Чтение онлайн

Прошло два с половиной часа, прежде чем чуткий слух немца уловил посторонние звуки. Происходило как раз то, на что Бергман и рассчитывал. Он подошел к окну и посмотрел в бинокль на место дислокации снайпера. Тот лежал на земле с закрытыми глазами, а из разбитой губы текла кровь. «Хорошо приложили, черти», - одобряюще хмыкнул Эрвин.

Раздался хруст выдавливаемого стекла. Холодно улыбнувшись, Бергман вернулся на место и пронзительным взглядом стал смотреть на вход в комнату, где были должны показаться «двое из ларца». Эрвин знал, что они уже стояли за стеной и вслушивались в пространство, пытаясь узнать, что происходит внутри квартиры. В окно несильно ударил камень и стекло задребезжало. Бергман бросил взгляд через плечо, и в этот момент в квартиру влетел Хобот с страйкбольным автоматом наперевес. Не успев даже сообразить, Эрвин увидел прямо перед собой ствол пневматического оружия.

– Лейтенант?
– удивился ефрейтор.

Молниеносным движением Бергман выбил оружие из рук бывшего легионера и повалил его на землю.

– Ваша вторая задача заключается в устранении главаря, который находится здесь, - сказал Эрвин.
– У вас даже на карте это отображено. Ты не успел среагировать, и был убит.
– Во время этой тирады Хобот бросил взгляд на вход. Мысленно отметив, что второй прячется там же, офицер приготовился к вторжению последнего противника.

– Вы бы сдались, командир, - позади неожиданно раздалась реплика и сухой щелчок взведенного оружия.

– Прелестно, - спокойно ответил лейтенант, мысленно зааплодировав смекалке этой двойки.
– В целом я должен вас поздравить с отличной соображалкой.
– Он помог подняться ефрейтору и продолжил свою мысль: - Ты, стало быть, был наживкой, своеобразный отвлекающий маневр. Заставил меня поверить в ложное местоположение своего товарища и этим самым обманул. Весьма искусно, ребята.

«Все же не зря в организации держат нашего калеку. Умеет он заставить шевелить мозгами».

Новобранец спрыгнул с подоконника на пол и подошел к Бергману.

– А что с заложником?
– спросил он.

– Ничего, - развел руками Эрвин.
– Третий уровень выдуман. Главное эти два.

– Так как, - чех с прищуром посмотрел в глаза лейтенанта, - мы приняты?

– А ты как думаешь?

– Приняты.

– Тогда поздравляю, - Бергман улыбнулся, - с зачислением в мой отряд.

Покинув здание, они медленным шагом пошли в тир. «Проверить, как вы стреляете», - объяснил свое решение лейтенант. Возле вросшего в землю небольшого домика они остановились. Офицер взломал замок и потянул дверь на себя, та жалобно застонала под усилиями человека, протащилась около двадцати сантиметров и вдруг застряла. Выругавшись, Бергман рванул ржавую рухлядь изо всех сил, и та поддалась, освободив еще немного места, как раз для того, чтобы было можно протиснуться.

– Фонарик включи, - с натугой сказал наемник, втискиваясь в щель.

Вспыхнул свет и больно ударил немца по глазам.

– Дубина, - бросил он, отворачиваясь от источника света, - не перед моей же мордой.

Оказавшись за дверью, он высунул наружу руку и потребовал фонарь. Приняв прибор, он посветил вниз. Следом втиснулся чех, потом ефрейтор.

– Это святая святых второго полигона, - тихо пробормотал Эрвин. Он ощущал как его память вытаскивала из бурлящей реки воспоминаний отдельные эпизоды, когда их группу новобранцев приводили сюда на стрельбище.
– Спускаемся, - Бергман первым сделал шаг.

– А рубильник здесь есть где-нибудь?
– полюбопытствовал один неунывающий весельчак.
– А то я темноты боюсь, - он комедийно сглотнул.

– Имеется, - ответил серьезно Бергман. В гулкой тишине их шаги были как резкие одиночные выстрелы.

Дорогу им преградила еще одна дверь. Немец на нее даже внимания не обратил, просто пнул ногой, выбив из петель. Перед глазами людей разверзлась темень, и луч света был похож на тонкую нить, тянущуюся за иголкой.

– А вот и тир, - произнес Бергман.
– Советую закрыть глаза, потому что сейчас я включу свет.
– Он сдвинулся вбок и ловким движением потянул рычаг рубильника вниз. Короткая вспышка серебристого света, плюнувшего в разные стороны искрами, и вспыхнуло освещение.

– Ни хрена себе, - брови ефрейтора сложились домиком, когда он привык к свету и окинул заинтересованным взглядом помещение.
– Вот это тир.

– Ты стреляешь первым, - Эрвин протянул ему свой «маузер».
– Становись на позицию.

Лейтенант намеренно дал Хоботу незнакомый ему пистолет. Взяв оружие в руки, тот удивленно посмотрел на него, но ничего не сказал, только хмыкнул.

– Готов?
– спросил Эрвин ефрейтора, когда тот стал наизготовку.

– Готов.

– Тогда стреляй.

Расставив ноги на ширине плеч и придерживая левой рукой под рукоять, наемник тщательно целился и выжимал спуск. Хлопки выстрелов заполнили все пространство. Стоя за спиной стреляющего, Бергман улыбался. Оружие живет в те моменты, когда используется, ему вспомнились слова деда, когда тот брал его с собой в лес пострелять по банкам.

– Все, - коротко сказал ефрейтор.
– Смотри, - Хобот уже перешел на ты, очевидно распознал такого же вояку, как он сам. Это хорошо.

– Сейчас-сейчас, - произнес лейтенант, прикладываясь к биноклю. Результат оказался плачевным.
– Плохо, ефрейтор, плохо, - скривился он.
– Молоко.

– Это же пристрелка. Сейчас исправим.

Посмотрим, решил про себя Бергман.

В магазине еще оставалось семь патронов, их Хобот выпустил в мишень за несколько секунд. В какой-то момент лейтенанту стало страшно за его «старичка», но хваленая школа немецких конструкторов не подкачала.

– Так-так, - лейтенант приложился к биноклю.
– Всего две восьмерки. И это из оружия, которое первый раз в руках держишь. Неплохо.

– Дайте-ка мне, - требовательно попросил чех.

– Держи, - вставив новую обойму, Эрвин отдал самозарядный пистолет новобранцу. Тот презрительно улыбнулся своему товарищу и стал наизготовку. Прицелившись, он начал стрелять. Выпустив весь боезапас, он победно развернулся к ожидавшим его людям.

– Ерунда этот ваш пистолет, - он вернул оружие Бергману.
– У меня все десятки. Даже смотреть не нужно. Я лучший стрелок.

– Сейчас посмотрим, - заметил Эрвин. Оценив результат попаданий, он повернулся к новобранцу и сплюнул на пол.
– Вот твой результат, - и растер плевок носком армейского ботинка.

– Тогда сами покажите, как вы стреляете!
– взорвался чех, в нем была задета гордость биатлониста.

– Не вопрос, - пожал плечами немец.
– Смотрите.

Перезарядив оружие, он выпустил все пули друг за дружкой и, повернувшись к стоявшим в полном молчании курсантам учебно-тренировочной бригады, сказал:

– Оценивайте.

Те поочередно смотрели на мишень и поджимали губы не в силах что-либо сказать.

– Яблочко, - махнул рукой Хобот.
– Твоя взяла.

– Надо было поспорить, - улыбнулся Бергман, пряча пистолет в кобуру.

– А что это за оружие?
– спросил чех.
– Я такое только в фильмах видел.

– Это «маузер», - начал объяснять Эрвин, - образца 1896 года. Модель 1916 г. Емкость магазина десять патронов. Прицельная дальность стрельбы до километра. Патрон стандартный натовский. Откуда он у меня - секрет. Вот так-то, господа. Еще раз поздравляю с вступлением в группу. Завтра жду вас на главном КПП в семь ноль-ноль...