Интендант его Драконьего Превосходительства
Шрифт:
– Тогда мы должны выбраться из воды и устроиться там, где будет удобнее, - строго свела брови к переносице и сложила губки бантиком Мартелла.
Ну вылитая принцесса! Даром, что мокрая.
Но… она была права. Это Ардашир сумел понять, хотя разум его по-прежнему мутился, а глаза различали только небольшой участок окружающей действительности - тот, где находилась его пара.
Ардашир снова схватил Мартеллу подмышки, чуть передвинул в сторону, а потом запрыгнул на бортик бассейна. Встал прямо. Мартелла тоже поднялась на ноги - вся в каплях воды и потеках мыльной пены. Но генералу было безразлично, мокрая его пара или сухая, в мыле она или в чем-то еще. Властный зов природы двигал и руководил им.
– Моя!
– он подхватил любимую на руки.
– Моя!
– Чуть пошатываясь, обошел бассейн, толкнул дверь, которую сам же и запер, а когда она не поддалась - с гневным ревом вышиб ее одним ударом босой ноги.
– Моя!
– Упал на ложе так, что Мартелла оказалась сидящей у него на груди.
– Ваша, экти Ардашир!
– Она повела маленькими ладошками по его груди - по выпуклому изображению дракончика, состоящему из черных чешуек.
– А-а-ах!
– раздался тоненький писк где-то над ними.
Его превосходительство с трудом оторвал взгляд от Мартеллы и увидел трепещущего крылышками, сияющего золотым свечением Теля.
– Иди сюда, - позвал дракончика, указывая на свою грудь.
Крылатик тут же спорхнул вниз, распростерся поверх татуировки, идеально совпадая с ней по размерам.
– Мы что - будем втроем?
– Мартелла начала бочком-бочком сползать с генеральского живота, на котором восседала, будто наездница.
Ардашир застонал от этого скольжения кожи по коже, слишком похожего на долгожданную ласку, схватил глупую неопытную делессу за бедра, зафиксировал, не позволяя двигаться.
– Тель должен быть тут. Иначе плохо, - заговорил глухо, отрывисто. Ему вообще было не до разговоров! Мысли путались… Но совершенно необразованному, ничего не понимающему адъютанту приходилось объяснять самые простые вещи.
– Он-и-ты-вместе - моя пара.
– Но я… Это странно… - Мартелла снова завозилась, попятилась задом, отчего и без того давно уже приподнятое генеральское настроение подскочило до небывалых высот...
– О-о-у-р-ры-ымм… - Ардашир чуть не встал на мостик, закатил глаза, зарычал, завыл утробно.
– Все-все!
– Испугалась его непокорная пара.
– Тогда как?
Ардашир немного отдышался, а потом…
Уж он-то знал - как!
…И показывал это своей маленькой беглянке-делессе со всем тщанием и в мельчайших подробностях до самого утра!
А Тель, который прилип к груди генерала, будто примагниченный, и впал в какое-то сонливое состояние, единению дракона и его пары не мешал совершенно. Как оно и должно быть.
Только когда за окном начало светать, а изможденная до почти такого же состояния, как ее дракончик, Мартелла задремала у его превосходительства на плече, инстинкты Ардашира успокоились достаточно, чтобы он снова смог ясно мыслить.
И тут же вспомнил о своем брате, который где-то запропастился.
«Надо бы поговорить с ним, объясниться».
– В отличие от Мартеллы, сна у генерала не было ни в глазу.
Но и уйти, выпустить из рук свое спящее Сокровище Ардашир не мог. А потому завернул Мартеллу в плед, подхватил ее на руки и так, босиком и в простынке, обернутой вокруг талии, выбрался из своей спальни и позвал:
– Хэшпер!
***
Экти Хэшпер отозвался откуда-то с первого этажа:
– Спускайся! Позавтракаем. Я приготовил.
Ардашир легко, будто и не нес на руках целое Сокровище, зашагал по ступенькам вниз. Прошел в кухню. Замер у входа, окидывая недоверчивым взглядом кухню, которая усилиями старшего братца превратилась в свалку.
Использованной посудой, грязными разделочными досками и обрезками с очистками были завалены все горизонтальные поверхности, даже пол. Сверху все это было припорошено тонким слоем мучной пыли и присыпано крупой.
Только один стол - у окна - выглядел так, будто попал сюда из королевской столовой. Он был нарядно сервирован и уставлен десятком аппетитных даже на самый придирчивый вкус блюд.
Хэшпер осмотрел младшего брата не менее пристально, чем тот - собственную кухню, после чего расплылся в довольной и, самую малость, насмешливой улыбке.
– Значит, хозяйка слез ждала тебя в твоей же купальне? Можно поздравить тебя со счастливой женитьбой?
– спросил он весело.
– Можно, - расплылся в не менее довольной улыбке генерал и поплотнее прижал к груди спящее Сокровище.
– Поздравляю!
– Хэшпер кивнул, но приближаться, чтобы обнять младшего брата или хотя бы хлопнуть по плечу, не стал: сейчас драконьи инстинкты Ардашира любой шаг навстречу приняли бы за покушение на Сокровище.
– Пару твою вижу. Укатал ты ее, судя по всему, знатно. А с адъютантом что? Когда представишь мне юного делеса? А то уборки вон…
Ардашир тут же улыбаться перестал. Свел брови, сверкнул недовольно глазами:
– Не делай вид, Хэшпер, будто не понимаешь!..
– Чего не понимаю?
– насмешка во взгляде главы Тайной службы императора стала уже совершенно явственной.
Еще десяток дней назад Ардашир вспыхнул бы от насмешки, но в это утро он был слишком счастлив и благодушен, чтобы взрываться.
– Моё Сокровище и есть тот самый адъютант, - пояснил он устало, но беззлобно и, наплевав на этикет, уселся за сервированный стол как был - босиком и в одной простынке на бедрах. Пристроил голову спящей Мартеллы себе на плечо.
– Я голоден, как замблезан после зимовки!
– Хорошо, что я наготовил!
– Хэшпер снова ухмыльнулся, но приблизиться к накрытому им же столу не посмел.
– Догадывался, что мой младшенький братик будет готов меня сожрать, если не подсунуть ему чего-то более подходящего.
Разумеется, Хэшпер знал: если не пытаться приблизиться к Сокровищу дракона в первые три дня после обретения им пары, никакой опасности нет. Да и не ели никогда драконы друг друга - в отличие от тех самых степных замблезанов, которые к осени откармливали нескольких членов стаи, а по весне, после спячки, благополучно их съедали.
– Присядь, - Ардашир сам пригласил брата к столу.
Овладеть своими инстинктами генералу удалось в достаточной мере, а тепло Мартеллы, которое он ощущал всей кожей даже через пару слоев шерстяной ткани, успокаивало их еще больше.
Хэшпер медленно и осторожно приблизился к противоположному краю стола, плавно опустился на табурет.
– Ну, приятного аппетита, - взялся за деревянную лопатку, начал накладывать себе на тарелку лепешки с сыром, куски хорошо прожаренного мяса.
Генералу пришлось проделывать все то же самое одной рукой. Но он справился.