудников полиции, она старалась помочь всеми силами в расследовании.

Несмотря на беспорядок на рабочем месте, периодические опоздания на работу и лёгкую неряшливость и причуды в поведении, Артёму нравилось находиться рядом с ней. Иногда нравилось раздражение, которое она вызывала. Нравился тот хаос, который царил вокруг неё, разбавляя дотошную предсказуемость и однообразие рабочей обстановки. Он хоть и делал часто ей замечания, но иногда просто не мог оторвать от неё взгляд: от её белокурых волос, спадающих на плечи; от её улыбки на глупые шутки, которые он сам иногда произносил; от того, как она любила во время раздумий зажимать карандаш межу губами и носом словно маленький ребёнок, но такое делало её невероятно живой и нетипичной для организации, где царила строгость и дисциплина. Ангелина словно не вписывалась в этот мир, хотя может это мир не вписывался в её окружение. Тем не менее Артём не был душкой в общении и не особо умел располагать к себе людей, а продолжал делать ей замечания, иногда спорил, но при этом старался не обидеть. Просто он не знал, как ещё привлечь её внимание хоть на минуту, чтобы она посмотрела в его строну, пускай даже и с недовольством. Он привык видеть в людях предсказуемость самых примитивных действий, благодаря чему мог воздействовать и влиять на них, не прибегая к вежливому общению или к светским беседам, но ничего такого он не видел в Ангелине. Или же просто не хотел видеть.

— Ангелина, хочешь интересный факт? — спросил Артём, выглядывая из-за монитора в сторону девушки.

— Я же просила, зови меня Геля, чудик, — улыбнулась она.

Артём не получил ответа и немного замешкался.

— Так вот, впервые фабрично изготовленные наклейки появились в Германии в 1885 году. Их выпускали в виде листов и рулончиков из тонкой бумаги, — пояснил парень, желая произвести на девушку впечатление, оперируя её любовью к стикерам.

Ангелина немного «зависла», неотрывно глядя на него непонимающим взглядом. Артёму даже показалось, что в её глазах он увидел «синий экран», который был свойственен старинным компьютерным системам в случай фатального сбоя в работе.

Девушка «отвисла», загадочно улыбнулась, взяла один из зелёных стикеров. Затем она встала со своего места, подошла к парню и налепила стикер на монитор его компьютера, после чего вернулась на место, продолжая сохранять озорную улыбку. Стикер был пуст, что вызвало у парня ещё большее непонимание.

— Эм…? — протянул Артём.

— Вот и я «эм», — задорно ответила девушка, тихо посмеявшись. — А стикер можешь оставить себе, знаю, как ты их… любишь, — ещё раз улыбнулась она.

Юноша не сразу понял, что это был сарказм. Вздохнув, он снова спрятался за монитором, совсем не поняв шутку, но то, что Геля поступила весьма оригинально, надёжно отложилось в его подкорке, ведь такое ему, как ни странно, ему понравилось, чего нельзя было сказать по его недовольной физиономии, уткнувшейся в 3D монитор с планом расположения камер района. Одна из них дала сбой: не показывала изображение, но технически была исправна, о чём пришёл ему сигнал. Изображение было, но внезапно пропало, причём вандалов или животных не было заметно на записи, как и других людей за последний час в переулке, который она просматривала. Изображение пропало, словно кто-то выключил свет, хотя на улице и без того была ночь, однако все камеры обладали ночным видением. Камера была недалеко от штаба полиции, буквально на соседнем здании, поэтому инженер решил самостоятельно до неё прогуляться и устранить неисправность, хотя на такие случаи была особая техническая служба и даже дроны, но, как дежурный инженер, он не стал отправлять рапорт, да и полномочия ему позволяли заниматься ремонтом камер, правда обычно в специализированной группе.

Артём встал с места, предварительно установив пароль на компьютер, хотя регламент того не требовал в рабочее время. Убедившись, что на столе порядок и все вещи лежат на местах, он потянулся рукой к стикеру, желая его сорвать и выбросить, но посмотрел на Гелю, занятую работой и причудливо покусывающей карандаш. Стикер мешал ему. Нет, он не закрывал собой экран монитора, но он не вписывался в тот порядок, к которому Артём привык. Сам не понимая почему, инженер не стал срывать пустой зелёный стикер, а взял планшет и, надев лёгкую куртку, вышел из офиса.

Первый этаж штаба городской полиции был довольно просторен, в то же время обладал множеством систем безопасности на случай попытки побега преступников. Пол был сделан из глянцевого чёрного прочного кафеля, а стены из светлого полированного гранита в виде облицовки. У выхода находились сканирующие рамки и дежурный офицер полиции.

— Всё, уже домой? — спросил полицейский, стоящий у рамок.

— Нет, на соседнем доме камера накрылась, иду проверить, заодно проветрюсь, — подробно пояснил Артём.

— Там дождь моросит, отправь лучше дрона, — посоветовал полицейский.

— Тут идти совсем немного, да и знаешь, Олег, хочется развеяться, хоть и под дождём. Голову в порядок привести, — задумался инженер, на миг подумав об Ангелине.

— Ну бывай, — улыбнулся ему полицейский.

Артём застегнул чёрную куртку потуже и вышел из участка. На улице и правда моросил лёгкий дождь, а осенняя погода напоминала об недавнем завершении лета ненавязчивой лёгкой прохладой. Здание полиции имело около двадцати этажей, где пять из них занимал ангар летающих дронов. Само по себе оно было красивым и великолепно подсвечивалось в ночи, как и большинство зданий города. Ночной Новоград вообще был красивым, и можно было комфортно, безопасно гулять ночью так же, как и днём, любуясь зелёными садами и высотными зданиями, на которых были смотровые площадки. Однако в дождь вся красота размывалась, оставляя лишь мутные световые пятна на местах фонарей.

Вдыхая ночной воздух и ощущая то, как стремительно мокнет голова, Артём пошёл дальше, пока с его ушей и кончика носа начинали стекать дождевые капли, продолжая свой путь по непромокаемой куртке, присоединяясь к своим мокрым собратьям в ручейки, стекая дальше вниз, на асфальт. Вдалеке сверкали светодиодные цветные вывески с неразличимыми надписями, освещая улицы ярче фонарей, окрашивая дома мягкими синими и красными вспышками с нежным градиентом. Где-то высоко был гул винтов пролетающего крупного автоматического дрона, что было обычным явлением в городе. Дрона не было видно, но Артём сразу понял, что пролетел грузовой дрон, которые обычно курируют между городами и заводами, которые находятся за пределами городов для улучшения экологии в местах обитания людей. Заводы были полностью автоматизированы, построены Инфолинком, поэтому людей на них не было, да и находиться там было опасно для здоровья. Заводами Церера обеспечивала людей всем необходимым, в большинстве бесплатно, благодаря чему люди не задумывались о производстве бытовых и насущных вещей.

Миновав фасад штаба полиции, Артём перешёл пустынную дорогу, по которой днём оживлённо ездят электромобили, а ночью тишина, словно все люди просто исчезли. На миг парень остановился по центру дороги, ему понравилось лёгкое ощущение этой маленькой свободы там, где её обычно не бывает. Днём тебя обматерит недовольный водитель, если так же встанешь на дороге, могут даже арестовать, но ночью в безмятежном спокойствии всё было иначе. Артёму нравились такие проблески свободы, ведь ограничения нового режима и на него давили, хотя парень признавал полезность и значимость контроля со стороны Инфолинка в жертву свободе.

Юноша не желал на утро слечь с простудой, да и холод коварно добрался до него через одежду, начиная ощутимо бодрить, от чего организм начинал просить вернуться в тёплый офис и остаться там до конца смены.

Перейдя дорогу, инженер начал обходить здание, на первом этаже которого находились магазины, а выше — жилые квартиры. Здание было разделено на две части сквозным переулком, ведущим в благоустроенный внутренний двор с детской площадкой и небольшим сквером для отдыха. Артём достал планшет и, стирая с него капли дождя, убедился в том, что неисправная камера находится в переулке. Зайдя в него, Артём ощутил облегчение, ибо высокая полукруглая арка защищала его от дождя. Переулок хорошо освещался, но опять был изрисован граффити от школьников, а значит утром уборщикам снова прибавится работы.

Пройдя дальше, Артём подошёл к камере, которая находилась на левой стене на высоте около трёх метров. Камера выглядела большой чёрной полусферой с квадратным белым основанием. В сфере светилась красная точка, ибо камера, как и большинство из них, была частью системы Инфолинк. Артёму было интересно, всегда ли Церера наблюдает за всеми людьми через все камеры или только выборочно это делает. Он вглядывался в неподвижную красную точку, словно старался увидеть саму Цереру, но, естественно, ничего такого не увидел. На вид камера была цела и не заляпана грязью или чем-то подобным. Артём снова запустил планшет и подключился к камере, но изображения с неё не поступало, что его сильно удивило, а система диагностики не видела известных ей проблем. Убрав планшет, Артём потянулся руками к камере, дабы проверить цельность её корпуса, как внезапно получил удар по голове. Наступила темнота.