Инструкция не прилагается, или Вечная история
Шрифт:
Я потянулась за ритуальным ножом, но волосы, видимо, решили, что и так слишком долго были паиньками. Когда-нибудь я их точно отрежу. Надо же было своей хозяйке такую подлянку устроить!
— Пшли прочь! — только и успела отмахнуться я, как на мой затылок обрушилось что-то тяжелое. Падая, я успела подумать: "Мечом, зараза. Тяжелым… И куда он только его запрятал?.."
Но контрольного удара не последовало.
— Даже имени не спросила, дурочка. Кто же так берет клятвы с магов?..
И я в полном недоумении потеряла сознание.
Вэлмир.
Голова болела нещадно. Теперь понимаю, что имел в виду Филин, когда с ужасом вспоминал о прошлом празднике. Вернее о том, что было утром после праздника. По его словам, он тогда чуток перебрал. Представляю, каким был этот самый чуток, если у Древнего голова едва не разломилась.
Послышался неясный шум, звон и лязг открывающегося замка. Я открыл глаза, но тут же сощурился, привыкая к темноте.
Это была небольшая комната с каменными стенами и голым полом, на котором я, собственно, и лежал. Немного слева в пол вбито железное кольцо с закрепленной на ней цепью.
Зрение уже пришло в норму, и я четко видел фигуру девушки, скользнувшей внутрь. Высокая, худая, с непередаваемым выражением лица. Может, она не в себе? Иначе с чего ей так на меня смотреть?
Ее волосы беспорядочно парили над головой, заполняя собой пространство в несколько раз больше ее самой. Сама бледная, тощая. Будто все соки из нее выпили. Если бы у меня не так сильно болела голова, я бы даже подумала, что это приведение.
Девушка же отмерла и, уперев кулаки в бока, начала нескромно меня разглядывать. Я прикрыл глаза и расслабился, притворившись, что сознание ко мне еще не вернулось.
Я понял, что сейчас моргну и решил открыть глаза. Лучше уж тоже ее разглядеть.
Мы встретились взглядом и в ее глазах на мгновение промелькнул страх. Так она меня боится? Зачем пришла тогда?
Внезапно она дернулась и шлёпнула волосы рукой. Сначала я не понял почему, но потом до меня дошло. Она ссорится с собственной прической! Был бы в другой ситуации — от души посмеялся. Впрочем…
И это чернокнижница?
Меня пробил смешок.
Девушка резко повернулась в мою сторону и сощурилась. Не удержался. Ладно, хоть узнаю чего ей от меня надо.
— И кто же это оказал мне такую честь, удостоив визитом? — Кажется, я охрип. Всю ночь провести на голом каменном полу, где уж тут не охрипнуть.
Интересно, её не сдувает ветром?
Девушка с превосходством улыбнулась и, сложив руки на груди, спросила:
— Ну, что раб, готов к труду и обороне? — и с задором подмигнула.
Раб? За кого она меня принимает? Надо быстрее выбираться и эту наивную с собой хватать. Судя по всему, она любопытная, романтичная и недалекая. Она-то мне все и расскажет. Что ж, там я уже смогу составить какое-нибудь заклинание. Должно подействовать.
— Чей?
— Как «чей»? Мой. — Ее лицо потешно сморщилось.
— Твой? — усмехнулся я, соображая что делать дальше.
— Не просто «твой», раб. А "конечно, госпожа".
Странные у них обычаи. Или это только мне так «повезло»? Но эта выскочка может меня освободить по дурости, так что, пожалуй, стоит подыграть…
— А что, если я откажусь?
По части извращений Эл Тайн нет равных. Даже если бы не увидел ее характерную прическу, все равно догадался бы кто передо мной. Больше никто во всей Раине не смособен придумать такое. Сделать еще куда ни шло, мало ли маньяков, но вот так на раз два?.. А на лице написан такой творческий порыв написан. Все ясно. Больная фантазия.
Внимательно выслушав её рассказ, я спросил с все тем же сомнением в голосе:
— А зачем мне еще и к тебе в рабы записываться?
Девушка пожала плечиком. Мол, если дураком родился, то тут уж ничем не поможешь.
— Ну, я-то не собираюсь полакомиться твоей печенкой. Говорят, кстати, очень полезно есть ее сырьем. Я сама не пробовала, не любительница, а вот некоторые прямо-таки горят желанием. Так что сплошная халява у тебя будет, а не жизнь. Потаскаешь мои вещи, уберешься в комнате раз в неделю. Может, я даже выделю мягкий коврик из личных запасов и спать под дверью разрешу. Что еще нужно человеку для счастья?
Как разговорилась-то. Точно болтушка. Даже вызнавать ничего не надо будет — сама все расскажет.
— Хорошо, я согласен, — поспешил прервать ее я. Пока не начала придумывать что-нибудь еще.
— Госпожа-а-а… — с лукавой улыбкой потянула она. Вот!..
Я подавил вздох и послушно повторил. Только провалиться в самом конце не хватало.
— Ну, вот и сладили.
Что? Она не настаивает на клятве?! И имя не прашивает?! Боги, да она действительно сумасшедшая!
Я нахмурился и бросил на чернокнижницу взгляд. Или наивна до невозможности.
Перстень все это время активно собирал энергию и теперь был готов помочь. В принципе, с его помощью я и без девчонки мог освободиться, но зачем тратить силу? Она понадобится для построения портала.
— Тогда, госпожа, может, вы снимете с меня путы? — кольцо немного потеплело, принимая всю работу на себя, и легкое внушение легко окутало ее сознание.
А Эл Тайн глупее, чем я думал. Контролируют сознание, а вещи проверить не догадались. Надо запомнить. Хотя, они даже если захотели не смогли отобрать у меня перстень с кинжалом. Еще одно немаловажное преимущество артефактов. Никогда не расстаются с владельцами.
— Ага, щас, — отмахнулась она, но все же сплела заклинание. Оно получилось каким-то странным, слабым — я его почти не видел. Понятно, почему она так долго возилась с путами. Она просто ничего не умеет. — О, вот он!
Я с трудом сжал руки в кулаки. Кровь, как казалось, нехотя потекла по сосудам, онемение постепенно исчезало, а на смену ему приходила боль. В руки будто впились сотни маленьких иголочек.
С трудом поднявшись на ноги, я облокотился на стену и прикрыл глаза. Пришлось некоторое время повозиться с организмом — после такого удара некоторые центры отказывали напрочь.
Запустив регенерацию, я выплыл из легкого транса — несколько минут и со мной все будет в порядке. Теперь немного подождать и можно возвращаться домой.
— Пошли прочь! — привлеченный шумом, я приоткрыл глаза и обнаружил, что недалекая чернокнижница крутится на месте, словно собака, гоняющаяся за собственным хвостом. Что это с ней? Припадок? Я пригляделся и едва не рассмеялся в голос. Опять с волосами воюет. Ой, не могу. Не болел бы пресс — посмеялся бы.
Все еще усмехаясь, я неспешно вытянул из ножен кинжал и, дождавшись пока она повернется ко мне спиной, ударил рукоятью по затылку.