Чтение онлайн

– А… Это откуда? – заикаясь, показала она на ворота.

– Это Денис. С плошки твоей срисовывал, что в серванте. Здорово, да? А Юрка с утра за красками мотался в город, – похвастался дед, словно рисовал и мотался в город за красками лично он.

– А зачем? – Людмила Петровна от удивления растеряла словесный запас.

– Дак красиво же! Людям приятно. И тебе красиво, глупая.

Неустроев молчал, но сиял не хуже хохломской росписи на воротах.

Она только воздуха набрала побольше да выдохнула, так ничего и не сказав. Тут же, на лавочке, на свежем воздухе, обсудили планы на завтра: тяжелый день, сразу две экскурсии, детей кормим здесь, а взрослую группу кормить не будем, Федосье Иосифовне не управиться. Потом Людмила Петровна, отчаянно зевая (хорошее, похоже, снотворное попалось), засобиралась домой досыпать. Родин вызвался проводить. Она удивилась – отродясь ее не провожали, вроде не девочка уже, да и мужики вообще-то без нужды старались людям глаза не мозолить, но спорить не стала. И еще больше удивилась, когда он вдруг снял свою куртку и накинул ей на плечи, а ведь Людмилу Петровну и впрямь знобило. «Как в кино», – усмехнулась про себя.

– Людмила Петровна, я тебе вот что хочу сказать, – начал Родин, как только они отошли от дома (у них так странно сложилось – она его на «ты» и «Юра», а он ее хоть и на «ты», но «Людмила Петровна», вроде как хозяйка). – Сегодня мужик один приезжал, родственник ваш.

– Иван? – уточнила она. – Странно, почему не позвонил.

– Наверное, он без тебя хотел, – предположил Родин. – Обошел тут все, везде нос сунул. Стал нам советы давать…

– И что? – развеселилась Людмила Петровна.

– Послали мы его, – сознался Родин. – Куда положено.

– А он?

– Пошел. Что ж ему еще делать? Мы так и не поняли, зачем он приезжал со своими советами.

– И правда странно, – смеялась Людмила Петровна. – Он мне еще когда говорил, что это раньше была страна советов, а теперь, мол, другие времена. Ладно, я позвоню ему.

– И вот еще что… Сегодня утром я к Верке ходил.

– И что? – перестала улыбаться Людмила Петровна. Значит, та надпись на воротах ей не померещилась.

– Вера Михайловна больше не будет, честное слово. Она сама сказала. Милая детская фраза.

– А как ты ее убедил? Тоже послал?

– Нет, она какая ни на есть, а все же женщина, так что тут другой подход нужен.

– Какой же? Ну говори, что я все из тебя клещами вытягиваю? – возмутилась она и даже куртку скинула, потому что ей вдруг жарко стало.

– Я пообещал, что до осени мы ее Санька перевоспитаем и вернем ей в целости и сохранности, как новенького. Сказал, что такой женщине, как она, нужен не пьянчуга бесхарактерный, а настоящий мужик. Вот быстренько сделаем из Саньки мужика и вернем. А пока приглядим, чтобы ничего не начудил.

– И она поверила? Детский сад какой-то, честное слово, – усмехнулась она. – К тому же горбатого могила исправит, а у Саньки горб, как у верблюда.

– Убедил, – коротко, не вдаваясь в детали, сообщил Родин. Он вообще был неболтлив.

– А она… она не говорила тебе…

– Нет. Не говорила. Это я сказал, что волноваться ей не о чем. Потому что я сам с тобой сплю. Она и успокоилась. А я за красками поехал. Завтра же две экскурсии.

– Спасибо… – пробормотала Людмила Петровна, чувствуя, как ее лицо покрывается красными пятнами. – Это ты здорово придумал. Насчет красок особенно.

Остаток пути они проделали в молчании и расстались у дверей ее дома.

На следующий день приехал Иван, которому Людмила Петровна, конечно же, забыла в суете позвонить. Не отказался от борща, а поев, сразу приступил к делу:

– Людмила, у тебя загранпаспорт есть?

– Нет, он мне без надобности. Куда мне ехать-то?

– Cделай паспорт, – распорядился Краев. – Мало ли что.

– Нет, Иван, некогда мне такой чепухой заниматься, и без того дел по горло, – отмахнулась она. – Вон к сыну в Мурманск и то выбраться не могу. Да и денег лишних нет.

– Ты сделай, – настаивал Иван. – У меня тут командировка наклевывается в Штаты. По линии ассоциации фермеров. Может, и тебя получится с собой взять.

– Здрасьте! А я с какого боку? У меня два огорода и корова, которую Бабиновы приводят, но все это на фермерское хозяйство не потянет.

– Оформим как-нибудь, не твоя забота. У меня там все знакомые, я уже три раза ездил и на стажировку, и так просто, познакомиться. Я ведь и курсы закончил по западному агробизнесу. Дорогу и проживание принимающая сторона оплачивает.

– Халява, приди! – шутливо воздела руки к небу Людмила Петровна. – Мои ребята так всегда перед экзаменами говорили.

Но гость не поддержал ее веселья. У него была еще одна тема для разговора, и весьма серьезного.

– Я ведь что приехал, Людмила… Мужики эти твои мне не нравятся. Наживешь ты с ними хлопот. Да что там, уже нажила. Мало тебе вчерашнего? Позор на все село.

– А что вчера было? – невинно поинтересовалась она, с удовольствием вспоминая расписанные под хохлому ворота.

– А ты что, вчера туда не ходила? – удивился Краев.

– Почему же? Ходила. Там в порядке все. А Денис ворота покрасил – красота, слов нет! Жаль, у парня судьба такая, а то бы стал художником настоящим.

– Какая судьба! – вспылил Иван. – Алкаши и уголовники! Воры, если того не хуже! Зачем тебе притон в собственном доме? Гони их в три шеи, Людмила.

Она помолчала, глядя в сторону. Собрала хлебные крошки со стола, потом посмотрела на Ивана.

– Не могу.

– Да почему, черт возьми?! – Он хлопнул ладонью по столу, аж ложка о стакан звякнула.

– Не кричи. Чего раскричался-то? Люди они, Иван. Не собаки, чтобы гнать. Так получилось, что им некуда податься. Раз могу помочь – надо помочь. Они же мне помогают.

– И как же? – едва сдерживаясь, с издевкой уточнил Краев.

– Юра за рабочими следил, по дому все делает. Володя мне с бумагами помогает, с документами. Электричество будем проводить. А Санька, кстати, электрик, он всю проводку в доме заново прокинет, сколько лет уж там электричества не было, обветшало все. Денис, представляешь, на огороде работает лучше любой женщины, у него все технологии свои, я и не вникаю, от греха подальше. Бабиновым ходит помогать, они ведь старенькие уже. И еще обещал сена накосить для их Зорьки.

– А я тебе разве не могу помочь?

– Можешь, конечно, и помогал, спасибо тебе огромное. Но у тебя свое хозяйство вон какое, до меня ли? И потом, ты знаешь, – мечтательно добавила Людмила Петровна, – у меня какая идея есть? Я хочу кур и кроликов взять. Или козу. Козу даже лучше. Нам корову приводят, но ее в тот день, когда экскурсия, в стадо не отдают, Карпу Филипповичу приходится ее самому пасти, а он уж не молоденький. Зато ты бы слышал – дети пищат от восторга, когда им разрешают Зорьку погладить. Открыв рот, смотрят, как Федосья Иосифовна ее доит, они же про это только в книжках читали. Она у нас уже такая артистка, не поверишь! Специально на публику играет.