Интрижка
Шрифт:
— Нет, но, может, вы с Чарли сможете прийти в следующую субботу, я бы приготовила вам что-нибудь намного лучше куриных энчиладас, чтобы отблагодарить вас за сегодняшнюю заботу о моем зверинце.
— Ты не обязана этого делать.
— Нет, обязана.
Она подождала немного, а затем ответила:
— Да, в этом вся ты.
Мы с Дианной работали вместе. Мы познакомились в офисе. Вместе продвигались по служебной лестнице. А теперь обе возглавляли разные отделы.
Я поддерживала ее в больнице после того, как у ее мамы случился инсульт. Она неоднократно ходила в больницу со мной, когда моя мама погибала от рака.
Я также была с ней, когда Дианна встретила Чарли. Я стояла рядом, когда она выходила за него замуж.
Она была со мной, когда я встретила Кента. И она была рядом, пока мы стояли примерно в пяти футах за спиной Чарли, когда Чарли стоял в моем дверном проеме с бейсбольной битой и говорил Кенту, что если он еще раз появится у меня дома, то он размозжит ему голову этой битой.
Дианна была чернокожей, очень круглой, очень красивой, и хотя я обожала свою родную младшую сестру, Дианну я считала старшей сестрой, которую всегда хотела иметь.
Излишне говорить, что я так сильно хотела быть вместе с Дианной, что это граничило с навязчивостью, она же воспринимала это как само собой разумеющееся. В нашем прошлом было много ужинов, которыми я могла ее за что-то отблагодарить, и, вероятно, в нашем будущем их будет намного больше.
— Увидимся завтра на работе, и мы придем к тебе в субботу на один из деликатесов Иззи, — сказала она.
— Отлично, куколка. Увидимся завтра.
— До скорого, детка.
— До скорого, Дианна.
Мы отключились, но я не сдвинулась с места, наблюдая, как лошади бродят по траве вместе с собаками, Демпси со Вихрем, моим старичком, старшим членом моего зверинца, смесь бернских горных собак, которого я приютила примерно через год после окончания колледжа.
Приехав в Мэтлок после потери мамы, после того, как сестра вышла замуж за неудачника, после того, что случилось с Кентом, и остановившись в этом маленьком фермерском доме на трех акрах земли, я думала, что попала в рай.
Джонни и Шандра.
Что ж, так оно и было. Вероятно, Джонни держался отстраненно не только потому, что у него был тяжелый день, и это была годовщина смерти его отца, но и чтобы никто не решил начать отношения с ним, потому что, по моему мнению, он был таким парнем. Возможно, после Шандры он обжег несколько женщин, но он понял бы это и в будущем принял бы это во внимание. Я могла только догадываться, что это правда, но, учитывая его джентльменские манеры, я решила, что это хорошее предположение.
Так что все было так, как было. У меня случилась моя первая интрижка, которая не обязательно должна стать связью на одну ночь. Это успокоило присущую мне хорошую девочку, но уничтожило мою внутреннюю мечтательницу, которой я бы никогда не позволила себе быть.
Я уставилась на лошадей и собак.
Это была моя мечта.
Это было мое.
Это был мой рай.
Так было предписано, это было прекрасно и наполнено любовью. Это напоминало мне о том, что у нас было с мамой и сестрой, но без всяких плохих моментов.
Было бы лучше, если бы в этом присутствовал Джонни или мужчина похожий на Джонни?
Возможно.
Но это то, что у меня было сейчас.
И это было прекрасно.
Так что я бы приняла это.
И стала бы делать то, о чем всегда говорила мне мама.
Просто быть счастливой.
***
Я уже сделала пилинг, только что сняла с носа полоску с древесным углем и собиралась воспользоваться тканевой маской, когда зазвонил мой телефон.
Я посмотрела вниз на туалетный столик в ванной и увидела на экране: «Джонни».
Нажав ответить, я поднесла телефон к уху.
— Привет.
— С тобой никаких проблем, два гудка и я слышу «привет», — был его ответ.
Я уставилась на причудливые завитушки из проволоки цвета слоновой кости на аксессуарах для ванной комнаты, стоявшие на туалетном столике.
— Что?
— Ничего, Из, — сказал он, в его голосе звучало веселье. — Хорошо провела день?
Я побрела в спальню к кровати с кованным изголовьем и несколькими покрывалами, — белое посередине, снизу вязаное цвета шалфея, сверху кружевное белое — усеянную темными подушками с цветочным принтом, и, забравшись на нее, ответила:
— Раз завтра вечером ты получишь еще и десерт, я провела инвентаризацию на кухне. Съездила в город за покупками. По возвращении прокатилась верхом на Серенгети. Разобралась с горшками с помидорами и клубникой и посадила кое-какие травы. Посмотрела курятники. Они не такие дорогие, но те, что не так дороги, вмещают только двух цыпочек и четырех петухов, поэтому я думаю, мне нужно провести дополнительные исследования, так как я хочу, по крайней мере, шесть. Может, восемь. Теперь у меня в духовке готовится лазанья, и я в процессе своего обычного воскресного вечернего ухода за лицом. Так что в целом день действительно прошел хорошо.
Джонни ничего не сказал.
— Итак… боюсь спросить, — заполнила я тишину, — но как прошел твой выходной?
— Горшки с клубникой?
— Это большие горшки с множеством маленьких отверстий, из которых растет клубника, — объяснила я, и когда он не ответил, я по-идиотски продолжила: — Мои керамические, темно-синие. Их пять.
Его голос звучал странно, напряженно, будто он задыхался, когда спросил:
— Курятник?
— Когда-то в детстве мы держали цыплят. Ничто не сравнится со свежими яйцами, мама их не ела, но мы с сестрой ели. Кроме того, у цыплят забавные характеры. У них мозги размером с горошину, но они все равно личности.
Джонни снова замолчал.
Он молчал так долго, что я позвала:
— Джонни?
— Похоже, у тебя был насыщенный день, — отметил он.
— Думаю, да.
— Думаешь?
— Ну, я имею в виду, день как день.
— Горшки с клубникой. Курятник. Прогулки верхом. Поездка за продуктами. И лазанья, — как ни странно, проговорил он.
— А еще помидоры, и наполовину выполненные процедуры по уходу за лицом. А еще, конечно, был завтрак и, э-э… кое-какие занятия с тобой.
Он издал резкий лающий смех, который звучал так приятно, что этот звук пощекотал мне ухо, спустился вниз по шее и дальше на юг.
— Что смешного? — тихо спросила я.
— Видя, как ты выходишь из того изящного бордового «Мурано» без единой пылинки, в тех симпатичных джинсах и миленькой блузке, с роскошной гривой волос, никогда бы не подумал, что ты женщина, которая хочет завести цыплят и выращивает травы.
— Вчера был день мойки машины, — сообщила я. — Мой «Мурано» обычно покрыт пылью и заляпан грязью.
— Поверю, когда увижу.
— Можно устроить хоть сейчас, так как он весь день простоял перед домом, а здесь пыльно. У меня нет гаража.