Чтение онлайн

Оборотень обреченно вздохнул.

– Анечка, солнце, пожалуйста, переставай язвить, а? А то я слово, ты десять в ответ… Неприятно.

– Думаешь, мне приятно когда ты намекаешь что моя манера разговаривать вышла из моды? Улусчик, сидел бы тихо да слушал мои речи, а то я ведь и по морде дать могу… - Не удержалась. Чес-слово, не хотела вступать в перепалку.
– Усё… - Я решительно подняла свое седалище с показавшейся такой мягкой травки.
– Потопали. Перекидывайся, или ты возле кобылы бежать будешь, подгоняя ее? Давай, я не против, быстрее до города доберемся.

Оборотень молчаливо удалился мне за спину, стеснительно попросив не оборачиваться за время его превращения. Я благоразумно промолчала, не выдав в ответ положенное "что я там не видела", и полезла в седло. Куда мы пойдем - я понятия не имела, зато предполагала, что Фантом сам найдет меня когда освободиться. Ведь я для него что-то значу? Ведь так? Надеюсь.

А ведь я не помогу ему. Не захочу участвовать в это убийстве целой расы - расы Инквизиторов, которая уговорам не подлежит. Он сделает все сам, только потому что он обречен. Из-за того что его не оставят в покое. Инквизиция сама роет себе яму, пытаясь уничтожить его. Зачем она это делает, почему не понимает сложность происходящего? Неужели так сложно понять и отступить, пусть в целях безопасности, наступив на шею своей гордости… Это даст им дополнительное время, за которое Смерть попытается найти очередного человека, который попробует порешить Инквизицию… Он убьет их, если они будут продолжать атаковать с надеждами убить его. Он не умрет просто так, его судьба простирается дальше, туда, где Инквизиции нет доступа. Я боюсь за него, но понимаю - ничего с ним не случиться. Госпожа Смерть не позволит единственному воплощению ее плана умереть, не выполнив предназначения. Он - часть ее плана, значит будет жить… До тех пор, пока он ей нужен.

Три дня перехода… Перехода в никуда, - паршиво звучит, я знаю - куда глаза глядят. С Улусом мы общались на уровне язвительных замечаний и упреков, не говоря на важные темы, и сорясь по пять раз в день. Естественно, быстро мирились, понимая, что говорить-то не с кем, стало быть, придется терпеть общество друг друга.

– Аня.
– Кликнул он меня, когда я в очередной раз "обидевшись" отвернулась от него и ехала чуть впереди. Я, натянув поводья, подождала, пока оборотень поравняется со мной, и только потому "нукнула":

– Ну?

– Через две версты будет город.

– Это повод чтобы помириться?
– Без всякого упрека спросила я.

– Нет.

– Да ладно, не обижайся… Что за город?

– Улыцы.

– И что?

– Вроде как, первый город за три дня пути, иль тебе память по привычке отшибло?
– Ох… Опять начинаем ругаться…

– Нет. Память жива и в полном здравии, даже припоминает как ты оскорбил меня час назад.
– Упрекнула я его.

– Па-а-ардон… - Насмешливо протянул Улус, явно обидевшись.

– Мы заедем в город, если ты это хотел спросить.

– Я не нуждаюсь в твоем разрешении или подтверждении.
– По-детски возразил он. Точно обиделся.

– У тебя деньги есть?
– Миролюбиво спросила я, желая помириться.

– Для чего?

– … - Я промолчала, выразительно оглянувшись на Улуса. Ну как объяснить ему, зачем деньги нормальному, среднестатистическому путнику, который усталый, заезжает с целью комфортабельно отдохнуть хотя бы одну ночь? Или то, что изредка, все тому же усталому путнику следует питаться в дороге провизией, которую можно купить или приобрести в городе? И для чего, спрашивается, нужны деньги?

– Я понял.
– Мрачно подтвердил оборотень.

– Чего ты понял?
– Продолжила я, "забыв" про свои же попытки помириться.

– … - Ясно, переняли мою технику. Вот гад…

Через две версты, под вечер, мы, пыхтя и отворачиваясь друг от друга, въехали в смутно знакомый мне город под названием Улыцы. Пошлина оказалась удивительно низкой, и, оказавшись на главной относительно чистой улице города, попытались сориентироваться куда идти дальше. Главная сложность состояла в том, что Улус по привычке тянул меня в какую-то дряхлую корчму с невкусной пищей и постоялый двор на окраине города, а я отказывалась идти туда, заявляя что делить с блохами постель не намерена. Поворчав порядочное даже по нашим меркам время, мы сошлись на нормальной корчме, с вкусной - какую подадут - едой и жесткими койками в простеньком постоялом дворе. Все остались довольны, и, зубоскаля, направились в поисках вышеупомянутой корчмы.

Нашлась она нескоро - все заведения, куда мы имели честь совать свои длинные, любопытные носы, могли похвастаться пьяной публикой и неприятными запахами.

– Ох… - Тяжело вздохнула я, опускаясь на стул и разглядывая девушку в переднике, возникшую перед нами.
– Повкуснее и подешевле… - Протянула я, блаженно вытягивая ноги, хотя, скажите чего там уставать - всего то в седле сидела, ножками не работала. Я соглашусь, заявив, что было и покруче. Потянулась всем телом, выгнулась, ощущая приятную боль в ноющей грудной клетке… Надо попросить сегодня оборотня, пусть бинты меняет, я ведь все еще больная, бедная девушка, которую положено беречь и лелеять… Улус, к примеру выглядит намного бодрее и воодушевленнее меня.

– Подешевле… - Эхом отозвался Улус, забыв произнести сказанное мною "повкуснее"…

– А что будете?
– Глухо поинтересовалась девушка, вильнув объемистым задом и заинтересованно разглядывая оборотня. Я, вздохнув, - и на ее тупость, и на ее вилянье - повторила еще раз.

– Подешевле. И побольше. И повкуснее. И побыстрее. Все понятно, иль ты оставишь меня без ужина?
– Угроза была излишней - девушка, глянув, как я тянусь за спину, за двухклинковым стальным орудием, мигом умотала на кухню, решив даже не выслушивать заказ оборотня.
– Понравилась девушка?
– Спросила я, чтобы хоть как-то поддержать несуществующий разговор.

– Да.
– Мрачно сказал Улус, оскалившись в тридцать два зуба… А че, я тоже так могу… Пока мы занимались взаимным разглядыванием ровных клыков, в корчме появилась одна занятная фигура. Я, моментально спрятав оскал-улыбку, поднялась с места и нащупала рукоять… Улус оглянулся, дабы увидеть заинтересовавшую меня персону, и быстренько побледнел словно полотно, испытав вполне естественное желание скатиться под стол… У меня оное тоже присутствовало, только я уже привыкла к таким фокусам. Черный плащ с неровными краями развивался, будто сам по себе. Тонкие скрюченные пальцы, выглядывающие из рукавов щупали воздух, ища мою ауру. Я, подавив в себе желание спрятаться под магическим щитом и заблокировать всю магию вокруг к лешему, подняла взгляд на то место, где должно быть лицо пришедшей. Что ж, теперь эта корчма может гордиться тем, что в нее заходила сама Смертушка… Правда без косы, но все равно - событие достойно внимания. Внимания, кое я ей обеспечила, вытянувшись по струнке, и затем отвесив полушутливый поклон. Официоз… Так и не разгибаясь, наблюдала за приближающимися краями плаща.

– Сядь, дура. И кончай ехидничать.
– Грубо попросила Смерть, присаживаясь за наш столик и полностью игнорируя мои попытки изобразить из себя вечного слугу. Так, наша госпожа явно не в настроение.

– Слушай.
– Продолжила она.
– Тиам умер.

Я замерла, нерешительно подняв голову и глядя в едва проглядывающие черты лица под капюшоном. Чувств - никаких. Она врет.

– Врешь.
– Уверенно произнесла я, слушая свое же биение сердца, которое глухо ударялось через раз. Смерть молчала не подтверждая мои слова, и барабаня пальцами по столешнице стола, на котором было выцарапано "здесь был я" и прочие "красивые" надписи. Улус таращил глаза, нерешительно переводя взгляд с меня на нее, отказываясь верить кому-либо из нас. Я же не верила ни себе, ни ей… Только Фантому. Возле нашего стола боязливо бродила девушка-разносчица с сготовленным на скорую руку ужином, размышляя приближаться или нет. Я махнула ей рукой, приказывая тащить его. Едва поднос опустился передо мной, я схватила кружку с квасом и решительно потрясла ею перед носом Смерти. Слов не было…

– Он умер, Ранна.

– Да?
– Я приподняла бровь.

– Да.

– Я считала, у тебя есть Вестница для сообщения плохих вестей.
– Язвительно проговорила я, все еще не желая включать мозги… Она пропустила замечание мимо ушей и кивнула.
– И что теперь?
– Спросила я, не дождавшись ничего стоящего, и глотнула кваса.
– Собираем монетки на поминки, покупаем резной гроб из красного дерева? Костюмчик у него был заготовлен, или его тоже на гроши друзей приобретать надо? Впрочем, с такой занятостью-то не особо печешься о собственном благополучие… а уж тем более не предполагаешь, что Госпожа Смерть придет за тобой в любой, удобный ей момент… - Я продолжала с холодом в голосе высказывать все свои накопившиеся идеи по Инквизиции. Смерть сидела не шевелясь, внимательно вслушиваясь в каждое мое слово, не возражая. Вместо нее это пытался сделать Улус, но у него это не получалось по элементарной причине не умения подтянуть упавшую на столешницу челюсть. Оборотень не понимал, по какой причине я смею так разговаривать с ней, так же как и не понимал, почему я еще живая… Она вздохнула.