Чтение онлайн

С доставкой груза, кстати, особо заморачиваться не довелось — в Ярославле существовали грузовые такси-газели, которые за умеренную плату могли доставить что угодно куда угодно. Вопрос был куда доставлять?.

Оказалось: на лодочную станцию. Там выяснилось, что надувать большую лодку одним ручным насосом — занятие долгое, нудное и требующее значительных физических усилий. К счастью, существовала такая услуга как аренда электронасоса…

Короче говоря, отчалить канадцам удалось лишь поздно вечером, когда до темноты оставалось часа два. Услышав на прощание невразумительное напутствие придерживаться фарватера и не лезть под проходящие суда, они решили положиться на волю волн и, отплыв от города как можно дальше, приискать какую-нибудь бухточку, чтобы там пришвартоваться, закрепиться и, переночевав прямо в лодке, на рассвете отправиться дальше.

Однако, оказалось, что решение они приняли отнюдь не самое мудрое. Хотя Волга, подобно всем равнинным рекам, текла не настолько быстро, чтобы берега ее проносились мимо в стремительном беге, однако спускавшаяся мгла делала их очертания нечеткими, непонятными. Где там были бухты, где мысы — издалека было неразличимо.

И, самое печальное — глубина слоя воды в темноте не просматривалась совершенно. Запоздало вспомнив, что днище у надувной лодки было отнюдь не железным, и песок иногда используется как наждак, канадцы вдруг осознали, что при попытке причалить к берегу в дикой местности рискуют очутиться вдали от людского жилья с пропоротым днищем.

Или еще хуже — с проколотыми бортами своего единственного транспортного средства. И то, и другое обозначало бы намокшие или вовсе потерянные вещи и реальную вероятность остаться без еды, палаток и всего остального. Поэтому покинуть стрежень реки они долго не решались. А когда решились — ночь окончательно вступила в свои права, и вскоре стало так темно, что канадцы потеряли из виду не только берег, но и друг друга.

— Кажется, вчера было новолуние, — проговорил Киан.

— Угу, — кивнул Джо, ощущая, как на него наваливается паника. — А может, даже сегодня.

Новолуние обозначало, что на небе не могло появиться даже самого узенького лунного серпика, а звезды, как бы они ни блистали, света не посылали. И лишь огни бакенов давали понять, что лодка не вознеслась, не висит в пространстве между небом и водой и не замерла неподвижно, а продолжает двигаться.

Только вот куда она двигалась? Люди, сидевшие в ней, давно уже не пытались грести. И ветер, дувший попеременно то справа, то слева порывами, казался живым.

— Олюшка, — прошептал Джо, даже не соображая, что говорит вовсе не на английском, и даже не на русском языках — в память о белом цветке, что нас связал, прости моих родных за их высокомерие, дай совет!

Он ни на что не надеялся, просто вспомнил как молитву: призови меня в минуту печали…

И даже не удивился словам, возникшим в его голове словно из ниоткуда. Русским словам. И уже знал, что делать.

Опустив руки за борт лодки, он коснулся ладонями теплой, прогретой за день солнцем влажной глади и громко произнес:

А затем, выпрямившись, насколько возможно, возвел руки к небу и добавил:

И — смолк, словно очнулся. Молчание было ему ответом. Но странно: опустившись снова на свое место, Джек больше не чувствовал качки, а, может, она не пугала его больше. Он был теперь уверен, что их лодка не перевернется, и что все будет ОК.

— Вытащите весла из воды и закрепите, пока мы их не лишились, — прозвучал голос индейца. — Положимся на волю Маниту.

— Не видно ж ни зги! — откликнулся Артур.

— А налобный фонарик у тебя в рюкзаке припасен в качестве сувенира?

— Его ж не хватит надолго. Мы ж не взяли с собой запасных батареек!

— А тебе надолго и не надо. Батарейки мы купим в первом же населенном пункте. Что там у нас по карте идет после Ярославля? Кострома? — прозвучал голос Мигеля.

— И надо будет большой фонарь приобрести, — сказала Дейзи. — Хорошо, что ночью на этом отрезке пути судоходство на Волге отсутствует.

— Два фонаря надо купить, — сказал Киан. — Или три. И один на солнечных батарейках. Чтобы днем заряжался, а ночью светил. Как у русских в деревне.

Проснувшись утром, Джо увидел: все еще спят. Но рассвет был красным, предупреждая о непогоде. Берег находился совсем рядом, и это успокаивало, зато было совершенно непонятно: промахнули они мимо Костромы, или она еще впереди.

Он глянул в Интернет за справкой: скорость течения Волги не позволяла им за 8 часов ночного времени преодолеть расстояние в 80 километров. И даже в 70 не позволяла. Но желательно было убедиться. И он отыскал номер Олюшки.

— Ты не знаешь, где мы сейчас находимся? — спросил он, сознательно не называя имени адресата.

— Знаю, конечно, — отвечала Олюшка. — в 15 км от Костромы.

— А вы сами?

— В 20 км выше по течению.

— Мы думали, что мы от вас оторвались.

— А мы за вами и не следили. Убедились, что вас в Москве нет, посмотрели, куда вы ломанулись, и навострили лыжи туда же. Погуляли по Ярославлю. Нам понравилось.

— Значит, звать вас бесполезно, вы далеко?

— Нет, отчего же? У нас посудина с мотором, и вообще мы экипированы намного круче вашего. У нас даже навес есть на случай дождя. Сегодня ожидается, кстати.

— Я это и сам понял. А на каком расстоянии действует ментальная связь?

— Наши считают, что на таком же, как любые электромагнитные волны. Но чем ближе, тем лучше. И приемник должен быть настроен на тот же диапазон.

— То есть, ты читаешь теперь мои мысли?

— С ума сошел? Зачем мне твои мысли? Мой приемник включается только на условные слова, и пробивает эфир твоя паника. Поэтому не злоупотребляй, иначе это перестанет работать. Чао, muchacho, сорри!

Выключив смартфон, Джо с удовлетворением отметил, что все в лодке проснулись.

— Сегодня будет дождь, — сказал индеец. — Если поторопимся, то успеем доплыть до Большого Города. Нужно брезент купить, чтобы груз защитить, и коврик с дырками вроде решетки, чтобы на него груз положить. Еще запасной якорь.

— Я думала, что мы остановимся там в гостинице, — сказала Дейзи. — И осмотрим Кострому.

— Зачем? — ответствовал индеец равнодушно. — Русские города красивые, это я уже понял. Но я вам не мешаю: если вы хотите, то можете поездить, посмотреть. А я останусь в лодке. Один.