Чтение онлайн

В заключение торжественного построения весь личный состав спел еврейский национальный гимн "а-Тиква" (Надежда). Завершением торжеств стал спортивный праздник: солдаты соревновались во французской борьбе, в беге в мешках, были устроены гонки на лошадях.

Трумпельдор завел "Книгу Почета", куда записывались подвиги солдат Сионского корпуса, и "Книгу наказаний", где регистрировались нарушения дисциплины и воинских обязанностей. Каждый день на утреннем построении личного состава корпуса Трумпельдор зачитывал свежие записи из этих книг.

Боевые действия Сионского Корпуса получили широкую известность, о еврейских солдатах писали в мировой прессе, многие обращались с просьбой принять их в качестве добровольцев. Трумпельдор отправился в опасный путь в Александрию (в море британские корабли постоянно подвергались атакам германских подводных лодок). Из Александрии он вернулся с пополнением из двухсот добровольцев.

Генерал сэр Ян Гамильтон, командующий британскими войсками в Галлиполи, воздал должное солдатам Сионского корпуса. По его словам, "они работали со своими навьюченными конями спокойно под сильным огнем, проявляя при этом еще высшую форму храбрости, чем та, которая нужна солдатам в передовых окопах".

В конце 1915 года, когда стало ясно, что британцы потерпели поражение в Галлиполи и началась эвакуация войск, Сионский корпус был одним из последних подразделений, покинувших поле сражения. Бойцы корпуса на кораблях прибыли в Александрию. Капитан Трумпельдор, обращаясь к своим бойцам, произнес прощальные слова: "Мы закончили свою работу и можем сказать, что сделали ее хорошо. Нам нет причин стыдиться".

Сионский Корпус под командованием Трумпельдора еще несколько месяцев оставался в Александрии, пока 26 мая 1916 года британское командование не расформировало его. 150 бойцов Сионского корпуса были зачислены в Британскую армию.

В Галлиполи, а затем в Александрии Трумпельдор находился в постоянной переписке со своим другом Жаботинским, который в то время упорно пробивал в Лондоне в британском правительстве и верховном командовании идею создания Еврейского Легиона — воинского соединения под сионистским флагом и со своими знаками различия, которое должно было участвовать в освобождении Земли Израиля. Несмотря на различные сложности, эта идея уже была близка к воплощению.

После расформирования Сионского корпуса в мае 1916 года Трумпельдор еще несколько месяцев оставался в Александрии. Он не терял надежду сформировать из своих обстрелянных бойцов еврейскую регулярную воинскую часть, которая бы в составе британских войск участвовала в войне на Ближневосточном театре военных действий и в освобождении Земли Израиля от турецкого владычества.

Бои на Ближневосточном театре военных действий, непосредственно охватывавшем Палестину, вел Египетский экспедиционный корпус британской армии. Во главе британских сил стоял генерал Арчибальд Маррей, оказавший за год до этого поддержку Трумпельдору в формировании Сионского корпуса. В 1916 году Британия вела тяжелые и кровопролитные бои в Европе, и на ближневосточном участке фронта царило затишье. Британские войска на Синайском полуострове вели позиционные бои с турками, не предпринимая активных действий. Фронт стабилизировался в районе Рафиаха, буквально в преддверии Палестины.

Британское командование сочло инициативу Трумпельдора несвоевременной, предложив ему только мобилизовать в британскую армию часть бойцов Сионского корпуса. Для Трумпельдора такое предложение было неприемлемым, ведь его целью как сиониста было формирование отдельного еврейского воинского соединения, готового к вторжению в Землю Израиля.

Теперь оставалась надежда на Жаботинского, уже более года пробивавшего идею Еврейского Легиона в британских коридорах власти. К тому времени Жаботинскому удалось заручиться поддержкой своих планов у влиятельных британских чиновников в правительстве Великобритании и в Военном министерстве, и он настоятельно добивался приезда Трумпельдора в Лондон: предполагалось, что боевой опыт офицера окажет самое благоприятное впечатление на британскую общественность и британских военных, заинтересованных в формирование еврейского воинского соединения.

В сентябре 1916 года Иосиф оставил Александрию и на корабле отправился в Лондон. Морской путь был долог и опасен из-за "волчьих стай" германских подводных лодок, атаковавших караваны судов союзных держав в Средиземном море и Атлантике. Вслед за ним в Англию прибыли и 150 бывших бойцов Сионского Корпуса, мобилизованных теперь в британскую армию. Трумпельдор и Жаботинский надеялись, что эти обстрелянные воины станут костяком будущего Еврейского Легиона, сержантами и наставниками новобранцев. Была задача сохранить их в составе одного подразделения и не дать разбросать по различным воинским частям.

Найти решение проблемы помог старый друг Трумпельдора и Жаботинского полковник Паттерсон, в свое время командовавший Сионским корпусом. С его помощью удалось связаться с капитаном Эмери, служившим в секретариате премьер-министра Великобритании Дэвида Ллойд Джорджа, и решение было найдено: из прибывших солдат была сформирована отдельная рота в 20-м Лондонском полку, расквартированном неподалеку от Лондона в Винчестере.

Почти несколько месяцев шла канцелярская переписка о Еврейском Легионе между военным министерством, министерством иностранных дел, секретариатом Ллойд Джорджа, русским посольством, которое возглавлял граф Бенкендорф. Граф искренне поддерживал сионистов в деле создания воинской части. Лидеры сионистского движения получили серьезную поддержку от русского посольства в Великобритании, ведь Еврейский Легион предполагалось пополнить в первую очередь новобранцами из числа евреев-эмигрантов из России, имевших российское гражданство. Большое их число, бежавших от погромов в России, в то время компактно проживало в рабочем лондонском районе Уайтчепель.

Связи с русским посольством заметно окрепли, когда после Февральской революции в России на пост русского посла был назначен Владимир Дмитриевич Набоков, чья искренняя поддержка сионизма была хорошо известна.5 Русские власти положительно отнеслись к тому, что воинская часть, сформированная из российских граждан, будет сражаться в рядах британской армии против общего врага.

Одной из задач Трумпельдора и Жаботинского было заручиться поддержкой уайтчепельских евреев в формировании Еврейского Легиона. Среди них было сильно влияние социалистов и анархистов, ведших антивоенную пропаганду. На многочисленных собраниях и встречах Жаботинскому и Трумпельдору удалось переломить пацифистские настроения, и уайтчепельские евреи дали Еврейскому Легиону тысячи прекрасных солдат.

В январе 1917 года Трумпельдора настигло тяжелое известие из России от брата Самуила: оказалось, что полгода назад умер их отец, Вульф-Зеев Трумпельдор. Сообщение это долго искало Иосифа и стало тяжелым испытанием для него — он не мог себе простить, что в час кончины отца его не было рядом. Между тем дело создания Еврейского Легиона, несмотря на все проблемы, успешно продвигалось. Уже и авторитетнейшая британская газета "Таймс" в своей передовице поддержала формирование еврейского полка, после чего даже самые убежденные скептики примирились с мыслью — сионистская идея близка к воплощению. Чтобы подать пример, Владимир-Зеев Жаботинский, известнейший журналист и сионистский лидер, добровольно вступил в качестве рядового в британскую армию.

Наконец, в июне 1917 года состоялась принципиально важная встреча Жаботинского и Трумпельдора с военным министром Великобритании лордом Дарби, на котором было принято решение о создании Еврейского Легиона. Владимир-Зеев так описал эту историческую встречу с военным министром лордом Дерби:

"Я находился в отпуску в Лондоне, жил там на старой своей квартире в Челси, и туда мне раз доставили от руки написанное письмо генерала Вудворда, бывшего тогда директором организационного отдела при военном министерстве. Генерал просил меня пожаловать в министерство сегодня же в 2 часа на свидание с министром лордом Дарби. По первому слову письма — сэр — и по всему его содержанию я понял одно: ни генералу, ни министру неведомо, что "сэр " этот состоит теперь рядовым одного из пехотных батальонов британской армии.