Чтение онлайн

Разворот клинка, перехватить его второй рукой за черен, попытаться ткнуть в район живота. Развернуться, уходя от встречного удара, чуть приостановить движение и принять меч на клинок, увести за собой. Переместиться на шаг, увлекая ее за собой, поднять клинок, придержать ее тяжелый меч, аккуратно присесть и попробовать пихнуть Вестницу выставленной ногой. Неудачно пропустив ее ответный удар ногою в незащищенный живот, я сделала кувырок назад, и, подскочив, вновь кинулась атаковать, не замечая нацеленного в меня острия. Движения мгновенно стали резковатыми, не позволяя ей перемещаться за мной, я порывами обогнула ее меч и ловко достала бок, чуть ниже груди. Не успела она развернуть свой двурушник, слишком быстро я двигалась. Или растерялась? Но теперь-то преимущество на моей стороне - она ранена, пусть и на очень краткое время, но это дает мне шанс. Не размышляя, влепляю простенькое заклинание в Вестницу, которое та, на полном автомате отражает стандартным щитом. Как отразила? Да занята я была, не могла блокировать магию.

– Сол!
– Следует с моей стороны подлый приказ, и парень, до этого расслабленный и спокойный как мертвяк, стремительно срывается с места, мгновенно входя в наш общий ритм атаки. Удары сыпались на Вестницу с двух сторон, не давая ей ни малейшего шанса. Блокировать удары, идущие одновременно, причем одним огромным мечом - невозможно. Может, будь она с парными клинками и выкрутилась бы… Но не сейчас. Я ощущала - она на пределе, развивать скорость больше не может, еще немного и она сломается. Улус, насколько я замечала, был в полном порядке, Товид дал деру, оставив его наедине с близнецами. Девчонки стояли, не смея вмешиваться, понимая, что им двоим нет места в этой короткой, но бурной схватке. Помогать Улусу было нечем, оборотень, сидя на мохнатой заднице, упорно зализывал раны.

Всё кончилось неожиданно. Я была готова к продолжению битвы, я была разгорячена, скорость, как и Вестница, развила максимальную. А тут меня в буквальном смысле слова затормозили. Раз - и никто не смеет пошевелится, все застыли, ожидая развязки, лишь недоуменные взгляды следят за длинной фигурой в черном плаще, в двух метрах от Вестницы.

– Успокоились?
– Интересуется загробным голосом фигура, не сдвигаясь с места и обводя нас пристальным взглядом из-под капюшона.
– Оправдываться будете? На кого все валить будем?
– Продолжает оно, как будто заполняя протокол.
– Ткните мне пальцем в виновного, докажите его вину.
– А где перо и бумага? Записывать-то надо ведь, не дай Созидатель, забудет и ошибется. Щас покарает… ПОКАРАЕТ?

– Галавой_ап_стену… - Скороговоркой проговорил Улус, чеша за ухом лапой (двигается почему-то и даже говорит…). Тут скорее, об дуб, или об землю - стенку он навряд ли сыщет.
– Люди, вы кто такие?
– Дельный вопрос, мне вот тоже интересно, что за чучело в плаще стоит между нами, качает права и не дает продолжать бой? Вестница в отчаянии вращает глазищами, будто пытаясь что-то сказать, на лице моих "ангелов" застыли гримасы, Улус продолжает чесаться - его не интересует происходящее. Одна я не врубаюсь во все это.

– Говори.
– Требует оно, и я понимаю, что могу высказать, но на ум ничего, кроме тупого "а что?" не приходит. Оно тоже в недоумении, явно не вклиниваясь в ситуацию, и не понимая, почему я молчу. Ожидание длится недолго:

– Ты… кто?

Вестница пытается расхохотаться мне в лицо, но не имеет на это разрешения. Сол, находящийся в поле моего зрения старательно закатывает глаза, близняшек я, в связи своим ракурсом не вижу, но полагаю, что их лица так же выражают недоумение. Улус же ни черта не понимает, спрашивать у него совета бессмысленно. Еще раз?

– Ты… кто?

– Что ж, Ранна, память у тебя никудышная стала.
– Констатирует факт обладатель жуткого голоса и черного плаща, тяжко вздыхая.
– Или это возраст сказывается?

Выразительно фыркаю, предполагая, что я не знаю это сомнительную личность, однако в мозгу настойчиво бьет молоточек, пытаясь доказать обратное. Знаю, еще как знаю… Пусть и наше знакомство было недлительным, но вполне убедительным… Будем продолжать общение? Ну уж нет, водить знакомства со Смертью мне надоело. Имею я право пожить нормально, как человек, в конце концов, без еженедельного помирания?

– Покойся с миром, великая… кий… кое… Смерть. Ты какого пола, Смертушка?

– Да вот, еще не решила, какой пол мне больше идет. Тебе какой вариант больше нравится, а инквизиторша? А то от верной помощницы ни слова не добьешься - последнее время, все бегает, строит планы по твоему убиению. Наглая стала, - вздох - совсем как ты. Но к ней я привыкла, а ты борзеешь не по годам. Хамишь, ругаешь, хочешь непонятно чего от меня, - Смерть медленно, загибая длинные тонкие пальцы, перечисляла мои недостатки, - у тебя семь пятниц на неделе, как выражается простой люд. Еще и Фантома втянула в свою логику, мальчик совсем запутался. Запомни, инквизиторша, наглость (по крайней мере со мной) ни к чему хорошему не приводит. И не стоит убивать мою Вестницу. Не твое имущество, вот и не надо руки распускать без надобности, слышишь? Или слух, как и память, напрочь отшибло? Может, тебе еще и зрение подправить, дабы узнавала с первого взгляда? Хочешь избавлю тебя от недостатков?…

– …положа в гроб?
– Хмыкнула я, предпочитая продолжать "хамить".

– Ну почему ж сразу в гроб… - Задумчиво протянула Смерть, - Ценный кадр, не первой молодости, правда, но это даже к лучшему - опыта много… Айда ко мне работать?

– Радости-то?
– Улыбнулась я, не удивившись таким перспективам.
– Официальный отказ написать, или так запомнишь? Смотри, родная, точнее, слушай, диктую: "Я, Ранна, Высший Инквизитор, умершая в возрасте семнадцати лет, прослужившая на пользу Обители, черт, дай припомнить…, ах да, четыреста восемьдесят…

– Не стоит. Ка-а-ароче… Отпросила я тебя от этой долбанной Инквизиции. Хотя, зря я так о них, дружелюбные ребятки, правда, тебя жуть как недолюбливают. Все. Можешь идти на все четыре стороны. Алло…, ты меня слушаешь, иль как?
– А вот жаргон Смерти не шел… Прикалывается. Не ее стиль.

– Повтори.
– Потребовала я, чувствую, как мои глаза медленно, но верно приобретают форму идеального круга, а челюсть соскользает с положенного ей места.

– Иди. Гуляй. Свободна. Что б глаза мои тебя не видели больше. И что тут непонятного?
– Ворчливо, начиная злиться, проговорила она. Надо мышечную массу мозгов тренировать почаще, а то скоро вообще соображать не буду… Смерть отпускает меня. Отпускает. Инквизиция дала разрешение на снятие моей фигуры с доски цивильным, а не кровавым способом. Здесь подвох. Не может быть такого, что я сейчас уйду, и все будет на Ура. Все не может быть нормальным. Что-то будет. И будет плохо…

– Нет.
– Четко и уверенно говорю я, таращась на восход солнца на заднем плане. Красивый такой, кроваво-красный… Начинает освещать поле, блики гуляют по росе на траве. Жаль… Отказываюсь от спокойствия, от размеренной жизни человек, и отказываюсь по существенной причине, коя называется Фантом.

– С тобой договорится сложнее, чем я думала… - Спокойно говорит Смерть, я же нутром чувствую, как она улыбается.
– Не прокатило. Не настоль наивная, что бы уйти с поля. Все из-за него? Имела же я несчастье связать вас Узами еще тогда. Думаешь, зря я это сделала?

– Нет. Все отлично. Я уничтожу Инквизицию. Дам людям свободу. Свободу действовать без посторонней помощи. Ведь тысячи лет обходились без нее. И сейчас обойдутся, не так ли? Но мне это не нужно, если рядом со мной не будет Фантома.

– Все начнется с Несумевшего Покарать Инквизитора. Он будет точкой опоры, начальным огоньком, от которого взорвется судно. Судну жить не суждено, после того, как Ушедший от Кары сделает попытку уничтожить его. Лишь то, как распределяться силы будет иметь значение…