Чтение онлайн

«Слабое правление двух» – это отсылка к Ахурамазде и противостоящему ему Ахриману (наличие двух противоборствующих сил в зороастризме подрывает его декларативную монотеистичность).

«Гаршасп-наме» создавалась в Нахичевани, где Асади Туси жил при дворе местного правителя Абу Дулафа, о котором мы знаем лишь благодаря тому, что Асади посвятил ему свою поэму.

Появившись, как ветвь шиизма, исмаилизм со временем развился настолько, что многие стали считать его третьим направлением в исламе после суннизма и шиизма.

Исмаилизм возник в результате раскола в шиитском движении, который произошел в 765 году, когда потомок Пророка Мухаммеда шестой шиитский имам Джафар ас-Садык («Правдивый») лишил своего старшего сына Исмаила права наследования имамата. Подобное решение объяснялось неблагочестивым поведением Исмаила, склонного к употреблению алкогольных напитков, которые для мусульманина являются запретными. Но истинной причиной были взгляды Исмаила, который был настроен на яростную борьбу с суннитскими халифами и мог нарушить хрупкий мир, установившийся между двумя направлениями. Кроме того, с Исмаилом связывали свои надежды бедные шииты, надеявшиеся на улучшение своей участи после прихода Исмаила к власти.

Мечеть аль-Хакима в Каире, возведенная аль-Хакимом Биамриллахом – имамом исмаилитов и халифом Фатимидов

Вскоре после лишения права наследования Исмаил умер. Ходили слухи, что его отравили (как оно, скорее всего, и было), но Джафар ас-Садык стоял на том, что его сын умер естественной смертью, и в подтверждение этого даже выставил его тело на всеобщее обозрение в одной из мечетей [166] . Однако заверения Джафар ас-Садыка не убедили сторонников Исмаила, которые объявили его седьмым «скрытым» имамом, то есть перешедшим в состояние невидимого существования, которое называется гайба (в этом состоянии, по убеждениям шиитов, пребывает Али ибн Абу-Талиб). В день последнего Суда скрытый должен появиться для того, чтобы восстановить попранную справедливость.

Вскоре после Исмаила умер и Джафар ас-Садык. Шииты уверены, что его отравили по приказу халифа аль-Мансура. Седьмым имамом стал младший сын Джафар ас-Садыка Муса аль-Казиму. Те шииты, которые верили в сокрытие Исмаила, а также те, кто считал законным седьмым имамом сына Исмаила Мухаммеда, отделились от общины и образовали общину исмаилитов.

С 909 по 1171 год существовал Фатимидский халифат, который в период своего расцвета занимал Магриб [167] , Египет, Сирию, Палестину и Йемен. Правили им халифы-исмаилиты, стремившиеся распространить свою власть на весь мусульманский мир. В 1090 году из Египта в Иран прибыл Хасан ибн Саббах, основавший первую исмаилитскую общину в Иране. Центром общины стала захваченная исмаилитами горная крепость Аламут недалеко от Казвина [168] , к которой вскоре добавились другие столь же труднодоступные крепости, протянувшиеся цепью через Кухистан [169] и Фарс до Ливанских гор.

Утвердившись в Иране, Хасан ибн Саббах вышел из-под власти фатимидских халифов и провозгласил себя самостоятельным правителем, а также духовным лидером исмаилитов Ирана и Сирии. К такому шагу его подтолкнул раскол в исмаилитской среде, вызванный разногласиями по поводу того, кого считать имамом. В 1094 году, незадолго до кончины фатимидского халифа Маада аль-Мустансира Биллаха, чье правление длилось шестьдесят лет (рекорд среди мусульманских правителей!), преемником сначала был назначен старший сын халифа Абу Мансур Низар, но затем халиф изменил решение в пользу младшего сына Ахмада аль-Мустали. Это привело к расколу исмаилитов на низаритов (воинствующих) и мусталитов (умеренных). После смерти отца, наступившей в 1095 году, Низар объявил себя халифом, но вскоре был схвачен сторонниками Мустали и брошен в темницу, где его вскоре убили, что привело к появлению еще одного «скрытого» имама.

Государство иранских исмаилитов называют «Низаритским государством». Сила исмаилитов заключалась в скрытности, железной дисциплине и жестокости по отношению к противникам. Тайная организация, беспощадно карающая всех, кто мешал ей или выступал против нее, пугала одних и привлекала других. Главным образом бедняков, видевших в исмаилитах борцов за справедливость, поскольку те выступали против представителей светской и религиозной знати. Если задаться вопросом: кто первым внедрил террор, как средство политической борьбы, ответом будет: исмаилиты. Отличительной чертой убийств, совершаемых членами общины, была их публичность. В большинстве случаев исмаилиты старались карать на людях, чтобы смерть одного устрашала тысячи. Зловещие хашишийны (ассасины), совершавшие убийства под воздействием гашиша, появились в Аламуте.

С исмаилитами активно боролся иранец Низам аль-Мульк, бывший визирем при Алп-Арслане и Малик-шахе, то есть большую часть второй половины XI века. Этого убежденного сторонника сильной центральной власти можно назвать архитектором государства Сельджукидов. Ему принято приписывать известный трактат «Сиясат-наме» («Книга о правлении») [170] , в котором изложены основы руководства государством и принципы его устройства. Разумеется, высокопоставленный сановник не появлялся нигде без охраны, но это не помешало посланцу Хасана ибн Саббаха, совершить убийство. В октябре 1092 года, когда Низам аль-Мульк следовал из Багдада в Исфахан в паланкине, к нему приблизился благочестивый суфий [171] , который нанес смертельный удар кинжалом. Впрочем, есть мнение, что убийство Низама аль-Мулька стало результатом придворного заговора, возглавляемого старшей и любимой женой Малик-шаха Туркан-хатун, прозванной за свое влияние «Властительницей мира». Амбициозная Туркан-хатун соперничала с Низамом аль-Мульком за влияние на Малик-шаха, так что версия с ее причастностью к убийству визиря выглядит весьма правдоподобной.

Ослабление государство Сельджукидов позволило в 1132 году багдадским халифам вернуть себе власть над Нижней Месопотамией, а халиф Ан-Насир Лидиниллах («Способствующий победе веры»), правивший с 1180 по 1225 год, подчинил своей власти Хузистан и установил хорошие отношения с исмаилитами, признав их права на занятые в Кухистане земли.

В 1077 году Малик-шах назначил на должность мутасаррифа богатого Хорезма некоего Ануш-тегина, бывшего раба. Мутасарриф стал соправителем хорезмского наместника, власть которого Малик-шаху хотелось ослабить. Однако сын Ануш-тегина Кутб ад-Дин Мухаммед в 1097 году был назначен наместником Хорезма и принял титул хорезмшаха, существовавший в древние времена. Дело было не столько в громком титуле, сколько в том, чтобы обеспечить своим потомкам наследование власти. Наместник – это просто наместник, положение которого целиком и полностью зависит от воли султана. А хорезмшах – это нечто иное… Разумеется, сыну Малик-шаха султану Санджару, правившему с 1118 по 1157 год, и ставшему последним правителем государства Сельджукидов, не следовало позволять Кутб ад-Дину подобные «вольности».

В 1138 году сын и преемник Кутб ад-Дина Ала ад-Дин Атсыз восстал против Санджара, но тому удалось оставить Хорезм под своей властью. Ала ад-Дин Атсыз бежал и пребывал в изгнании до 1141 года, пока султан не простил его и не вернул править Хорезмом (причина такой доброты крылась в том, что у Санджара не было под рукой подходящих кандидатур в наместники Хорезма). Лишь в 1157 году, после смерти Санджара, Тадж ад-Дин Иль-Арслан, сын Ала ад-Дина Атсыза, стал независимым правителем.

Иль-Арслан превосходно использовал возможности, которые предоставил ему распад государства Сельджуков. Пользуясь сумятицей, он захватил Дехистан [172] , часть Хорасана и часть Мавераннахра. Сын Иль-Арслана Ала ад-Дину Текеш, правивший с 1172 по 1200 год, присоединил к своим владениям Мерв, Нишапур, Рей, Южный Хорасан и так называемый «Неарабский Ирак», примерно соответствующий территории древней Мидии. Обширные территориальные приобретения и возрастание могущества позволили Текешу провозгласить себя султаном. Следующим на очереди стал Багдад, к покорению которого приступил в 1217 году сын и преемник Текеша Ала ад-Дин Мухаммед II. Но осуществлению планов султана помешал сильный снегопад, случившийся в момент прохождения хорезмского войска через горный перевал. Снегопад лишил Мухаммеда доброй трети его войска и сильно подорвал моральный дух оставшихся в живых воинов. Пришлось возвращаться обратно…

А дальше события развивались по пословице: «Пришла лиса в курятник и помирила всех петухов». Осенью 1219 года на владения Мухаммеда напали монголы. Годом ранее их повелитель Чингисхан предлагал Мухаммеду заключить союз, но тот ответил отказом, причем в оскорбительной форме – обезглавил торговцев, выступавших в роли послов (обычная практика у монголов) и отослал их головы хану.

«В этом [1220] [173] году в страны ислама явились Татары, большое тюркское племя, места обитания которого горы Тамгаджския, около Китая, – пишет в “Полном своде всеобщей истории”, охватывающей события вплоть до 1230 года, известный арабский историк Ибн аль-Асир [174] . – Между ними и странами мусульманскими более шести месяцев [пути]. Причина их появления была такая: царь их, по прозванию Чингисхан, известный под именем Темучина, покинув свои земли, двинулся в страны Туркестана и отправил партию купцов и Тюрков с большим запасом серебра, бобров и других вещей в города Мавераннехра: Самарканд и Бухару, [поручив им] купить для него материи на одежду. Пришли они в один из тюркских городов, прозываемый Отраром и составлявший крайнее владение Хорезмшаха, у которого там был наместник. Когда к нему прибыл этот татарский отряд, то он [наместник] послал к Хорезмшаху уведомить его об их прибытии и сообщить ему об имуществе, которое было при них. Хорезмшах прислал ему приказание убить их, отобрать имущество, находящееся при них, и прислать его к нему. Он [наместник] убил их и отослал что при них было, а вещей было много. Когда [посланное] прибыло к Хорезмшаху, то он разделил его между купцами Бухары и Самарканда и взял с них стоимость его… Наместник Хорезмшаха, убив сторонников Чингисхана, отправил к Чингисхану лазутчиков, – высмотреть, кто он такой, сколько при нем стражи и что он намерен делать. Пошли лазутчики, пробираясь по пустыням и горам, которые [были] на пути их, пока наконец дошли до него. После долгого времени они вернулись и известили его [Хорезмшаха] о великой численности их [Татар], да о том, что они не поддаются счету, что в бою они терпеливейшие из созданий Аллаха, незнающие бегства, и что они своими руками делают необходимое для себя оружие. Раскаялся Хорезмшах в избиении их сторонников и отобрании их имущества, и появилась у него крепкая дума» [175] .

Держава хорезмшахов на 1190–1220 гг.

Дума у Хорезмшаха появилась не напрасно. С теми, кто сопротивлялся, да вдобавок чинил насилие над послами, которые считались неприкосновенными, монголы обходились очень сурово. Разрушали и жгли в городах все, что можно было разрушить и сжечь, а местных жителей обращали в рабство или убивали.

В государстве Сельджукидов существовала практика обучения сыновей правителя под руководством опытных военачальников, которые назывались атабеками. [176] Выделив сыну удел, правитель приставлял к нему атабека, который становился реальным управляющим при номинальном наместнике. Зачастую, пользуясь слабостью султана, атабеки узурпировали власть в уделах, сохраняя при этом свой титул. А за династией Ильдегизидов, правившей Азербайджаном [177] , Арраном [178] и Неарабским Ираком, закрепился наследственный титул Великих Атабеков. Кроме владений Ильдегизидов, крупными атабекствами были владения Салгуридов в Фарсе, Зангидов в Сирии и Хазараспидов в Лурестане [179] .