Чтение онлайн

Нужно отметить, что сам «Народный фронт» как широкая левая политическая коалиция организовался менее чем за год до выборов – 2 июня 1935 года лидер КПИ Хосе Диас, руководствуясь решениями VII Конгресса Коминтерна, публично выступил за создание Народного фронта с социалистами, а образован он был 15 января 1936 года. Победа левых не обошлась без помощи СССР, который с 1932 года через Коминтерн спонсировал компартию Испании. При этом даже в отсутствие советского посольства в стране Испания была заполнена агитационными материалами, которые рассказывали о «счастливой жизни советских трудящихся» и ударном развитии социализма [53] .

При активном участии Коминтерна не только большинство в парламенте, но и ключевые министерские портфели перешли к коммунистам. Впервые в истории Запада представители коммунистов вошли в правительство. Все это вызвало острую негативную реакцию «правых» в лице «Национального фронта». Локальные стычки между правыми и левыми, которые имели место до этого, переросли в полноценную войну.

Началось все с мятежа 17 июля 1936 года в Испанском Марокко, мятежники быстро победили и в других колониальных владениях Испании: на Канарских островах, Испанской Сахаре, Испанской Гвинее. 18 июля генерал Гонсало Кейпо де Льяно поднял мятеж в Севилье, ожесточенные бои в городе шли неделю, в итоге военные смогли утопить в крови левое сопротивление. Потеря Севильи, а затем соседнего Кадиса позволила создать на юге Испании плацдарм. 19 июля восстали уже почти 80 % армии, ими были захвачены многие важные города: Сарагоса, Толедо, Овьедо, Кордова, Гранада и другие [54] .

При этом правые были поддержаны рядом европейских государств. Особенно Италией, где к тому моменту к власти уже пришли фашисты. Но об Италии более подробный разговор пойдет дальше. Что же касается других европейских государств, то нужно понимать, что в межвоенный период Европа куда более спокойно относилась к фашистской и нацистской идеологии, нежели к коммунизму с его классовой борьбой и интернационалом. Поскольку в экономическом плане коммунизм представлял для капиталистической Европы куда большую опасность, нежели «экономически выверенная в ключе рыночной экономики» ультраправая идеология.

Сама Испания, несмотря на начавшееся вооруженное противостояние, продолжала идти левым курсом: 7 октября 1936 правительство санкционировало принятие предложенной коммунистами земельной реформы – все помещичьи земли без выкупа передавались в распоряжение крестьянства и батрачества. Провозглашалось равноправие обоих способов обработки земли – индивидуального и коллективного. Государство обещало крестьянам поддержку кредитами, машинами и удобрениями. Некоторые из этих обещаний действительно были выполнены.

Вполне естественно, что это в еще большей степени накалило ситуацию политического и уже вооруженного противостояния с блоком правых партий Испании. И в такой ситуации правительство Второй Испанской Республики обратилось за помощью к Коминтерну и СССР. В ответ Коминтерн предложил правительству создание и организацию «интернациональных бригад» ополчения, процесс создания которых был инициирован 6 октября 1936 года. Интернациональные бригады получали отдельное командование и право экстерриториальности. Их бойцы не подчинялись испанской армии и милиции и были, сверх того, неподсудны испанскому правосудию.

Штаб-квартирой интербригад стал Альбасете, находящийся в глубине Кастилии. Фактическим руководителем бригад стал их генеральный комиссар – французский коммунист родом из Каталонии, герой морского мятежа 1919 года, отбывший несколько лет в каторжной тюрьме, Андре Марти [55] . СССР активно включился в военную помощь Испанской Республике во многом исходя из прагматических соображений.

Историк Александр Самсонов в своей статье о гражданской войне в Испании указывает следующие цели СССР в этих событиях: «Испытание новой техники в бою. За законное правительство воевало не менее 300 истребителей И-16. Поставлялись и танки, другое оружие. Всего было поставлено до 1000 самолетов и танков, 1,5 тыс. орудий, 20 тыс. пулеметов, полмиллиона винтовок.

Подготовка боевых кадров в реальных боевых условиях. Так, Грицевец Сергей Иванович был командиром истребительной авиационной эскадрильи в рядах республиканской Испании; стал первым дважды Героем Советского Союза (Второго «героя» Грицевец получил уже за бои у реки Халхин Гол, но ни одной «Золотой Звездой» награжден не был, поскольку погиб в сентябре 1939 года, а первые медали Героя Советского Союза вручались только в ноябре… Прим. ред.). За 116 дней “испанской путевки” участвовал в 57 воздушных боях, в некоторые дни делал по 5–7 вылетов. Он сбил 30 вражеских самолетов лично и 7 в составе группы. В Испании наши летчики, танкисты, командиры и другие военные специалисты получили уникальный опыт, который помог выстоять в Великую Отечественную войну. Всего в Испании воевало около 3 тысяч наших военных специалистов, Москва не перешла границу, не ввязалась в войну “с головой”. В боях погибло около 200 человек» [56] .

Тем не менее республиканцы проиграли по ряду вполне очевидных причин. В первую очередь потому, что за «правых» выступало большинство еще королевской армии. Поэтому в плане дисциплины, военного опыта, да и элементарного материального оснащения правые заметно выигрывали с первых дней гражданской войны.

При этом на протяжении всей кампании трения и разногласия между республиканским правительством, Коминтерном и СССР не прекращались. Правительство оказалось неспособным к массовой мобилизации сторонников. Соответствующий декрет от 16 октября 1936 года был проигнорирован практически всеми организациями, входящими в «Народный фронт», из-за нежелания распускать собственные военные отряды.

Сам Ларго долго не мог определиться, нужна ли Испанской Республике армия или «народная милиция», которую и составляли отряды «левых» политических и общественных организаций. В итоге Гражданская война в Испании закончилась 1 апреля 1939 года победой правых сил и установлением в Испании диктатуры Франсиско Франко, которая просуществовала до 1975 года.

Тем не менее для Советской России это был отличный и относительно бескровный урок ведения настоящей войны против правого политического блока на территории Европы. К тому же данный пример можно считать первым успешным опытом влияния СССР на европейскую политику посредством международной организации Коминтерн. Этот опыт учли еще и европейские государства, которые окончательно укрепились во мнении, что Советская Россия представляет для них более чем серьезную угрозу.

О внутренних и внешних причинах, побудивших Германию к войне, было рассказано во многих главах этой книги. Упоминался и «германский реваншизм», на волне которого в период интербеллума Германия превратилась в фашистское тоталитарное государство. Впрочем, и в главе, посвященной Европе после версальских договоренностей, и в главах про азиатские центры силы, и в разделах про колониальную политику говорилось в большей степени о внешних факторах давления на Германию и о международной политике, приведшей Рейх от поражения в Первой мировой к инициированию Второй мировой войны.

Здесь же пойдет речь о внутренних идеологических и социальных процессах, превративших Веймарскую республику в Третий Рейх. По большому счету и выступление кайзеровской Германии против России было «большим геополитическим недоразумением», да и ноябрьская революция со свержением кайзера Вильгельма II, если смотреть с точки зрения формальной логики, выглядели крайне странно. Достаточно вспомнить, что кайзер во многом развивал и практически боготворил германский флот, и во многом из-за развития флота возникло напряжение между Германией и Британией, приведшее в итоге к войне. Но именно этот самый флот выступил в поддержку революции и свержения Вильгельма II.