Чтение онлайн

— Вы можете разобраться в этом, Тори? — спросил он.

Тори знаком велела ему молчать, так как сообщение началось снова, а в первый раз она смогла уловить только маленький кусочек. Обычно она понимала стромви, так как ее слух хорошо улавливал самые сложные ритмы. Но это сообщение было слишком быстрым, и Тори смогла разобрать только его тревожный смысл.

— Нгои Нгенга умер насильственной смертью, — перевел Джейс Слейд. Его гибкая рука скользнула от сердца к середине лба в изящном жесте уважения, заимствованном у калонги. — Вам лучше отправить уведомление в узел связи Консорциума на Деетари, так как Нгои обнаружили на вашей земле, мистер Ходж. Вы должны потребовать расследования.

Бирк нахмурился, но не стал задавать вопросов. Отойдя на два шага от Тори и Слейда, он уставился на участок работников. В зарослях винограда и шиповника, скрывавших входы в дома стромви, ощущалась скрытая активность.

— Нгои был единственным стромви, с которым дружил Калем, — буркнул Бирк, словно рассматривал смерть Нгои как преступление, совершенное исключительно с целью сохранения равнодушия Калема к ферме Ходжа.

Тори удивил черствый комментарий Бирка. Но еще больше ее напугало собственное равнодушие. Сожаление о смерти Нгои полностью пересилило слово «расследование». Хотя Тори знала, что Нгои был другом, заслуживающим оплакивания, несмотря на недавнее поведение, она не могла порицать Бирка за его холодность, когда ее собственная реакция сосредоточилась вокруг страха за себя. Тот факт, что Нгои первым подружился с ней после окончания ее собственного расследования, казалось, только сильнее связывал настоящее с мрачным прошлым.

— Я найду Нгури, — сказала Тори и поспешно удалилась, не заботясь о том, что подумают двое мужчин о ее поведении.

Нгури должен знать правду. Он должен подтвердить или опровергнуть сообщение о смерти Нгои, рассказать ей, как это произошло, чтобы она поняла, сколько у нее причин для беспокойства.

— Одевайся, Риллесса, — приказал Калем, входя в комнату жены. — У нас гость.

— Это гость Сильвии, — возразила Риллесса и тем не менее ослабила бдительность и поднялась. Она не верила, что «Это» повредит ей в присутствии Калема, так как оно было слишком коварно, чтобы обнаружить себя перед ее мужем. «Это» хотело, чтобы Калем сомневался в ее словах.

— Он наш гость, — с раздражением настаивал Калем. — Сильвия, безусловно, не стала бы приглашать на свадьбу инквизитора-соли.

Риллесса перестала одеваться.

— Джейс Слейд? — спросила она. При виде удивленного взгляда мужа она добавила с робким простодушием: — Когда я в последний раз просматривала файлы, это был единственный инквизитор-соли. Калонги редко удостаивают соли официального ранга Сессерды.

— Выходит, мы удостоились чести принимать любимца калонги, — с беспокойной гримасой отозвался Калем. — Будь с ним вежлива, Риллесса. Инквизиторы — опасная порода.

— Только для тех, у кого есть преступные тайны. — Риллесса погладила затылок мужа. — Почему ты так напряжен, Калем?

— Потому что твои кошмары всю ночь не давали мне заснуть, — огрызнулся Калем. Он умолк, прислушиваясь к внезапному щелканью стромви.

Риллесса ощутила какие-то напряженные эмоции в хоре щелчков, но не могла понять их смысл. Увидев ужас на лице Калема, она вновь ощутила прилив страха перед «Этим».

— Что они говорят, Калем?

— Нгои мертв — убит.

— Очевидно, Нгои чем-то угрожал «Этому», — прошептала Риллесса. — Но он был слишком неуклюж и медлителен, чтобы спастись.

Калем раздраженно покачал головой.

— Заканчивай одеваться — встретимся в холле.

Джейс закрыл глаза, пытаясь понять ускользающий смысл панического щелканья стромви, но его ум все еще был затуманен не то усталостью, не то лихорадкой, не то чрезмерным погружением в прошлое. Вначале его встревожило какое-то непонятное движение возле участка стромви. Медитации Сессерды могли бы рассеять тревогу, но наслаивающиеся друг на друга неприятные мысли заставили его отложить процедуру.

Джейсу хотелось, чтобы у него было время отделить ценные размышления о настоящем от смутных воспоминаний. Он даже не заявил о себе должным образом своему подследственному, а это непростительное упущение. Джейс принял обязанности инквизитора и не мог откладывать их исполнение, какой бы мрачной ни выглядела его задача после встречи с этой несчастной молодой женщиной. Он с усилием заставил себя сосредоточиться на словах Бирка.

— Не знаю, почему вы здесь, — напрямик сказал ему Бирк, — но рассчитываю, что вы намерены объясниться, особенно узнав об этой трагедии. Должен заметить, мистер Слейд, что я не был доволен, когда Калем сообщил о вашем прибытии. Свадьба моей дочери слишком важна, чтобы подвергать ее риску из-за бюрократической ошибки, которая привела вас сюда.

— Или из-за убийства вашего бригадира-стромви?

— Мне не нравится ваша ирония, и я не потерплю стороннее вмешательство в мои деловые операции, — вспыхнул Бирк, но тут же сдержал гнев и заговорил любезным тоном: — Я постараюсь быть гостеприимным по отношению к чиновнику Консорциума, но вы должны понимать, что ваше прибытие странным образом предшествовало какой-либо нужде в ваших услугах. Думаю, вам следует вернуться в порт и оставаться там, пока я не свяжусь с Деетари и не получу подтверждение вашей личности.

— Вы знаете, что я не могу уехать, пока не выполню обязанности инквизитора. — Джейс едва не упомянул о загадочном вызове, полученном якобы от Калема, но заколебался, и Бирк заговорил вновь:

— Если вы в самом деле инквизитор, калонги знают, как с вами связаться.

— Так это и есть наш ясновидящий инквизитор? — Одетая в шелковистую ткань аквамаринового цвета, изготовленную из водяных лилий, Сильвия стояла в дверном проеме, умело приняв позу холодной элегантности. Джейс ожидал ощущения ностальгической привязанности при виде бывшей невесты, но теперь она показалась незнакомой женщиной. Былая уверенность исчезла, сменившись опустошенностью, прикрытой внешним спокойствием.

— Мистер Слейд не останется у нас, — сообщил дочери Бирк.

— Не останется? Но мистер Слейд сделал бы мою свадьбу гораздо более памятным событием. Ни на одной из прошлых моих свадеб не присутствовал инквизитор, а мистер Слейд выглядит более впечатляющим, чем некоторые из наших калонги.

— Сейчас неподходящее время для кокетства, Сильвия, — мягко пожурил дочь Бирк.

— Ты боишься, что я брошу Харроу и от этого пострадают твои прибыли? Можешь не опасаться, дорогой папочка. У меня нет пристрастия к межвидовым связям, а инквизитора ведь нельзя считать настоящим соли, не так ли? — Сильвия подошла к отцу и положила ему на плечо заметно дрожащую руку. — Надеюсь, я не оскорбила вас, мистер Слейд?

— Разумеется, нет, мисс Ходж, — спокойно ответил Джейс. — Вы абсолютно правы. Я не совсем соли.

— Я сообщу в порт Джефферу, чтобы он ждал вашего возвращения, — объявил Бирк, довольно резко сбросив руку дочери. Сильвия пожала плечами, словно извиняясь перед собой.

Джейс автоматически отмечал реакции Ходжей — нервозность Сильвии, как единственное указание, что смерть Нгои ей небезразлична, усталую покорность отцовской грубости, явное раздражение Бирка.