Чтение онлайн

V

Отец, как всегда, - в черном. Он полностью погружен в свои занятия и при виде шагающего по каменной дорожке паренька лишь слегка приподнимает голову.

За спиной отца Доррин видит Черный Чертог - здание, где проходят встречи Совета, членом которого состоит маг. Жильем Чертог не служит уже три столетия, с самой кончины Основателей. Левее Черного Чертога начинается Главный тракт, тянущийся к юго-восточной оконечности Отшельничьего. Южная половина острова, не считая нескольких ремесленных поселений и плодородной, дающей лучшие урожаи злаков долины реки Фейн, остается лесистой и почти безлюдной.

Доррин хмурится, задумавшись о том, насколько правдивы предания о Креслине и Мегере. Как, например, могло случиться, чтобы они оба умерли в одно мгновение - на заре, с появлением над горизонтом солнца? Не выдумка ли это, которую ему предлагают просто принять на веру? Вот конструкции машин те основаны вовсе не на слепой вере. Или - тут юноша еще пуще сдвигает брови - без веры не обходится и тут?..

– Доррин!
– окликает его отец.
– Нам нужно поговорить. Сходи, позови брата.

– Хорошо.

Юноша спускается с террасы в сад Кила. По его расчетам, братец должен был заниматься прополкой, поскольку матушка пригрозила, что пока сады обоих братьев не будут приведены в порядок, оба останутся без сладкого. Для самого Доррина - при мысли об этом он даже ухмыльнулся - поддержание порядка в саду никогда не представляло проблемы. А вот Кил, его темноволосый младший братишка, предпочитает рыбачить, охотиться на крабов или просто глазеть на океан. Все что угодно, лишь бы не возиться с грядками.

Коренастый мальчуган и не думал заниматься прополкой. Он уныло сидел над кучкой увядших сорняков.

– Терпеть не могу возиться с веточками-цветочками, - проворчал он, завидев брата.
– Ну почему меня не отпустили с Брайсом, как мне хотелось?

– Наверное, - промолвил Доррин, опускаясь на колени и начиная прямо за разговором удалять лишние побеги, - все из-за того, что наш папа - маг воздуха, а мама - целительница. Будь они рыбаками, как родители Брайса, то наверное, вовсе не хотели бы определить нас в колдуны...

– На дух не переношу эту прополку!

– Знаю, - кивает Доррин, ловко и быстро прореживая грядки и одновременно поглаживая полезные травы, чтобы укрепить их внутренний порядок.
– Я знаю.

– Тебе ведь и самому не шибко нравится учиться магии воздуха, правда?

Доррин пожимает плечами:

– Нет, учиться я не против, мне нравится узнавать новое. Но вот заниматься мне хотелось бы совсем другим. Мастерить вещи, причем не серпы да лемехи, как Хегл, а хитрые машины, которые помогают людям и даже сами могут делать вещи попроще. А смешивать ветра или вызывать бури я не буду.

– Отец тоже никаких бурь не вызывает. Он сам говорил, что может лишь чуть-чуть изменять силу и направление ветра.

– Это потому, что он опасается нарушить Равновесие, - поясняет Доррин.
– Но что толку обладать силой, если все равно не можешь ею воспользоваться! Мне больше по нраву заниматься чем-нибудь по-настоящему полезным.

– Ага. Рыбачить, например, очень даже полезно, - взгляд мальчишки падает на ловкие пальцы брата, и он завистливо добавляет: - На тебя посмотреть, так эта прополка кажется пустяшным делом.

– Ладно, - говорит Доррин вставая, отряхивая серые брюки и отирая грязь с пальцев, - пойдем. Отец послал меня за тобой. У него есть новости.

– Насчет чего?

– Не знаю, но не думаю, что насчет чего-нибудь хорошего. Он выглядел задумчивым.

– Как в тот раз, когда ты испортил Хеглову железяку?

Доррин заливается краской и, отвернувшись, чтобы не заметил брат, бросает:

– Пошли.

– Да я ничего такого...

Доррин не останавливаясь идет вперед.

– Спасибо, что помог с этой проклятущей прополкой!
– добавляет мальчик.

– Да ладно, чего там.

Маг воздуха стоит возле небольшого обеденного стола. Слегка склонив головы, оба паренька ступают с террасы в комнату. В хорошую погоду семья обычно обедает снаружи, под навесом, но сегодня небо затянуто облаками. Их мать сидит на стуле возле окна.

– Садитесь, - предлагает отец.

Мальчики садятся по обе стороны от Ребекки. Отец устраивается на свободном стуле и прочищает горло.

"Только бы не очередное наставление..." - бормочет Кил себе под нос.

– Да, - кивает отец, расслышав его слова.
– Без наставления не обойтись. Вы его уже слышали, но, боюсь, то ли прослушали, то ли позабыли. А выслушать и запомнить вам придется, потому что наступает время перемен... Среди магов Фэрхэвена есть чародей, подобные которому появляются раз в несколько столетий. Его зовут Джеслек. Он так силен, что даже начал воздымать горы на равнинах меж Галлосом и Кифриеном.

– Даже Основатели...
– с дрожью в голосе произносит Ребекка, но не договаривает.

Оран отпивает глоток из чашки и продолжает:

– Вот-вот что-то случится, и мы должны быть к этому готовы. Хаос способен проявиться когда угодно и где угодно.

– Где угодно? Но не у нас же!
– хмыкает Кил.

– А почему? Или ты думаешь, будто Отшельничий отгорожен от хаоса и от всего мира? Или полагаешь, что гармония, в которой мы живем, защитит себя сама?

– Нет, - подает голос Доррин, желая, чтобы отец поскорее перешел к существу дела.
– Но суть-то не в этом. Раз ты позвал нас сюда, значит, считаешь, что это имеет какое-то отношение к нам. Разве не так?

Мать отворачивается к окну. Кил сидит, уставясь в половицы, и лишь украдкой косится на брата.

– Доррин, сейчас не время для твоих игр с моделями машин, - сурово произносит маг.

– Но, Оран, - вступается рыжеволосая женщина, - он еще совсем мальчик!..

– Может, и так, но одно его присутствие сказывается на самых обычных гармонических процессах. Ты говорила с Хеглом? Когда Доррин поблизости, бедняга боится работать с железом. Стоит нашему "мальчику" чуток разволноваться, и я теряю способность ощущать шторма. Учитывая, что маги Фэрхэвена толкуют о флотах и требуют от Нолдры прекратить с нами торговлю, положение становится слишком серьезным, чтобы допустить нарушение порядка...
– маг хмурится и, прокашлявшись, повторяет: - Слишком серьезным.