Чтение онлайн

Чем больше времени проходило с момента рождения паука, тем развитие он становился и не из-за количества приобретенных им знаний — нет, а по причине, присущему этим насекомым, загадочному свойству логического мышления.

Способность мыслить у альфа-паука достигла уже весомого значения. По интеллекту он мог бы сравниться сейчас со среднестатистическим человеком. Размышляя, как действовать дальше, громадное насекомое как будто погрузилось в трансовое состояние. Окружившие своего вожака, меньшего размера пауки также были неподвижны и подключены к, свойственному им, коммуникационному каналу.

Пауки, для размышления и общения, всегда все единовременно погружались в транс и подключались к общему каналу связи. Таким образом, они могли беспрепятственно наблюдать мысли друг друга, как будто становясь единым центром мышления. Подобная тактика мышления многократно превосходила умственную работу даже группы ученых, работающих над одним изобретением.

Не было смысла в дальнейшем оставаться в этом месте и тем более на этом острове. Альфа-паук прекрасно понимал, что их жизни и существованию угрожает опасность, и неминуемое исчезновение, если они все останутся здесь.

Выйдя из транса, вожак двинулся в сторону джунглей, а вся его немногочисленная стая последовала за ним. Пауки не двигались к своему логову, отныне оно больше не может быть пристанищем растущей популяции. Пришло время отыскать новое место, где есть пища и, даже если сами пауки погибнут, то Частицы — коконы пауков, смогут долгие годы существовать за счет питания алмазами из пещерных залежей.

Путь был долог, но продуктивен. В поисках нового пристанища пауки облазили весь остров, разыскивая алмазные пещеры. Даже, несмотря на то, что скорость их передвижения была очень велика, свой новый дом, насекомые смогли отыскать только к утру.

С каждой секундой пребывание на открытом пространстве, даже под густыми кронами деревьев, было опасным занятием. В любую секунду за горизонтом могли появиться первые лучи восходящего солнца.

Альфа-паук приблизился к входу найденной пещеры, внутри которой гудели механизмы и трудились рабочие — люди, по меньшей мере, человек пятнадцать. Кое-где горел свет, рассеивая темноту в пещерном тоннеле. Почуяв, микроскопическими волосками на своих придатках, электрический импульс, проходящий через толстый провод, альфа-паук разрубил его. Подача энергии в пещеру — прекратилась. Моментально стало тихо и очень темно. Вожак исчез в глубине входного тоннеля, а его свора, двигаясь по стенам и потолку, принялась завоевывать новое пространство, порождая еще большее количество своих собратьев.

Из вулканической пещеры наружу доносились страдальческие крики обреченных людей. В течение двух часов, рабочие, разбредаясь по тоннелям, пытались спасти свои жизни, но, в конце концов, даже к полудню, оттуда больше никто не вышел.

С приходом долгожданного утра погода в море наконец-то нормализовалась, и можно было, с равномерным дыханием, спокойно блуждать по комнаткам воспоминаний в своем сознании. Универсальное рефрижераторное судно все также безукоризненно следовало к месту назначения, разводя в стороны метровые бороздки теперь уже спокойной воды.

Капитан рефрижераторного судна уже не управлял кораблем вручную. Непогода миновала, и он, как водится, активировал автоматизированный штурвал — авторулевой. Благо, современная навигационная система позволяла капитану обходиться без сменщика. Вскоре он и его помощник Зикфрид, смогут отправиться в свои каюты для того, чтобы как следует выспаться к вечернему прибытию на Дайменд клавс.

Находясь в верхней части надстроек, Фрэд Беркли мог видеть поистине завораживающее зрелище, как поднимающееся из-за горизонта солнце озаряет морскую гладь, формируя на ее поверхности, хаотично мерцающие, блики.

— Какая красота. — сам для себя, но вслух, промолвил капитан.

Зикфрид не остался равнодушным к словам Фрэда и поспешил присоединиться к капитану, принимающему солнечные ванны.

Быстро, но не стремительно, солнце поднималось все выше и выше над линией горизонта. Наконец-то лучи, согревающего светила, коснулись палубы, мерно расстилаясь по поверхности специального настила. Стальные, герметично закрытые, створки рефрижераторной камеры, скрывающейся в недрах корабельной пустоши, создавали причудливые узоры, гуляющих по надстройкам, солнечных зайчиков. Одно из таких отражений проникло в ходовую рубку и осветило лицо Беркли. Капитан прищурился, но не отвернулся.

— Может, пора уже отправляться по каютам? — поинтересовался зевающий Зикфрид у опытного мореплавателя.

Фрэд посмотрел на сонное лицо своего помощника и произнес:

— Да, но прежде попробуй еще раз установить связь с Дайменд клавс.

Зикфрид кивнул и направился к радиовещательной станции.

Фрэд остался стоять на прежнем месте и даже не заметил, как погрузился в дремоту. Для него не впервой было засыпать в вертикальном положении — стоя на ногах.

В сонном состоянии часы кажутся минутами, а минуты секундами. Примерно через десять таких секунд, капитана, из страны снов, вывел голос Зикфрида.

— Фрэд! Фрэд, ты заснул?..

Пошатнувшись, капитан пришел в себя и повернулся к взывающему помощнику.

— Нет, я не спал, — ответил Беркли. — Просто задумался.

Зикфрид промолчал, недоверчиво взирая на капитана.

— Так, что там у тебя? — спросил Фрэд.

— Нет связи — глухо, как в танке.

— Ладно, пойдем отдыхать; ночь была тяжелой. Как только встанем на якорь, вновь попробуем связаться с ними. Если связи таки опять не будет, возьмем пару крепких ребят, спустим катер на воду и высадимся на берег. — Фрэд мгновение помолчал, а потом добавил: — У них там явно что-то произошло и, сдается мне, это что-то — не очень хорошее.

За умиротворенной тишиной последовал громкий стук по ту сторону фюзеляжа, когда Дрю почти уже было проснулась. Вздрогнув, девушка открыла глаза и резко привстав, посмотрела сквозь большое стекло, расположенное на массивной двери вертолета. Снаружи был ясный день, либо солнечное утро. Дрю потянулась и посмотрела на попутчиков, смирненько спящих рядом с ней — на своих местах.

Светловолосый Клаус, упершись лбом в иллюминатор и открыв рот, смачно посапывал, а Сьюзи, устроившись на его руке, улыбаясь во сне, она, по-видимому, созерцала приятные сновидения.

Немного подавшись вперед, Дрю смогла заглянуть в кабину пилота и не обнаружила там присутствие Грэга. На соседнем сиденье находился лишь неказистый старичок в белом халате. Его голова повисла на расслабленной шее, а подбородок уперся в грудь. Рот хирурга был чуть открыт. Немного ниже воротника халата наблюдалось, желтоватого цвета, неровное пятно.

«Наверное, он очень крепко спал последние несколько часов и успел обслюнявиться». — Дрю улыбнулась своим мыслям.

Лаборантка прислушалась, в надежде определить местонахождение любимого, но гул в ушах никак не давал, как следует сосредоточиться. Внезапно опять что-то стукнулось об вертолетную обшивку. Девушка вздрогнула и нечаянно задела рукой бедро Сьюзи. Та, поморщившись, устроилась поудобнее и вновь засопела.