Чтение онлайн

— Ну что, — раздался эхом мелодичный голосок Нэнси, — мы уже достаточно глубоко влезли? Может быть, возьмем пробы и покинем это место? Мне как-то не по себе!

Судя по тому, как синхронно все принялись копаться в своих рюкзаках, становилось ясно, что никто не хотел здесь задерживаться на долгое время.

Фрэнк достал из своей сумки, сложенную квадратом, металлическую сетку в полиэтиленовой оболочке и развернул ее в полный размер — метр на метр. Затем все трое мужчин закрепили ее вдоль более ровного участка стены. Во время активной деятельности, тени отбрасываемые фосфорными палочками, закрепленными на руках и ногах людей, мелькали на потолке загадочными силуэтами.

Нэнси подошла к натянутой, вдоль небольшого участка стены, металлической сетке и принялась водить специальным сканирующим, находящимся в ее руке устройством, ближе к центру выделенного периметра.

— Что за дьявольское изобретение? — поразился Г рэг. — Когда мы только вдвоем работали с Фрэнком, то ограничивались лишь отколотыми кусочками наиболее примечательного кимберлитового образования.

— Это новые, современные технологии, — произнес, щелкающий пальцами по клавиатуре, Робби. — Для того чтобы освоить все тонкости этого сложного устройства, нужно в течение полугода проходить теоретическое обучение, а затем еще полгода — практические занятия.

— Очень хорошо, Робби.

Блоу подошел ближе и спросил:

— А как эта штука работает?

— Нэнси является оператором сканера. Она задает команды, а прибор выполняет поставленную перед ним задачу. Он работает по принципу эхолокатора, но импульс сигнала многократно усиленный. Он проходит на метровую глубину сквозь каменную породу, но не способен проникнуть через более плотный материал — такой, как алмаз. Моя задача обработать поступающую со сканера информацию, предназначенной для этого программой. Эта программа расписывает плотность материалов и их состав, а Дрю занимается заключительной стадией обработки. У нее не обычный компьютер, он выполняет только одну функцию, но с точностью до ста процентов.

— И что же это за заключительная стадия?.. — поинтересовался Моро.

— Это вычисление глубины расположения каждого полезного минерала, его концентрация в кимберлите и период преобразования.

Грэг посмотрел в широко раскрытые, от удивления, глаза Фрэнка и как бы прочтя его мысли, произнес вслух свое заключение: М-да! Если и дальше так пойдет, то мы совсем можем остаться без работы!

Спустя два часа, вычислительные процессы электроники были благополучно закончены, но данные, полученные в результате кропотливой работы, оказались, скажем так, не воодушевляющими. Не было обнаружено ни единой молекулы, хоть отдаленно напоминающей ценный минерал.

Робби, Нэнси и Дрю внимательно всматривались в экран с данными и не могли поверить своим глазам. Как так может быть, чтобы в кимберлите не оказалось ни малейшей частицы алмазного образования или хотя бы графита.

— Присмотритесь внимательнее, — сказал Робби, указывая на расположенное рядом с текстом изображение. — Что это за многочисленные пустоты. — Он многократно увеличил картинку. — А эти тянущиеся к ним микроскопические бороздки выглядят совсем как-то подозрительно.

Если любой другой человек посмотрел бы на подобный снимок, то без особого раздумья, простыми словами, не вдаваясь в подробности, смог бы объяснить ситуацию: «Пустоты наверняка были заполнены алмазами, а тянущиеся к ним бороздки представляли собой некие пути, с помощью которых ценный минерал был изъят из своего заточения». Но трое лаборантов даже в шутку не могли задуматься о подобном предположении. Ученый ум руководствуется только фактами и отвергает необоснованные варианты.

Робби оторвался от монитора компьютера и понял, что совсем забыл о присутствующих здесь Блоу и Моро. Они смирненько сидели на своих рюкзаках, опершись спинами на бугристые стены, и ждали оглашения результатов исследования. Робби подошел к скучающим товарищам, присел на корточки и выжал из себя, с трудом произносимые от негодования слова:

— Нет тут никаких алмазов!..

Грэг даже глазом не повел. Казалось, он уже догадался о ситуации по скверным физиономиям коллег. Фрэнк тоже был абсолютно спокоен и остался сидеть на месте.

«Наверное, Грэг ему уже сообщил о своей догадке», — смекнул Робби.

Около десяти минут никто не проронил ни слова.

В течение затянувшейся паузы, Робби несколько раз вспоминал ободряющие слова Грэга по поводу неудачных экспедиций: «Их просто нет, — говорил он. Неужели это еще одна из тех самых — неудачных, тоже добавиться в общий список, а сколько их было вообще?»

— Нет! — Резко воскликнул Робби. — Главное не результат, а участие. То, что происходит сегодня, останется в прошлом. Завтра наступит новый день. Не надо переживать о прошедшем и беспокоиться за грядущее. Нужно только делать то, что от тебя требуется сейчас и от того, что ты сейчас делаешь, будет зависеть твое будущее.

Выдержав незначительную паузу, Робби добавил заключительную фразу:

— Если мы сейчас раскиснем и пустим все на самотек, то, какое будущее нас тогда ждет?

— Все верно! Не стоит отчаиваться, — спокойным голосом неожиданно проговорил Г рэг и, встав на ноги, принялся водружать на спину рюкзак. — Я считаю дальнейшее нахождение в этом богом забытом месте — бессмысленным. Собирайте свои манатки — отчаливаем.

За окном уже давно стемнело, а трудолюбивый Джим все еще занимался делом.

Первоначальная задача по перенастройке сигнализирующего оборудования, им успешно была выполнена, и теперь все его внимание сконцентрировалось на окулярах, двух слегка вытянутых трубок электронного микроскопа, посредством которого усердный работник пытался разглядеть небольшое количество рыхлого порошка, прихваченного из алмазного хранилища.

Какое-то время, неотрывно всматриваясь в многократно увеличенные кристаллы, Джим обратил внимание на то, что как ему показалось, выглядело весьма подозрительным. Он потянулся к клавиатуре компьютера и, нажав несколько кнопок, активировал видеозапись, осуществляемого микроскопом наблюдения.

Многократно увеличенное изображение кристаллов свидетельствовало об их более статном происхождении. Ровные контуры аккуратных срезов, поблескивая от падающего на них света, искрились чередой ярких вспышек дифракции.

Без единого слова Джим в мыслях отметил поразительную схожесть каждого камешка.

Все мерцающие бусинки имели одинаковую форму строения — продолговатого рисового зернышка. По мере наблюдения, у Джима стало складываться впечатление, что животное пыталось употреблять в пищу драгоценные камни. В подтверждение этому было то, как обслюнявленные синеватой слизью россыпи алмазов располагались на бетонном полу в алмазном хранилище. Весьма сложно было воспринять как действительное, способность существа, разжевать в порошок наикрепчайший минерал, к тому же еще так аккуратно, чтобы каждая частичка соответствовала другой.

Джим никак не мог сопротивляться нахлынувшему потоку мыслей и предположений. Какой бы абсурдной ни казалась догадка, все же она была небеспочвенной. Но, даже имея подобные предположения, никто бы не смог сказать наверняка, зачем плотоядному животному понадобилось питаться камнями, и почему небольшая часть истертого минерала была им отрыгнуты? Что касается последнего, возможно ответ был проще некуда — животное, насытившись вдоволь, отрыгнуло избыток пищи.

Джим, опершись локтями на стол, схватился руками за голову. «Абсурд! Абсурд!»