Чтение онлайн

— ВЕРУНЯ, ОСТОРОЖНЕЕ! — заорал Борис, вываливаясь с водительского места. — Там же опасно!

— Было опасно, — уточнил я. — Теперь просто грязно.

Вера, не слушая никого, уже бежала ко мне, на ходу доставая из инвентаря какие-то склянки.

— Где? — коротко спросила она.

— Там, — я указал большим пальцем себе через плечо.

Кивнув, медсестра умчалась внутрь здания.

За ней, кряхтя и держась за поясницу, из кузова вылез Олег Петрович. Женя подхватил доктора под локоть, помогая спуститься.

— В моём возрасте, — произнёс военврач с достоинством, — такие эксцессы категорически противопоказаны. Это вам любой кардиолог скажет. Ночной выезд, тряска, нервотрёпка… Инфаркт на дому, Алексей, честное слово.

— Олег Петрович, у нас два критических.

Мой сухой тон заставил доктора вздохнуть и собраться. Он посмотрел на Горыныча, которого уже тащил Костоправ. Потом на Гринписа. Из кряхтящего усталого пенсионера он сразу же превратился в другого человека. В военного врача. Прямо на глазах.

— Несите в здание, на ровную поверхность, — скомандовал он.

Костоправ, не говоря ни слова, понёс Горыныча вглубь здания. Мы двинулись следом.

В столовой пожарной части царил разгром. Перевёрнутые столы, осколки посуды. Но один длинный стол остался стоять. Сильвер смёл с него остатки еды движением руки, а Костоправ осторожно уложил Горыныча.

— Свет! — потребовал Олег Петрович, подбегая к столу.

Я сразу же материализовал «Фонарщика». Мягкий свет озарил помещение. По моей мысленной команде он разгорелся ярче, чтобы хорошо осветить импровизированный операционный стол.

Картина была жуткой. Горыныч посинел. В буквальном смысле. Его кожа приобрела оттенок несвежего баклажана, вены вздулись чёрными жгутами. Дыхание стало судорожным, с характерным свистом.

Петрович на мгновение замер, его глаза знакомо блеснули — активировалась «Диагностика». Над головой пироманта появилось системное окно.

Пациент: Горыныч

Статус: Критический

Диагноз:

Острая сердечная недостаточность.

Тяжёлая брадикардия (ЧСС: 32 уд/мин).

Артериальная гипотензия (АД: 70/40 мм рт. ст.).

Гипоксия тканей (Сатурация: 81%).

Множественные укусы, интоксикация неизвестным нейротоксином.

Прогноз: Летальный исход в течение 5–7 минут без экстренного вмешательства.

— М-мать… — выдохнул Петрович. — Нейротоксин. Блокирует передачу нервных импульсов. Сердце сейчас встанет!

Вера уже раскрыла окно своего инвентаря, больше походящего на аптеку.

— Физраствор, адреналин, инфузионный регенератор, дексаметазон — всё, что есть! — Петрович говорил отрывисто, командирским тоном. — Капельницу ставь, а я кислородом займусь.

— Вены не вижу! — Вера провела пальцами по руке пиромана. Кожа там была почти чёрной, вены не проступали, как будто кровь в них застыла.

— По анатомии ставь, в подключичную ямку, вслепую. Другого шанса не будет.

Вера закусила губу, нашарила ямку. Попала с первого раза, игла катетера вошла в вену, и тёмная, вязкая кровь медленно потянулась в трубку.

— Есть, — выдохнула она, закрепляя систему.

Петрович уже возился с кислородным баллоном, накручивая редуктор. Маску накинул на лицо Горыныча, включил подачу — поток высокий, насколько позволял баллон.

— Дыши, Горыныч, — проговорил он, хотя пироман вряд ли его слышал. — Дексаметазон в систему, Вера, два кубика. Адреналин болюсно, отдельно, прямо в катетер.

— А физраствор?

— Сначала адреналин. Сердце запустить, а потом уже объём. У него лёгкие свистят, если сейчас лить много, захлебнётся.

Капля крови вытекала из мелкого укуса на шее Горыныча. Олег Петрович достал маленький контейнер и подхватил эту кровь. Сосредоточился.

Олег Петрович активировал навык: «Анализ патогенов».

Образец: Кровь пациента «Горыныч».

Идёт анализ…

Несколько секунд напряжённого ожидания, и перед медиком всплыло новое окно.

ВНИМАНИЕ! Анализ завершён!

Отравляющее вещество: Нейротоксин «Лунная Соната».

Тип: Пептидный токсин сложной структуры.

Механика действия: Блокирует калиевые каналы в клетках синоатриального узла сердца, вызывая резкое замедление сердечного ритма и нарушение проводимости. По сути, является сверхмощным природным бета-блокатором с пролонгированным действием.

— Вот же сволочь, — прошипел Петрович. — Бьёт прямо по «водителю ритма». Вера, «Стандартное исцеление»!

— Я тоже могу, — вмешался Костоправ.

Военврач бросил на него короткий взгляд, кивнул и тут же активировал следующий навык: «Создание Простых Лекарств». Несколько минут Система обрабатывала данные, а Вера с Костоправом вливали целительную энергию в пациента. Наконец, над столом вспыхнуло новое сообщение.

Создан рецепт: Антидот к нейротоксину «Лунная Соната».

Тип: Сложное зелье/Сыворотка.

Компоненты:

1. Железа Вожака Лунных Теней (свежая) — 1 шт.

2. Кровь пострадавшего (насыщенная токсином) — 10 мл.

3. Системный катализатор — 1 ампула.

4. Спирт — 50 мл.

5. Корень Жизни (или мощный магический концентрат лечения) — 1 ед.

— Железа Вожака! — заорал Петрович, оборачиваясь ко мне. — Лёша, мне нужна железа этой твари! Срочно! Из горла вырежи, она там, под языком должна быть!

— Прометей! — скомандовал я.

— Задача принята.

Робот, который всё это время стоял в дверях, охраняя вход, развернулся и вышел в тамбур. Через пятнадцать секунд он вернулся. В его металлической руке, зажатый двумя пальцами, находился склизкий, фиолетовый мешочек размером с грецкий орех. С него капала мерзкая жижа.

— Железа Вожака Лунных Теней. Извлечена без повреждений, — доложил робот, протягивая орган доктору.