Чтение онлайн

Они переваривают эту информацию, а затем Урсус спрашивает:

— А другая причина почему ты здесь?

— Это объяснить немного сложнее, но позвольте попробовать, надеюсь, вы меня поймете. Когда я покинула тех, кто защищал меня от Падших, я не знала, что один из Падших последует за мной. Его звали Альфред, и он был Жнецом. Некоторое время он охотился за моей душой и нашел способ заполучить ее. Он рассказал обо мне клану Gancanagh, и они решили меня сделать одной из них, чтобы избавить меня от души, и чтобы Альфред мог ее забрать. — Я останавливаюсь, потому что в зале такая тишина, что можно услышать падение булавки. Руки Прэбэна сжали мои, а я оглянулась и увидела его хмурый взгляд. Поскольку никто ничего не говорит, я продолжаю. — Мне удалось от них сбежать, но один из них укусил меня. Я уверена, что они найдут меня, и я знаю, что, если снова укусят, я не смогу больше сопротивляться и стану одной из них. Поэтому, я подумала, что, если Gancanagh догонят меня, я стану холодным и бездушным монстром, и у не будет шансов попасть в Рай. Я стану врагом ангелов, которые помогали мне. — На секунду останавливаюсь и продолжаю: — Я знаю, что вы охотились за мной, и что я не могу просить вашей защиты, но потом, я поняла, что, если я приду сюда, и вы убьете меня, моя душа попадет в Рай. Видите, я умру в любом случае. Я просто подумала, что так у моей души будет шанс попасть в Рай, а не в Ад.

В этот раз толпа над нами начинает шуметь с удвоенной силой, поэтому совету приходится ждать гораздо больше времени чтобы они все успокоились. Когда все более или менее приходит в норму, совет обсуждает то, что я только что сказала.

— Так ты просишь нас, чтобы мы дали разрешение на то, чтобы твои друзья просто убили тебя? — спрашивает Урсус.

Я выдыхаю, потому что до этого задерживала дыхание, поворачиваю голову и улыбаюсь Прэбэну. Он не отвечает на мою улыбку, поэтому я говорю:

— Прэбэн, наконец-то кто-то слушает меня.

Пэган начинает спорить с советом на ангельском языке, мелодичные слова слетают с ее языка ловно река.

— Что она говорит? — спрашиваю я Прэбэна.

— В основном она называет тебя лгуньей, — сердито глядя на меня отвечает Прэбэн.

— У вас есть какие-либо доказательства существования Gancanagh? Мы уже давно ничего о них не слышали, — встав на сторону Пэган, спрашивает Гуннар.

— Доказательство. Да… У меня есть доказательство, — отвечаю я, оттягивая золотистый ошейник таким образом, чтобы совет мог увидеть колотые раны, которые не хотят залечиваться.

Должно быть они очень плохо выглядят, потому что Совет хмурится, а я краснею, из — за того, что позволила Бреннусу сотворить со мной.

— Они не залечиваются. Обычно мои раны заживали, хотя и не сразу, но эти постоянно кровоточат… я снова начинаю плохо себя чувствовать, как было сразу после того, как он меня укусил.

— Как давно тебя укусили? — спрашивает меня Рио, его темно-серые крылья снова немного подергиваться.

— Я не уверена. Думаю, это было вчера… прошлой ночью.

Когда я понимаю, что это произошло менее двадцати четырех часов назад, мои руки покрываются мурашками. Независимо от того, что я предпочитаю, это все равно будет ад. Из-за того, что я не хотела пить кровь Бреннуса, он укусил меня два раза.

— Мне больно от укуса, потому что похоже их кожа не влияет на меня, поэтому, когда они прикасаются ко мне, я на них не реагирую, — объясняю я, прикасаясь к шее и увидев, как много крови осталось на моей ладони. Она уже просочилась сквозь ворот, и я удивлена, что никто из них до сих пор этого не заметил. — Знаю, что, когда в следующий раз буду пить его кровь, он укусит меня… галлюцинации не позволят мне сопротивляться.

— Где их дом? — спрашивает меня Есан, его коричневые крылья расправляются словно, как только я скажу где обитают Gancanagh, он сразу отправится на их охоту.

У меня перед глазами начинает все расплываться, но я стараюсь оставаться в сознании, чтобы ответить на все их вопросы.

— Это за приделами Хоутона, в верхнем полуострове Мичигана. Я могу найти это место на карте. Они забрались в старый медный рудник и превратили его в уютное гнездышко. Думаю, с помощью путей Хоутона и Маркетта, они привозят туда своих человеческих жертв. Вам нужно найти Бреннуса де Грэм. — Я сдерживаюсь, и не называю им имя Финна. Я не могу назвать его… и не буду.

Вся платформа оживляется, и все начинают задавать мне вопросы о Gancanagh. Некоторые задают мне вопросы на ангельском, некоторые задают свои вопросы на английском. Когда Пэган задает мне вопрос, ее голос перекрывает всех остальных.

— Почему Gancanagh хотели изменить тебя? Ты ведь даже не фейри.

Я фокусируюсь на ней, видя, как она сверлит меня взглядом, как она хочет вырвать мне сердце, если ей представится такой шанс. Я решила ответить на ее вопрос.

— Пэган, пока я была заперта в тюремной камере, сама задавалась этим вопросом. «Почему я» — спрашивала я себя, «зачем я им нужна»? — говорю я, заметив, что в комнате снова стало тихо. — Я спрашивала Бреннуса «почему я», а он спросил меня, как долго я надеюсь прожить в этом мире без его защиты. Он сказал, что может изменить меня, так я могу стать другом Падших. Сказал, что любой божий ангел, который посмеет охотится за мной, узнает истинный смысл слова «террор». Он хочет, чтобы я стала его любовницей. — Каждый ангел с восхищением слушает все, о чем я говорю. — Он считает, что, изменив меня, окажет мне милость, так как я ненавижу многих ангелов, он хотел изменить меня во что-то другое. Он научил меня тому, чему я не хотела учиться. Он научил меня, что единственная милость, которую я могу ожидать — это беспощадность и боль. Я хорошо усвоила этот урок, так что думаю, я закончила отвечать на ваши вопросы. Я привела с собой Жнеца, который хотел бы обсудить с вами судьбу моей души, если конечно вы не против. Я устала, чувствую себя больной, так что просто хочу прямо сейчас покончить со всем этим. Так что мы просто…, - Но не могу закончить, потому что трепет крыльев в моем животе усиливается, и кто-то появляется в моем поле-зрении. — Рид, — я произношу его имя как молитву.

Он выглядит свирепым и диким, будто может разорвать меня на части, в то время как его глаза осматривают меня с головы до ног, оценивая каждый дюйм моей одежды и останавливаясь на шее, которая по-прежнему кровоточит. Его грудь, вся покрытая порезами и царапинами, тоже безостановочно кровоточит. Когда я понимаю, что все они нанесены ножом или каким-то другим острым оружием, мои руки начинают трястись. Рид не сводит с меня взгляда и, видя, что мой страж о прежнему держит меня за плечи, одаривает Пэган безжалостной усмешкой. Когда он все же смотрит на Пэган, из его горла вырывается низкий рык. Я только сейчас замечаю, что он сжимает в руке нож. В доли секунды Прэбэн толкает меня к себе за спину, используя свое тело чтобы защитить меня от моего ангела.

— Подожди! — в отчаянии прошу я. Я встаю перед Прэбеном и вытягиваю руки так, чтобы они не атаковали друг друга. Отворачиваюсь от Рида и лихорадочно смотрю на Прэбэна. — Все хорошо! Рид не причинит мне боль, — заверяю его я, прежде чем он снова меня спрячет, и в первый раз замечаю, что с Ридом еще Зефир.

Они оба в синяках и порезах, но смело выступают против двадцати или даже больше Воинов, которые осторожно приближались к нам справа и слева. Однако Рид не смотрит ни на кого из них, он не отрывает от меня взгляд — и при этом выглядит смертельным. Я поднимаю свою руку к Воинам, которые окружают Рида и Зи, и взглядом умоляю их остановиться хоть на секунду.

Не оглядываясь, я говорю:

— Прэбэн, пожалуйста останови их, я все улажу.

Я не жду, чтобы убедится, отдает ли он приказ, а делаю осторожный шаг в сторону Рида. Он выглядит первобытным, будто у него нет высшего разума, и сейчас он действует на одних инстинктах. В первую очередь в моем сознании регистрируется его тяжелое дыхание. Похоже из-за боли в груди ему не хватает воздуха. Агония на его лице чуть не ломает меня, в то время как я протягиваю к нему свою дрожащую руку. Не позволяя мне сделать это, Рид хватает меня за руку и притягивает к себе, заключая в тиски своих объятий.

— Без меня ты никуда не пойдешь, — шепчет он мне на ухо.

Должно быть, он слышал, о чем я говорила… все это время он был где-то поблизости?

— Как много ты слышал? — спрашиваю я, надеясь, что был избавлен от необходимости слышать о Бреннусе.

— Все, — говорит он, сжимая меня и зарывшись лицом в мою шею.

Я крепче прижимаюсь к нему, пытаясь выбросить из головы его образ, но у меня ничего не выходит. Мой взгляд останавливается на голубых глазах Зи. Он выглядит разбитым, словно он отдал все, что у него есть, чтобы дойти досюда. Он стоит в дюйме от нас с Ридом и тяжело дышит. Я протягиваю к нему руку, и он берет ее, прижимая к себе меня и Рида.