Чтение онлайн

Имам Аль-Хусейн ибн Али ибн Абу Талиб, младший сын Али и Фатимы, внук Пророка Мухаммеда, является самым почитаемым мучеником у мусульман-шиитов. В память о его трагической смерти Иран ежегодно погружается в траур на первые 10 дней месяца мухаррам [115] , завершающийся поминовением Хусейна в день его трагической гибели, а 20 числа месяца сафар [116] отмечается день страдания имама Хусейна. Кроме того, 11 мухаррама в Иране считается Днем памяти погибших и пропавших без вести на войне.

Гробница Хусейна в Кербеле [117] стала для шиитов вторым по значимости местом паломничества после Мекки и Медины. Имам Садык [118] сказал: «Воистину, горесть в день [гибели] Хусейна больше, нежели во все другие дни» и объяснил, почему так. Было пятеро очищенных полным очищением, и когда умер Пророк, утешением для людей остались Фатима, Али, Хасан [119] и Хусейн. Когда погибла Фатима, люди радовались тому, что остались Али, Хасан и Хусейн. Когда от руки убийцы пал Али, утешением праведных остались имамы Хасан и Хусейн. Когда погиб имам Хасан, люди обратились к Хусейну, но когда погиб и он, то вышло так, будто бы все пять Очищенных погибли одновременно, поскольку имам Хусейн был наследником остальных и напоминанием о них. Поэтому траур по нему сильнее.

Похороны имама Хусейна. Ок. 1840–1900

Когда в 680 году умер халиф Муавия, которому уступил власть имам Хасан, его преемником стал сын Йазид, молодой и легкомысленный любитель праздных развлечений. Имам Хусейн, сын Али, и Абдаллах ибн Зубайр [120] отказались присягать Йазиду и отбыли вместе со своими семьями из Дамаска в Мекку, жители которой почитали Хусейна как имама и сына Али. Куфа [121] и Басра [122] были готовы выступить против Йазида, так сообщали послания, которые Хусейн получал из Куфы. Хусейн направил в Куфу своего двоюродного брата Муслима, поручив ему собрать вокруг себя сторонников, и сам стал готовиться к отъезду. Когда Хусейн был в пути, верный Омейядам наместник Басры и Куфы Убайдаллах ибн Зийад запугал тех, кто примкнул к Муслиму, а самого его обезглавил и отправил голову халифу Йазиду. Узнав о гибели Муслима, Хусейн все же решил идти в Куфу несмотря на то, что с ним было около сотни человек, а войско Убайдаллаха исчислялось тысячами…

Почему Хусейн принял столь нелогичное, на первый взгляд, решение? Праведные не сворачивают с избранного пути, полагаясь на волю Аллаха. Тем, кто его сопровождал, Хусейн разрешил выбирать: идти с ним или вернуться обратно. Некоторые вернулись, рядом с имамом остались только вернейшие из верных.

Куфийцы, совсем недавно отправившие Хусейну два мешка посланий, не откликнулись на его призыв. Убайдаллах выставил против Хусейна и 80 его спутников 5 000 войско, однако, несмотря на столь большую разницу в силах, сражение растянулось на несколько часов, поскольку отряд Хусейна сражался ожесточенно, а воины Убайдаллаха не проявляли особого энтузиазма, сознавая, что поступают неправедным образом. Но, тем не менее, куфийцы победили. Голову Хусейна привезли в Куфу и бросили к ногам Убайдаллаха ибн Зийада, который отправил ее халифу.

Имам Хусейн погиб, но мученическая смерть стала победой, а не поражением. Шииты почитают Хусейна как величайшего праведника, отдавшего жизнь ради торжества справедливости.

Одной из жен Хусейна была дочь последнего сасанидского правителя Йездигерда III Джаханшах, известная также как Шахрбану (дочь шаха). Шахрбану родила Хусейну сына Али – четвертого шиитского имама Зейн аль-Абидина. Согласно легенде, перед последней битвой имам Хусейн дал Шахрбану своего коня и отправил ее в Иран, на родину. В Рее враги устроили Шахрбану западню. Не видя пути к спасению, смелая женщина поскакала на гору, которая разверзлась и поглотила ее. Снаружи осталась только небольшая часть одежды Шахрбану, послужившая доказательством произошедшего чуда. Сунниты считают, что среди жен имама Хусейна не было шахских дочерей, но у шиитов, в особенности у иранцев, существование Шахрбану не вызывает сомнений.

В середине VII века, в последние годы существования Праведного халифата, среди арабов возникло религиозно-политическое течение, сторонники которого называли себя «аш-Шурат» («меняющимися»), но в истории укоренилось прозвище, данное им со стороны, – «хариджиты» («мятежники»). Со временем хариджиты разделились на множество направлений, но при всех различиях, суть их была одинакова. Хариджиты признавали законными только двух первых халифов – Абу Бакра и Умара ибн аль-Хаттаба, и считали, что среди мусульман должно царить равенство. Выборный халиф может обладать лишь исполнительной властью, а судебная и законодательная власть должна быть в руках совета, состоящего из наиболее уважаемых членов общины.

Изначально хариджитами были только арабы, но с конца VII века к ним добавились представители низших слоев иранского общества. Земледельцев и ремесленников привлекал обещанный хариджитами справедливый раздел имущества и земли. Наибольшее распространение хариджитство получило в восточных областях – Систане [123] и Хорасане. «Бедняк – это палка в руках богача», – говорят иранцы. «Низовое» движение пытались использовать в своих целях те, кто хотел очутиться на самом верху. В начале VIII века представители фамилии Аббасидов, ведущие свое происхождение от дяди Пророка Мухаммеда Аббаса ибн Абд аль-Мутталиба, стали готовить свержение Омейядов. Как родственники Пророка, Аббасиды имели преимущество перед Омейядами, происходившими от халифа Муавии, сына богатого купца. Простому народу Аббасиды обещали справедливое правление и снижение налогов, а иранскую знать привлекали возможностью занятия высоких постов, на которые при Омейядах назначались только арабы.

Насир ад-Дин Туси. Абу Муслим наказывает человека за рассказывание сказок. 1248

Одним из лидеров антиомейядского восстания, завершившегося сменой правящей династии, был иранец Абу Муслим (Абд аль-Рахман ибн Муслим аль-Хурасани), предположительно, уроженец Мерва. Абу Муслим был рабом, получившим свободу от главы дома Аббасидов имама Ибрагима ибн Мухаммеда. В 745 году имам Ибрагим отправил Абу Муслима, которому на тот момент было немногим за двадцать, в Хорасан для подготовки восстания. Хорасан, с точки зрения Аббасидов, был привлекателен не только широким распространением хариджитства, но и тем, что там проживало много представителей южноаравийского племени йеменитов («бану кальб»), которых омейядские наместники сильно притесняли. Расчет оправдался. В свое время йемениты Хорасана восстали, и местным властям пришлось воевать на два фронта – против них и против Абу Муслима.

Цветом восстания Абу Муслима, начавшегося в июне 747 года, стал черный – цвет знамени Аббасидов. Ставка Абу Муслима находилась в селении Махуван [124] , превратившемся в столичный город. Абу Муслим вел себя не как вождь повстанцев, а как полноценный правитель, он организовал в Махуване все необходимые институты, от дивана [125] до стражников, охранявших порядок. Все, кто служил (начиная с воинов), получали жалованье.

Вот интересная деталь – будучи освобожденным рабом, Абу Муслим неохотно принимал к себе рабов, опасаясь, что это может вызвать недовольство их бывших хозяев. Он оставлял лишь тех, кто наотрез отказывался возвращаться обратно, причем держал их отдельно, чтобы они лишний раз не мозолили глаза свободным людям. Так что совершенно неверно сравнивать Абу Муслима со Спартаком, а также говорить о том, что его восстание носило антиарабский характер, оно было исключительно антиомейядским, не более того.

Абу Муслим действовал решительно и успешно. В конце 747 года он взял Мерв, в 748 году захватил Нишапур и Тус, а в 749 году дважды разбил крупные силы омейядского халифа Марвана II. В конце 749 года представитель династии Аббасидов Абу-ль-Аббас ас-Саффах был провозглашен халифом в Куфе, но это была еще не окончательная победа, поскольку у Марвана оставалось 30 000 войско, но Абу Муслим разгромил его 25 января 750 года в сражении на берегах реки Большой Заб [126] .