Инопланетный след
Шрифт:
– Ладно, давай сначала установим заряд, а потом решим, что делать дальше. Может, спешишь нас хранить дружище?
– Действительно, нам лучше поторопиться, наши "земели" уже подходят к зданию и скоро будут тут.
Мы подошли к небольшой прозрачной платформе. Кровь из раненой руки капала на бело-серый пол, оставляя за мною пунктирный след. Платформа быстро подняла нас наверх, в просторный зал. В центре его возвышался огромный стержень того же серо-золотого цвета, как и наружная поверхность и внутренние стены сферы.
– Заряд надо установить к основанию стержня, - Виталик показал место.
Я подошел, снял с плеча рюкзак, открыл панель управления. И обернувшись, спросил:
– На сколько ставить таймер?
– Ставь на двадцать минут, думаю, столько мы продержимся, но на всякий случай держи пульт в руках, может раньше придется подорвать.
– Слушай, - возразил я, - за двадцать минут ничего не изменится, - даже если удастся выбраться - далеко не уйдем, так может, рванем сразу? Тем более, тут комбинированного варианта нет - либо с пульта, либо таймер.
– Можно и сразу, только попрощаться хочу.
– С кем?
– Да с этими недоделанными шмелями, оставшимися в живых бойцами с Земли.
– Макс, всё равно всех тут накроет, так что рисковать, убивая их пулями - смысла нет. Или ты им хочешь руку пожать и приобнять за плечи?
– И по-отцовски в лобик поцеловать, - поддержал иронию Макс.
– Ну что, давай сразу!
– с азартом обреченного, произнёс я, но тут же сам себя и остановил.
– Хотя, подожди, давай еще поживем минутку. Тем более что у меня вопросов поднакопилось.
– Хорошо, давай свои вопросы, только быстрее, я платформу заблокировал, но они всё равно до нас очень скоро доберутся.
– Скажи, ты давно сотрудничаешь с ФСБ?
– С курсантской скамьи.
– Вот как. Тогда зачем нужен был я?
– Жуки меня раскусили. Отследили связи, пришлось организовывать операцию прикрытия.
– Ты хочешь сказать, что ты разыгрывал двойного агента, а чтобы тебе поверили насекомые, ты усиленно делал из меня наемного убийцу? Но как-то уж очень это просто.
– Саня, скажу тебе честно, решение встать на сторону землян я принял буквально полчаса назад. А так, я активно работал на насекомых, и водил за нос ФСБ, ЦРУ и всех, кто там пытался умничать со мной.
Больше того, именно я организовал оборону этого энергетического узла, именно я передал информацию жукам о том, что ты придешь сюда.
Но я просчитался в одном - что ребята пойдут с тобой. И когда они стали гибнуть один за другим, я решил, что не могу предать их, поэтому ты здесь.
– Макс, я не верю.
– Ну и зря, я ведь не Макс, я наполовину уже шмель - насекомое, и парни были уже не людьми, но они пошли и отдали жизнь за людей. И сейчас я понял, что точно не смогу переступить через них.
– Это бред. Ты готов был перешагнуть через свою семью, дочерей, родных и близких тебе людей, ты не против был уничтожить всё человечество, и вдруг не смог перешагнуть через смерть товарищей?
– Ты не можешь этого понять. Мы не люди, зачем нам любить людей? Давай закончим дискуссию, жми на кнопку и конец всему!
– Подожди, уважаемый, что-то тут не так!
Был человеком, стал насекомым. Работал на ФСБ. Потом предал, готовил операцию по оправданию агрессии, активно снабжал дезинформацией власти Земли, положил на это двадцать шесть лет, и вот, когда до вторжения остались считанные часы, ты вдруг перековался и стал спасителем человечества?
– Что тебе надо, сволочь, что ты в душу лезешь!?
– Макс подтянул ремень винтовки, и ствол воронёным отверстием нацелился мне в грудь.
– Я просто хочу понять.
– Что ты хочешь понять?
Ты такой же как все земляне, вам вечно нужны душевные порывы, эмоции, любовь. Да это же идиотизм - умирать ради кого-то, любить кого-то... Зачем, когда можно жить, наслаждаясь властью и комфортом? Ты даже представить себе не можешь, какая власть у шмелей!
– Это-то я как раз могу представить, я не могу понять, почему ты позволил мне принести в этот энергоузел ядерный заряд. Что будет после подрыва, может ты обманываешь меня и это ложная цель?
– Да, я тебя обманываю, и как дурак, подставляюсь под смерть. Если это ложная цель, тогда зачем мне умирать?
– Не знаю, - честно ответил я.
Разговор явно зашел в тупик.
Я сел рядом со своей смертельной ношей, ужасно болела раненая рука. Виталик повернулся ко мне спиной, видно было, что он растерян и не знает, как поступить.
Наконец я нарушил молчание:
– Макс, а помнишь, как мы с тобой на абитуре еще, на полигоне вкалывали. Чурки деревянные на танковой трассе в землю забивали. А потом майор Петриков нас забрал на артиллерийскую директрису, мишени мы с тобой на тележки ставили. Вот время было...
– Да, Саня, помню, какое жаркое тогда было лето, и как цвел иван-чай...
– А взводного нашего помнишь?
– Музыку? Конечно помню. Он меня вечно доставал, - Макс изобразил голос взводного.
– "Максименко, суббота не выходной, суббота ПХД, взял тряпку и пошел драить расположение!"
– Да, помню, даже фотка где-то была, где он тебя дрюкал, а ты с тряпкой в руках стоишь.
– Жаль, это время ушло, - с тяжелым вздохом произнес Виталик.
– Скажи мне честно: мы спасем человечество, если я взорву этот чертов заряд, или это ложная цель?
– Человечество спасем, а вот мир насекомых погибнет.
– Почему? Ведь мы только обесточим вторжение. Луч смерти и десант не сработают.
– Нет, уничтожена будет вся планета. Лишив энергии вторжение, мы не остановим рождение солдат-богомолов. А это значит, что родившись, они начнут реализовывать свои функции тут, в этом мире.
– Не понял!?
– Что тут непонятного, богомолы -- это биологические механизмы, единственной функцией которых является насыщение.
Они призваны пожирать всё на своем пути до состояния насыщения. Родившись, они приступят к уничтожению всего и вся, пока не насытятся. Их нельзя остановить, ими нельзя командовать, а поскольку тут ресурсов очень мало, они не насытятся, и будут жрать даже эти скалы, потом начнут есть друг друга. Одним словом, это страшный конец.