Чтение онлайн

Мы сблизились с соперником.

— Кто твой хозяин? — спрашиваю у него.

Он в ответ выругался, и я не опознал на каком языке. Ну, как хочешь, парень. Я отвесил ему серию ударов. Он поплыл и только чудом стоял на ногах. Стоячая мишень. Прикольно. Я крутанул вертушку и уронил его на ринг. Подошел к нему, и тут на меня словно надели толстое одеяло. Уши забили ватой, в глазах туман, в голове пустота, и я падаю прямо на тело поверженного мной соперника.

В мой открытый рот ворвался воздух и что-то твердое, размером с сосательную конфету. Я открыл глаза. Надо мной склонилась девушка. Она пару раз качнула мою грудную клетку и взглянула в лицо. Похоже, что, делая искусственное дыхание, она уронила мне в рот свою конфету. Я улыбнулся. Она отошла, уступив место охране Мии. Те подняли меня под руки и повели на выход. Я хотел выплюнуть конфету, но ее не оказалось у меня во рту. Наверно, померещилось.

Официально победа была за мной. Мия усадила меня в свою машину, позабыв про ошейник. В нем не было нужды, я сейчас был, как вялая тряпка. Мия навалилась на меня, что-то трещала в ухо, хихикала. Я слабо улыбался.

— Целуй ее! — услышал я голос Ирки. — Соберись с силами и целуй!

Я посмотрел на Мию. Сейчас это красивая женщина лет тридцати, может с хвостиком. В глазах столько восхищения мною, что я начинаю оживать. Умом понимаю, что это все ее химия, но тело уже обмануто расширившимися зрачками, делающими ее карие глаза почти черными. Обнимаю ее правой рукой, прижимая к себе, левой захватываю подбородок, нажимаю на него и целую открывшийся рот. Она тихо стонет, сдаваясь. Вот оно что. Перед властной хозяйкой мафии все робеют, и только бойцы после победы на адреналине могут сломать эту неприступную крепость. Она пассивна, отвечает, как скромница. Замираю.

— Не останавливайся, целуй! Сейчас идет передача данных. Целуй! — орет моя боевая искинша.

Не понимаю в чем дело, но целую ее. Вспоминаю Бьянку. У меня включается второе дыхание и мысли только об одном — не назвать Мию Бьянкой. Между нами и сопровождающими появляется экран. Мия дергается в моих руках, хочет сменить позу.

— Не отпускай ее! Целуй!

Сгребаю женщину себе на колени, фиксирую и продолжаю поцелуи. В целом, я понял, что происходит с учетом произошедших событий, но долго ли я выдержу? Благо, что я не возбудился, с защитой в трусах мне пришлось бы туго.

Автомобиль остановился. Мия оттолкнула меня от себя, встала с моих колен и вышла. Я вышел следом, но мне в грудь уперлось дуло винтовки. Мия Милано стояла от меня в каких-то трех шагах и слушала, что ей говорил пожилой человек в черном. Кто-то набросил мне на плечи мою куртку, и я ощутил, что, несмотря на купол, создающий здесь комфортный температурный режим, я замерз. Стоять босиком на лужайке в одних борцовских штанах очень прохладно.

Мия обернулась, глянула на меня, что-то сказала на итальянском подошедшему к ней мужчине и ушла с ним в дом.

У меня появилось сразу несколько вопросов. Первый — что за передача данных шла во время поцелуя? Второй — не раскрыли ли меня в связи с этим событием? Третий — не пора бы начинать делать ноги из этой резиденции? Ну, и четвертый — куда меня сейчас ведут?

Ответ на последний вопрос нашелся достаточно быстро. Меня привели в большую затемненную спальню с заполненной до краев ванной недалеко от постели. Велели раздеться и лечь в воду. Надеюсь, топить меня здесь не будут.

Глава 19

— Ваня, проснись! Ваня! — пыталась разбудить меня Ирка.

Что-то острое уперлось мне в горло, я дернулся и понял, что порезался.

— Тссс! — просвистел шепот, но теперь не в ухе, как до этого.

Я открыл глаза. В мое горло упирался длинный клинок. Я нервно вздохнул и лезвие вошло еще глубже. Вдавил голову в подушку. Капля крови щекоча скользнула на постель.

Зараза, длинный клинок, а то можно было бы попытаться перехватить руку нападающего. Кончик лезвия уперся мне под челюсть и заставил встать. Меня вывели из спальни, вонзая сталь так высоко, что я не мог снять нанизанную на клинок голову.

Меня вели темными коридорами. На выходе из дома я затормозил — я был совсем голый, и сверкать своей задницей под глазами камер мне не хотелось.

— Что стал? Переставляй поживее ноги, — приказал мне шипящий тихий женский голос. Что-то в нем мне показалось знакомым.

— Одежда, — с трудом проговорил я, натыкаясь на острие клинка.

— Не замерзнешь, кобель! — приблизилась ко мне женщина.

Мне только это и было нужно. Я рванул ее руку с клинком вниз, а второй рукой перехватил кисть, удерживающую оружие. Крутанул женщину, и вот уже сталь касается ее горла. В этот момент мне в основание черепа уперлось дуло огнестрела.

— Отпусти ее, — услышал я мужской голос сзади.

Приплыли. Я сдавил женскую кисть, дождался стона, расслабил пальцы и перехватил у нее клинок. Второй рукой сильно толкнул ее. Она упала, и по прикосновению оружия, я понял, что мужчина дернулся посмотреть на женщину, и что он ниже меня. Я ушел влево, и вот клинок в моей руке уже возле горла мужчины. Молча забрал пистолет. И теперь голова напавшего была между клинком и пистолетом. Женщина встала.

— Бьянка? — вырвалось у меня. Несмотря на закрытое лицо по общей фигуре я определил, что это была она.

— Ты спал с моей матерью! — кинула она мне в лицо обвинение.

— Не было такого, — отрицаю. — Может, когда я был в отключке?

— Я забрала тебя из ее спальни, кобель! — срывая горло, она пыталась орать шепотом.

— Я спал там, но секса, как был у нас с тобой, не было.

— Бьянка? — дернулся мужчина под моим прицелом, за что заслужил укол клинком. Теперь не только на мою грудь будет капать кровь. — Ты?!

— Я не знала, жив ли ты, а этот кобель накурил меня наркотиком. Милый, я люблю только тебя.

Похоже, что это муж Бьянки. На одного врага больше.

— Снимите маски, — приказал я паре. Они выполнили мое требование. Я развернул лицо мужчины в профиль к себе. Ка Бо. Вот так встреча. — И что вам от меня нужно?

— Теперь ничего, — заявила Бьянка. — Отпусти моего мужа, и мы уйдем, а ты остаешься. И не советую тебе спать с мамочкой.

— Ревнуешь? — бросаю в спину развернувшейся уходить Бьянке.

Не успела она повернуться обратно, как над нашими головами включилось искусственное солнце — управляемая лампа-прожектор. Вооруженные люди вышли из темноты в яркий свет. Я щурился, глазам с непривычки было больно. Кто-то, подойдя сзади разоружил меня. Ка Бо выкрутили руку и увели в сторону. Мне на плечи легло что-то теплое. Я быстро сунул руки в рукава и завязал пояс. Кто-то гладил мою спину. Я обернулся. Мия бледно улыбнулась и сделала жест рукой. Робот отвел меня в ванну, обработал порез, заклеил ранку и стер салфетками кровь с груди. Я, задрав голову смотрел, как клейкий гель стягивает края разреза, делая рассечение кожи практически незаметным.

Меня вернули в мою комнату. Спать уже не хотелось. Я переоделся и пошел в столовую. Рядом с едой, накрытой колпаками, лежал ошейник, в котором меня выводила на бой Мия. Появился робот, чтоб прислуживать за столом.

— Госпожа просила передать, что если Вы хотите передвигаться по дому, то наденьте ошейник.

— На четыре конечности для госпожи не встать, лаять не начать? Пусть уж меня госпожа простит — хвоста нет, вилять нечем. Но если она хочет сходить на мой половой орган, то пусть приходит. Одна.