Чтение онлайн

Как-то за завтраком говорит: «Я в одной программе услышала, что если мужчину хорошенько визуализировать, то он может «нарисоваться». Поскольку настроение у меня было хорошее, я решила не привычно разгневаться, а отшутиться, и стала рассказывать маме свою фантазию о щедром богаче, которого я однажды встречу на пути: с яхтами, бриллиантами и внушительными размерами всего, что ему принадлежит.

Мама внимательно выслушала и, прищурившись, задала неудобный вопрос: «Странно, почему же ты не мечтала об этом в 30?» Я хотела было оправдаться, но вместо этого вспомнила, какими прекрасными были мои тридцать. Какой я была независимой и дерзкой, как отчаянно увлекалась и любила навзрыд, находила приключения, упивалась вином и своей бесстыдной сладкой жизнью, в которой, конечно, хватало и трудностей. Но сейчас, с высоты всех этих прожитых лет, их и трудностями-то не назовешь… Подумаешь, влюбилась несколько раз безответно.

«Ни один день я не хотела бы изменить в моих тридцатых, – ностальгировала я с упоением. – Ты даже не представляешь себе, мама, какая это была чертовски весёлая жизнь. Вся такая богемная и разнузданная».

«О, зная тебя, я как раз очень даже представляю, – хмыкнула мама и немного помолчав, добавила: – Да. Так, наверное, правильно».

Умер человек. Прямо перед Новым 2018-м годом, 30 декабря. Мой бывший любовник. Смерть получилась нелепой и страшной – его закололи на одном из московских вокзалов, нанесли несколько ударов ножом в сердце. Полиция так и не выяснила, кто. Я узнала об этом из новостей, которые читала в ленте Фейсбука, пока парикмахер колдовала над причёской к Новому году. Всё случилось так неожиданно, что я на несколько дней оцепенела.

Так и проходила все праздники – снаружи улыбалась, а внутри оставалась вся какая-то замороженная. Поделиться было не с кем, вряд ли в моей семье эту историю бы поняли, и вообще как можно страдать, когда праздник. Помню, в новогоднюю ночь близкие всё говорили тосты, подводили итоги, рассуждали об исполнении желаний, а я даже загадывать не стала, подумала: успею ещё, я же живая. Вместо этого я прокручивала в голове «диафильмы»: перечитывала нашу давнюю переписку, пересматривала фотографии, ловила обрывки новостей от общих друзей, снова погружалась в воспоминания о том, как мы занимались любовью и никак не могли друг другом насытиться, как я забеременела, а он испугался. Он был не просто давно и благополучно женат, но ещё и отцом троих детей, а также музыкантом по совместительству. Ну а какой музыкант без интрижки? Правда, тут была загвоздка – «мой» был ещё и православным христианином. Он рассказывал мне, как они с женой по выходным ходили в церковь исповедоваться и причащаться, и что она была очень набожной женщиной. Впрочем, он как будто бы тоже.

Возможно, его бог уехал в командировку, когда стало известно, что я «залетела». Мой набожный любовник откупился, заплатив за аборт в частной клинике, «поджав хвост» вернулся в лоно семьи, и с тех пор мы с ним больше никогда не виделись. Пусть и совсем недолговечная, наша страсть ярко вспыхнула и как-то бесцветно погасла, оставив после себя лишь сожаление и чувство стыда.

Но вот явилась смерть и короткий жизненный эпизод из прошлого, который длился всего каких-то пару месяцев, вдруг приобрёл форму и смысл. Впрочем, они никуда не девались, просто их обесценили два человека. Один предал мечты, вторая не придала значения и тоже предала. Так всё и закончилось – словно и не было, и каждый продолжил жить своей жизнью. Я, смею надеяться, длинной, а он, – так уж сложилось, короткой.

Побродив в оцепенении несколько дней, я почувствовала, что надо выбираться «на свет». И начала шутить – быстрее всего от страха можно избавиться с помощью смеха, «перешутить» его. Здесь, наверное, следовало бы привести несколько ярких примеров, но я всё-таки предпочту оставить шутки за кадром, хотя некоторые из них и получились по-настоящему смешными. Смерть – это ведь очень страшно. Особенно когда осознаёшь, что все мы смертны, а человека не вернёшь.

«Нашутившись» и немного придя в себя за каких-то пару недель, я, во-первых, приняла решение всё забыть, а во-вторых, поняла, что мечты… Их ведь тоже не вернуть. А вот это уже может быть по-настоящему страшно. В параллельной реальности, когда я предаю мечты, случается непоправимое: они уходят одна за другой. И в тот самый момент, когда это делает последняя, жизнь прерывается. У души будет ещё один шанс, и ещё один, но только уже в другом воплощении. В тот момент я так отчётливо, так выпукло это увидела, как будто картинку в «три дэ». Трагедия, случившаяся с бывшим любовником, задев меня, казалось бы, лишь по касательной, вдруг позволила рассмотреть важное.

Новогодние праздники тем временем заканчивались. Волшебства, искусственно нагенерированного сантами, снегурочками и эльфами, с каждым днём становилось всё меньше. Оставшись наедине с буднями, я часто задумывалась о мечтах и их воплощении. А что, если попытаться в новом году не предать ни одной, даже самой малюсенькой мечты? Что, если пообещать себе не проигнорировать ни одного желания? Перестать ссылаться на отсутствие времени, возможности, стабильности и просто попытаться жить. Как будто каждая минута – последняя. Как говорят буддисты, «никогда не знаешь, что наступит раньше – следующий день или новая жизнь».

А ведь мечта у меня была – я очень хотела побывать в Перу, увидеть настоящих индейцев, побродить по знаменитым джунглям Амазонки и, чем черти не шутят, поучаствовать в настоящей шаманской церемонии, о которой так много слышала. Вот удивительно, Вселенная как будто прочитала мои мысли, и случай представился в первые дни января 2018 года. Знакомая написала, что набирается группа психологов для поездки в Перу. До этого я много лет путешествовала одна, а тут случилась оказия присоединиться к уважаемым людям. Идея показалась интересной, и вообще всё происходящее было похоже на то, что мудрецы называют «зовом». Поэтому, даже не дав себе времени на размышление, безо всяких сомнений, я купила билет на перелёт по маршруту Минск – Вильнюс – Париж – Лима, чтобы чуть меньше чем за двое суток самолёты доставили меня прямиком к мечте.

Проснулась в 6 утра, за окном птицы поют, пальмы, туман, а в небе только что пролетел кондор. Здравствуй, Лима, столица Перу. Двое суток я летела к тебе в Южную Америку, на континент мечты. Ради тебя пересекла Атлантический океан и отмотала время назад.

Лима – город в тумане, чем ближе к воде, тем гуще туман. Он приходит со стороны океана каждое утро, сбивает с толку, запутывает следы, обнимает пространство вокруг. Океан тут только называется Тихим – выглядит он неспокойным и устрашающим, особенно когда направляет в сторону города сотни и тысячи волн. А ещё здесь почти всегда пасмурно.

С первого дня в Лиме мне постоянно казалось, что я упускаю важное. Вроде и мечту исполнила, но как будто чего-то не заметила, не разглядела в тумане. Красоты Лимы, её цвета, звуки, дыхание воспринимались приглушённо, я как будто погрузилась в неведомую глубину и потеряла ориентиры. В сказках туман часто сравнивают с порогом – местом, которое надо просто преодолеть. Считается, что в тумане граница между реальным и параллельным миром истончается настолько, что мы не в состоянии определить черту, за которой впадаем в иллюзии. Здесь существует особая жизнь, и каждый в ней видит своё. Общее пространство, впечатления и переживания стираются, вместо них создаются новые ритуалы и устанавливаются иные отношения.

Я забронировала номер в одном из лучших прибрежных районов города – Мирафлорес. Отель был из тех, где цена соответствует качеству, при этом первая оказалось приятной, а второе вполне себе на высоте: комфортное место с красивой резной мебелью из тёмного дерева, расписными стенами, горячей водой, огромными кроватями и уютными комнатами. В пяти минутах ходьбы гремел океан, на метро можно было добраться в любой конец города, все необходимые магазины находились в пешей доступности, на каждом шагу соблазняли рестораны, бесстыдно выставляя напоказ яркие вывески: «севиче», «роллы», «пицца», «десерты».