Чтение онлайн

Ближе к двум ночи мы вышли к еще одному небольшому оазису, где и решили переночевать. Я улегся под пальмой и стал смотреть в ночное небо. Нагретый жарким солнцем за день песок все еще держал тепло и приятно грел спину. Остальные улеглись кто где. Кобаяси, как всегда, на отшибе. Сколько за ним наблюдал, так и не смог найти причину его нелюдимости. В боевой обстановке все должно быть наоборот: крепкая спайка коллектива гарантирует тебе сохранение жизни на более долгий промежуток времени.

А вокруг стояла тишина, нарушаемая плеском накатывающихся на берег волн небольшого озерца.

Показалась луна. На воде пролегла серебристая дорожка.

– Слышь, командир, - обратился ко мне Аскорбин.
– Не спишь?

– Не сплю, - отвечаю.

– Сколько нам еще переться к точке?

– Если выйдем в семь ноль-ноль, то к двадцати трем часам дойдем. А что?

– Да ничего особенного. Просто так спросил.

– Весьма странно, - произнес я, растягивая слова.

– Это почему?
– тут же последовал вопрос.

– Ты не хохмишь, - ухмыльнулся я.

– Я скажу тебе, командир, одну вещь, - вздохнул сержант.
– Не помню, кто сказал, но фраза вроде бы звучит так: у самых веселых людей самая грустная душа. И тем более, есть в жизни ситуации, когда нужно быть серьезным.

Раздалось шуршание песка. Я повернул голову на звук. Ко мне шли Хобот и Крот. Ребята уселись у моих ног.

– Слышали слова Аскорбина?
– спрашиваю их.

– Конечно, - ответил за себя и напарника Крот.
– Что-то странное.

– Ничего странного нет, парни, - зевнул сержант.
– Просто я сейчас раздумываю над одной проблемкой...

– И какой же?
– негромко спросил Хобот, прикуривая.

– Это не так уж и важно, - ответил он.

– Нет, - Крот хлопнул себя ладонью по колену, - я все-таки скажу это.

Он это сказал таким тоном, что мы невольно умолкли в ожидании пояснений.

– Какой-то этот Кобаяси мутный, - шепотом проговорил Крот.
– Гнилой он, что ли. Есть в нем что-то такое...

– Это во всех людях имеется: у кого-то больше, у кого-то меньше, - прервал я его.
– Все. Философствования оставим на потом, а пока надо выполнить задание. Всем спать.

Если верить данным разведки, то подходы к этому бункеру заминированы от и до, и до сих пор никто не удосужился их разминировать. Ну, ничего. Это сделаем мы. Вернее, уже делали. Мы двигались гуськом, шагая след в след. Первым шел Хобот и «прощупывал» землю миноискателем. Как только обнаруживал заряд, Аскорбин принимался за разминирование. Он и так был профессионалом, но что касается взрывоопасных предметов, веществ и всего остального, что можно применить тем или иным образом в создании или нейтрализации взрывчатки, тут ему не было равных. В такие моменты парень просто менялся.

Наконец эта долгая дорога закончилась. Аскорбин на радостях ввернул свою извечную фразу: «Отличное начало должно превратиться в отличное завершение». Тут я с ним даже и спорить не буду. Он полностью прав.

Вход в бункер, на первый взгляд, был неприметным: неискушенный человек его даже и не заметил бы. Проходя мимо, максимум, подумал бы: «Оп-па! Заброшенное строение». Однако на самом деле все обстояло с точностью да наоборот: вход действительно представлял собой всего лишь полуразрушенное строение, и спуск во чрево бетонного укрытия находился внутри этого неприметного домишки.

Я с шумом втянул носом воздух и сказал с улыбкой:

– Идем.

– Подождите немного, старший капитан, - Кобаяси придержал меня за локоть.

– Что такое?
– недовольно спросил я его.

– Вы не хотите узнать, что необходимо вынести из бункера?

– Несколько документов, которые касаются исследований «Аненербе».

Кобаяси сощурил левый глаз и удивленно смерил меня взглядом с ног до головы.

– Не совсем.

– Давай быстрее, - вмешался Крот.

Не обращая на него никакого внимания, разведчик сказал:

– В этом бункере проводились не просто эксперименты. Тут пытались создать настоящего суперсолдата. А учитывая специфику общей деятельности этой нацистской организации, то их пытались создать путем влияния потустороннего мира на человека.

– И как?
– усмехнулся Аскорбин.
– Путем тантры и ударов в бонго?

– У вас не по чину длинный язык, сержант.
– Лицо Кобаяси стало покрываться красными пятнами от злости, но он себя пока сдерживал.
– Соблюдайте субординацию.

Чтобы не возникло конфликта, я решил остановить ретивого Аскорбина.

– Стихни, - сказал я ему.
– Продолжайте, - киваю разведчику.

– Среди широких масс бытует мнение, что их пытались создать с помощью всяких таблеток, тренировок и прочей ерунды. Но это не так. При помощи оккультных техник были созданы Врата Смерти. Самих испытуемых пытали и доводили до предсмертного состояния и помешали в эти врата. Чего там и как происходило, я не знаю, но результат был. А каков он, вот тут и надо выяснить. Короче, необходимо найти результаты исследований.

– Понятно, - сказал я сквозь зубы. А задачка, оказывается, не из простеньких. Что-то мне уже перехотелось спускаться в этот бункер. Мало ли что может произойти... интересного. На долю секунды показалось, будто воздух вокруг нас приобрел какой-то странный запах. Я бы даже его сравнил с запахом крови. Но это была доля секунды.
– Идем.

Я еще раз бросил короткий взгляд вниз. С вершины бархана одинокий полуразрушенный домишко выглядел устрашающе. Левое крыло здания зияло провалом, торчали острые обломки арматуры, в окнах царил мрак, а сам проход манил таинственностью. Как мне кажется, этот домик занял бы первое место в номинации «Самое будоражащее воображение различными страхами здание». «Ну что, Сим-Сим, - подумал я, скользя вниз по песку.
– Открывайся...»

Мы осторожно спускались по ступеням вниз, стараясь не хрустеть обсыпавшимися фрагментами кладки. Лучи фонарей высвечивали покрытый маслянистыми пятнами потолок, стены с облупившейся краской, подернутыеполувековой пылью. В некоторых местах торчали толстенные провода с плавающей между ними паутиной. Иногда под ногами пищали разбегающиеся в страхе крысы.

Пройдя гермодверь, мы оказались перед контрольно-пропускным пунктом, за которым начинался подземный мир. Внутри поста валялся всякий мусор, среди которого в глаза бросилась дырявая проржавленная фляга, воткнутый в ветхий стул штык-нож и висевшая на ручке дверцы шкафчика каска. И посреди всего этого хаоса лежал высохший труп. «Вроде бы немец, - неуверенно проговорил Хобот.
– По крайней мере, форма, кажется, немецкая». Тем временем Крот с Аскорбином колдовали перед железной дверью, ведущей в жилые помещения, пытаясь ее открыть. У них это получалось плохо и они вполголоса бранились между собой.

Ко мне подошел Кобаяси.

– Старший капитан, - он посмотрел мне в глаза. Я приподнял голову.
– Где нас должны забрать?

– Этого я не могу сказать, пока мы выполняем здание. Все после выполнения.

– Понятно, - сказал разведчик и отошел к противоположной стене. Там висела табличка. Он протер ее ладонью и стал читать написанное.

Спустя некоторое время дверь все-таки открыли. Аскорбин первым юркнул в образовавшуюся щель. Я сунулся следом. Там находилась лишенная какой бы то ни было мебели комнатенка с дырой в боковой стене. Я подошел к ней и посветил вверх. Чуть выше в глаза бросался свод какого-то хода, внутри которого (у самого края) что-то белело. Справа от меня, опершись ладонью о край разлома, показался Хобот. Включив фонарь, он посветил вниз. Тонкий луч осветил пятнадцать лестничных пролетов. Первый пролет был полностью разрушен, а последующие четыре, хоть и были относительно целыми, но не внушали доверия, что смогут выдержать наш вес.