Чтение онлайн

– Ой, Ритти, спасибо!..
– послышалось наконец.
– Умница!
– и Юма подбежала к Аглае с Туаном.

– Юма... Зверь... тебя... слушается!..
– раздельно, по словам, проговорил обалдевший Туан.
– Без ключа!.. Без...

– И ты нам ничего не говорила!
– это уже воскликнула Аглая.
– Даже Инессе!..

– Я не могла! И он не слушается, мы с ним просто дружим, - возразила Юма. Она вынула из кожаного мешочка два камня, и дети ахнули - это чудо Тапатаки они видели впервые. Юма протянула каждому по рубину, и Аглая с Туаном принялись их разглядывать, оба совершенно зачарованные.

– Теперь самое-самое важное, - заговорила Юма каким-то проникновенным голосом.
– Аглая! Туан! Вам надо это сделать обязательно, слышите? Иначе все пропало!

– Что?
– дети насилу могли оторваться от любования Соллой.
– Что сделать?

– Вы оба должны отдать камни - слышите?
– оба, каждый должен свой камень отдать. Туан, ты помнишь, как ты меня потерял на Рыжухе?

– Ну?

– Тебе надо придти на то место, где ты меня снова нашел. Там, недалеко, на камнях лежит раненная Птица. Она большая, и ты её узнаешь. Она больше Зверя, и у неё голова выставляется из-за склона скалы.

– И что?

– Туан! Ты должен отдать ей Соллу!

– Как отдать?!. Ты что, с ума сошла?
– Туан даже отодвинулся от Юмы. Это же камень Антонина!

– Да, отдать!
– с жаром отчаянья повторила Юма.
– Ты должен взять рубин и вложить Птице в клюв. Я не могу этого объяснить, Туан! Так н_а_д_о!

– Да почему?

– Потому что у нас в Тапатаке большая беда! Потому что...
– Юма вздохнула и продолжала с какой-то покоряющей убежденностью - ...потому что так велит Солла! Ну, смотрите же! Вот сейчас, если я говорю правильно, пусть камень загорится, трижды! Солла, скажи им!

В замешательстве Туан и Аглая переводили глаза с рубинов на Юму и обратно. Они не то что не верили Юме, они просто ничего не могли понять. И вдруг - оба камня сильно сверкнули.

– Раз... Должно было быть трижды, - проворчал Туан. Он уже поддался а может быть, что-то незримое из волшебного рубина проникло через ладонь ему внутрь.

– Аглая!
– Юма крепко-крепко обняла девочку и отступила.
– А ты, пожалуйста, ну пожалуйста, отдай камень Чке. Отдай рубин и вынеси её из дома, пусть улетает.

– Что ты говоришь, Юма?
– изумилась Аглая.
– Ты что, хочешь, чтобы она его склевала?
– Юма закивала, соглашаясь.
– Да он же не войдет в нее, в такую кроху!

– Войдет!
– жарко настаивала Юма.
– Я знаю!

– Юма, а почему ты сама не хочешь это сделать?
– спросил насупившийся Туан - он уже кое-что заподозрил.

– Я не могу! Ритти велел, чтобы я осталась.

– Ты что, хочешь, чтобы тебя здесь застукал Северин?
– едва не закричала Аглая.

– Да конечно же!
– яростно отвечала Юма, тоже чуть не крича.
– Ну поймите же, с Тапатакой беда, я видела, и Тха говорил, и До.. Я попробую уговорить Северина, может, он прикажет Ритти, и тот что-то сделает!.. Ну ребята, ну скорее же!

– Ты думаешь, получится?
– хмуро спросил Туан.
– Уговорить Северина? А если ты не...

– А если не получится, тогда ничего не получится!
– Юма едва не плакала.
– Обещайте, что все сделаете, Туан, Аглая! Ну кого же мне ещё просить!..

– Ну, обещаю, - сказал все ещё хмурый Туан, и Аглая следом за ним повторила - произнесла серьезно, по-взрослому, как она отвечала на просьбы Инессы: - Да, Юма, я все сделаю.

– Только я не уверен, что мы сможем найти дорогу домой, - добавил паж Антонина.

Невероятно, но впервые за все это время Юма засмеялась - тихонько и с облегчением:

– Конечно, не найдете! Солла вас сама доставит на место.

И Юма велела им сжать свои камни обеими ладонями, представить, куда они должны попасть, и просить рубин, чтобы он их перенес. Туан и Аглая стояли зажмурясь, прилежно представляя каждый свое и беззвучно шевеля губами в мысленном обращении к Солле. Они исполняли все, как было сказано, и очень старались - и все равно, оставались, где были.

– У меня ничего не выходит, Юма, - виновато произнес Туан не открывая глаз.

И тут от двери послышался возглас изумленного и рассерженного Северина:

– Дети, что вы здесь делаете! Это снова ты, незваная гостья?

– Ай!
– вскрикнула Аглая и разожмурилась вместе с Туаном.

– Зажмурьтесь снова! Скорей!
– в отчаянии закричала Юма.

Повинуясь мгновенному озарению, она хлопнула Туана, а следом и Аглаю в спину - той своей _волшебной_ ладошкой, как однажды её саму - Кинн Гамм, когда ей надо было попасть к завтраку в дом Инессы. От неожиданности оба пошатнулись и, снова ойкнув, невольно разлепили глаза, а Северин с немыслимой быстротой пересек зал, он был уже в полушаге от них, и Юма даже не успела заградить ему путь, но это уже не имело значения, потому что в один миг Туан и Аглая исчезли, только взвизг Аглаи звучал ещё в воздухе, а ребят тю-тю, улетели, и Северин с гримасой досады разжал свои кулаки, схватившие пустоту, и грозно повернулся к Юме.

– Ну-ка, объясни, что все это значит!
– потребовал хозяин Зверя, надвигаясь на Юму.

Под этим взором, в котором искрилось какое-то ледяное бешенство, Юма непроизвольно попятилась - и продолжала пятиться, пока спиной не уперлась в морду Зверя. Тогда Юма глубоко вздохнула и решила говорить открыто.

– Я пришла забрать Соллу и уговорить тебя помочь Тапатаке, призналась Юма, выискивая в лице Северина признаки его _настоящих_ мыслей.

Северин холодно рассмеялся:

– А с чего ты взяла, что тебе это удастся? Уверен, ты слыхала, как обо мне думают в твоей стране. Я ведь злодей, не правда ли?

– Нет!
– решительно отрицала Юма.
– Ты не злодей, ты не тот, кем стараешься казаться! Я вижу, я поняла! Ты выпустил меня в тот раз, и ты скрыл это от предателя Мэйтира, и ты тоже любишь Тапатаку, только неправильно!

Северин таращился на Юму в величайшем изумлении.

– Да, ты умеешь удивить, - признал он наконец своим ровным холодным тоном.
– Возможно. Возможно, ты и права кое в чем. Откровенно скажу, мне было бы интересно с тобой побеседовать, что значит "неправильно любишь". Но не сейчас, маленькая ясновидица. Я даже не спрашиваю, как ты узнала про камень. Мне некогда. Так что не трать время на пустые уговоры - я не могу отдать Соллу. Передай мой отказ Антонину. Солла ему все равно уже не поможет.

– Я уже её забрала, - отважно призналась кроха в лицо Северину.

– Что-что?
– и поперхнувшись холодным смешком, Северин отстранил Юму с дороги и метнулся к своему Зверю. Он шарил рукой внутри его пасти, одним глазом косясь на Юму, и недоверчивое выражение его лица менялось на все более ошеломленное и нехорошее.

– Та-ак!
– свирепо протянул обокраденный хозяин дворца, а Юма молча показала ему кожаный кошель, где он хранил рубины, и потрясла его - мол, пожалуйста, смотри, я не обманываю, пусто.
– Как ты это сделала?!.