Чтение онлайн

Вестибюль был завален принесенной сюда мебелью. Очевидно, хозяйка уезжала.

Спросить было некого. Слуги, таская мебель, недружелюбно поглядывали на Сирано и на вопросы не отвечали.

Он вошел в знакомые комнаты.

Они встретили его пустотой и холодом. Лауры не было!

Тогда он выбежал из особняка, вскочил на коня и пустился догонять подводу с безобразной старухой. Она-то знает!

При виде всадника старуха усмехнулась.

– Где баронесса де Тассили, что с ней?
– спросил Сирано, наклоняясь в седле.

Старуха замотала головой и что-то прогнусавила.

Тогда Сирано достал кошелек и бросил в жадно подхватившие его руки.

– Не больна ли баронесса Лаура?

– Лаура-то? А как же... больна... больна! Боль-на! Бери кто хочет, что бык, что кочет.
– И она противно хихикнула.

– Марта! Если ты не скажешь, что случилось, я тебя проткну шпагой, как индюшку на вертеле.

– Что вы, что вы, ваша светлость! Погостили, только и всего! Надо и честь знать! Знать надо знать, ваша светлость, - гнусаво болтала старуха.

Сирано старался объяснить произошедшее по-своему.

Очевидно, Лаура, как и он сегодня, обнаружила беспощадность своего страшного недуга и в ужасе бежала из Парижа, быть может, чтобы начать лечение. Но почему она даже не предупредила его, своего возлюбленного? Конечно, растерялась!

Спрашивать было не у кого.

В полном отчаянии Сирано помчался в Париж, сам не зная куда, и опомнился только у знакомого трактира в Латинском квартале. Сам Великий Случай привел его сюда, чтобы залить горе вином!

Запах плохой кухни, разлитого вина и неопрятных посетителей охватил Сирано, едва он вошел в таверну, где не бывал несколько лет.

Но тем не менее кто-то из давних знакомых позвал его к столу. Сирано не без труда узнал старого капитана, с которым когда-то дрался на дуэли, а потом подружился в трактире и даже обучал своим приемам вышибания шпаги из рук противника.

– Учитель! Мой благородный и несравненный учитель!
– кричал старый вояка, вскочив со своего места и кинувшись к Сирано с раскрытыми объятиями.

Сирано осторожно отстранился, но все-таки сел на предложенное за столиком место.

– Как я рад тебя снова увидеть!
– продолжал капитан.
– А я, признаться, думал, что тебя укокошили-таки в одной из ста твоих дуэлей, хотя слава о тебе густая, как это вино, которое непременно тебе придется отведать в знак давней дружбы!

Сирано молча принялся пить кружку за кружкой. Капитан едва успевал ему подливать, правда, и сам от него не отставая. Однако, начав еще до приезда Сирано, он быстро захмелел.

– Когда я дрался на дуэли с маршалом... да я, наверное, тебе об этом рассказывал... я всем рассказываю...

– С генералиссимусом, господин барон, - мрачно поправил Сирано.

– Э, нет! Чего нет, того нет! Капитан де Ловелет никогда не привирает, ему и без этого есть о чем рассказать!

И он принялся пьяным голосом расписывать свои подвиги во время последней нескончаемой войны. Когда он заговорил о том, что принимал участие в операции под Аррасом, Сирано насторожился, решив одернуть болтуна, если тот заврется.

– Ты знаешь, дружище Сирано, наши французские войска осадили Аррас, а испанцы под командованием инфанта, в свою очередь, окружили осаждающих.

– Еще бы не знать!
– хмуро подтвердил Сирано.

– Какие-то смельчаки, кажется, гасконцы, отчаянные головы, прорвали окружение, разгромив отряд генерала Гарсиа, да и его самого прикончили, продолжал, выкатив глаза, барон де Ловелет.
– Ну а мы вместе с подоспевшим войском союзного нам курфюрста ударили по испанцам с тылу! Вот была каша, похлебка, бульон! Поверишь ли, мне, бывалому солдату, такой потехи видеть не приходилось!

– Да, жаркое было дело, - неохотно подтвердил Сирано, вспоминая, что тогда погиб отец Лауры, которая, к счастью, не знает, от чьей руки.

– У этих испанцев оказался богатый обоз и даже с девочками! Мы с немцами и захватили его как общую добычу. Но, знаешь, эти девочки куда опаснее самих испанцев. От тех хоть знаешь, что получишь. А у этих... я всегда берегусь! Был у меня один случай в Тулоне! Пламень-девка! Сойти с ума можно! Я уже заплатил за ее любовь...

– Знаю, знаю, барон, - прервал Сирано.
– Имел честь слышать.

– Как? Я рассказывал еще при первой встрече? А какая была встреча! Прекрасная встреча! Какому ты приему меня обучил, век не забуду! Готов бочку вина вместе выпить! Словом, я, который самого черта в бою не боится, девок страшусь. И тебе советую... А как нам быть, изголодавшимся солдатам? Как, я тебя спрашиваю? Я тебе скажу. Нам отчаянно повезло тогда! Пей! Такое слушать надо, крепко запивая. Понимаешь? Карета! А в ней две цыпочки! Обе красавицы! И из благородных! Немцы первыми захватили их. Они, признаться тебе, все-таки подлые собаки, эти пфальцы и прочее... Когда старшая упиралась, применили ножички у дочки на глазах. Ну, груди там у старшей порезали или отрезали. Они, немцы, любители такой кулинарии. Старшая потом не выдержала, прикончила себя кинжалом. Спрятан у нее был. Что ни говори, испанка! А дочь припугнули. Тут, признаться, и я не оплошал тоже. И про меня вспомнили, как-никак капитан! Страху-то нет! Не заразишься. Дамы-то знатные. Зря генерал испанский свое семейство в обозе таскал. Вот и дотаскался!

Сирано побледнел.

– Имя! Как звали генерала?

– Да откуда я знаю! В этих случаях я у девочек имени не спрашиваю. Пей, а то не дослушаешь.

Сирано вскочил.

– И вы, барон, считаете себя благородным человеком?

– А что?
– удивился капитан.
– Женщины всегда были военной добычей. Мы еще две бочки превосходного испанского вина захватили. Что ж мы, пить его не должны были?

Сирано опрокинул на стол недопитую кружку, вино растеклось, как лужа крови, стало стекать на пол.

– Что случилось с младшей?

– Ничего особенного. Жива осталась. Немцы даже отправили ее в обоз. Там у них был "цех веселых женщин". Их фельдфебелица ее всему, чему надо, обучила. В этом цехе у них все на военный лад, строго! Фельдфебелица зверь в юбке! Я, признаться, вздумал отыскать ее, повидать еще разок. Уж больно хороша. Да фельдфебелица с проваленным носом напугала меня. С тоски ли, от унижения или еще от чего вроде заболела она чем-то. Ну я и махнул рукой. Побоялся заразиться.