Чтение онлайн

– Ярушка, сейчас мы обе тут, но это ненадолго. Мне придётся уйти, но я пришла напомнить, что ты Исаева, и чтобы ты ничего не боялась. За тобой стоит наша кровь и что бы ты не сделала, мы всегда примем тебя. Сердце может разбиться, силы могут уйти, но никто не отберёт у тебя себя. Во время опасности используй мозг, дар, не всегда может помочь и не остерегайся Злату. Вокруг Поли летает смерть.

– Не понимаю. Ты о чем? Ба, Поля умерла.

– Это больше не Полина. – всё вокруг задрожало, чашка с чаем разбилась, а из печенья появились черви. Смех разлетелся по комнате, злой, от которого хочется сжаться и спрятаться под кровать. Вдруг за окном оказалась Поля. Она смотрела прямо на меня и улыбалась. Её длинные волосы развевались на ветру, а длинная белая сорочка казалась и вовсе невесомой. Оскал не предвещал ничего приятно, ни за что не покину дом.

– Открой –прошептала мне подруга – Открой, мне холодно.

Бабушка резко встала закричала:

– Ярослава – внучка, просыпайся!

Мир вокруг зашевелился и перед тем как открыть глаза, я услышала: «Не трогай крест».

Вздрогнув наяву, хватая ртом воздух, подскочила от боя курантов, двенадцать часов.

Ведьмин час настал.

Не спеша встала, подошла к спящей Жене и шепнула: «Спи до утра». Она зевнула, уткнувшись в подушку и сладко засопела. Блаженен тот, кто не ведает, что творится вокруг. Прикрыв за собой дверь, вышла в сенце и зажгла свечи. Приглушенный свет не резал глаза, а аромат леса приятно успокаивал нервы. Всё натуральное, сделано с любовью. Даже фитиль и тот деревянный, приятно потрескивающий в ночной час. У бабушки тут стоял мягкий уголок со столом, а рядом шкаф, в котором можно найти всё для счастья ведьмы. Мне же нужно всего несколько элементов.

Во-первых, бабушкин стеганый кафтан, старый и изношенный, цвет померк и из благородного синего превратился в тускло-синий, красная лента у ворота уже не так выигрышно смотрелась, словно повязанная в наказание. А ведь были времена, когда бабушка надевала его холодными вечами и мы вместе сидели тут и играли в дурака, как же она смеялась, когда я пыталась мухлевать, пряча ненужные карты под собой. «Обманули дурочка на четыре кулачка». Во-вторых, скатерть, бабуся её сама вышивала долгими вечерами, напевая странную песню про рыжую русалку. Надо бы отыскать её блокнот с записями и спеть песенку Женьке. Идея разожгла интерес, мозг уже рисовал реакцию подруги и как она будет тащить меня обратно в город. Невинный смешок всё же вырвался. Льняная, цвета слоновой кости с фиолетовыми цветами – лаванда. Вот, в-третьих, мне нужна сама лаванда и мята. Каждый цветок и трава может быть использована ведьмой, главное найти свою. У бабушки – это лаванда, я же ещё добавила мяту для свежести. Раньше бабуся ругалась, что так много срываю её. «Бабуль, просто я женщина-кошка и представляю, что это котовник», и мы вместе хохотали над этим.

Постелив скатерть на стол, тяжело вздохнула, пытаясь изо всех сил оттолкнуть воспоминания и не думать, не вспоминать. Но и скатерть тоже посерела, да и ещё и с дыркой. Мышь что ли погрызла. У нас завелись мыши? Чего я удивляюсь, в доме ни хозяйки, ни кошки. Об этом подумаю завтра, а сегодня настал день второй или третий для Поли. Отворив входную дверь, пустила прохладу внутрь, мне нужно несколько часов смотреть в зеркало и жечь траву, чтобы увидеть душу подруги. Судя по рассказам наших бабушек, на второй день она бродит в темноте и лишь слышит голос крови и пойдёт в сад забвения. Наши судьбы переплетены, и она меня услышит. Проблема заключалась в том, что сей момент идёт полностью без подготовки, руки делают то, что было подсмотрено у взрослых, когда кто-то умирал. Так, бабуля сказала довериться крови, вот, доверяю.

Неаккуратно взяв за край зеркала, обрезала палец, и капелька крови осталась на нём. Сразу же поднялся сильный ветер и задул свечи. Сдавила палец сильнее, давая зеркалу и его силе напитаться.

– Ярослава… – тихий голос обратился ко мне.

Слишком громко вздрогнув, проглотила комок в горле, отбросила оцепенение и ответила:

– Полина.

– Это Злата, почувствовала зов и пришла – мягкий голос слышался совсем рядом – Согрей – произнесла она и все свечи загорелись вновь.

– Уф, как мне такое нравится – улыбнулась ей.

– Прокляты мы одинаково.

– Зато ты проживёшь дольше – произнесла я и показала ей порез на ладони, идущий вверх до локтя. Каждая сила забирает часть тебя, это может быть юность, зрение, любовь, член семьи. Чем ты могущественнее, тем выше шанс быть одной. Моя мама была против такого расклада и уехала жить в город с отцом, мне же было разрешено приезжать к бабушке, но не жить постоянно. Я выбрала тогда находиться тут все каникулы. Гадание оставляло порезы на теле: от царапин до серьёзных, которые приходилось зашивать. Чаще всего страдали руки. Однажды, просто намереваясь сделать расклад, резкая боль пронзила руки. Там образовались два пореза вдоль вен. После этого бабушка кричала долго, а баб Катя примочки накладывала на руки, чтобы кровь остановилась. На ведунском вече, состоявшим исключительно из наших бабушек и нас, было решено, что мне запрещают пользоваться картами, чтобы следующий порез не убил меня. Почти все царапины в итоге проходили, остался один шрам, который увеличивается при использовании дара. Мало-помалу, но движется он к сердцу и когда дойдёт, то не станет меня. От шептаний такого нет, а вот карты отравляют: хочешь знать будущее – без проблем, но настоящее твоё сократится. У всего своя цена.

– Зачем ты их трогала? Рвёшься к чёрту на кулички? – хмуро спросила Злата.

– А то, раз уж поездки не миновать, чего ждать. Годом раньше, годом позже. И не к чёрту, а со своими будем.

– Ой ли, в аду. Баб Нюра тебе б такое устроила за эти шутки. Можно присяду?

– Что за вопрос, конечно. А вообще несправедливо, что бабули вечно как наседки за нашим даром, уверена, в своё время они были оторвами. Баб Лена рассказывала, что как-то раз они за деньги сельчанам гадали да по местным сёлам с этой же целью ездили.

– Вот только карты их не убивали и читать они могли их нормально. – скромно прошептала подруга. – Не в обиду, Яр.

– Допустим, но что-то я точно понимаю, раз карты меня режут, просто до конца понять не могу.

– Может то, что не надо усложнять? отложи карты и не рань себя?

– Звучит неправдоподобно.

– Тогда, может они тебя испытывают и наказывают. Мол, пытаясь увидеть будущее, ты становишься ближе к смерти. Они дают тебе шанс жить дольше, но не надо их трогать? Как тебе?

– Замудрённо. А вообще… Что сегодня такое было, когда вы без стука и спроса пришли ко мне в дом? И ты странно себя вела и что у вас с Олегом?

– Забыла, что теперь стучать нужно в дверь своей сестры. – повысила голос подруга – Что у нас с Олегом? Ты шутишь? Тебя не было два года, приехала неизвестно с кем. Мы здесь все свои, а ты привезла чужую в такой момент! И ещё «что у тебя с Олегом?». И не смотри на меня так, Ярослава. Я знаю, что ты чувствовала, что грянет что-то плохое. Мы все втроём это чувствовали. Тебе, как и нам, снились кошмары, поэтому ты вернулась. И что за трюки с Баб Катей? Зачем её усыпила? – колкость слов разозлила и свечи загорелись ярче.

– В такой момент? Мы приехали на праздники, а не на похороны! Баб Катя была не в себе, ей нужно было успокоиться – спокойно ответила.

– Яра, не кажется ли тебе забавным то, что возле тебя всем надо успокоиться. Сколькими ты манипулируешь? Скольких приворожила?

– Олега твоего точно не околдовала и не беспокойся, не буду. Больно надо мне.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга серьёзно, затем улыбнулись. Мы любили ворожбу, наши возможности, порой до упоения, до одурения. Однажды Полина приготовила навар расслабляющий и пригасила парня, который нам троим нравился. В тот вечер мы собрались у Златы дома. Нам нужна была практика своих возможностей без присмотра взрослых. Поля поила его, я училась шептать, а Злата просто рядышком сидела и пыталась поджечь листок словами. Ласково убаюкивала парнишу песней, вливала всю себя в каждое слово. Он был полностью под нашим контролем. Поле было интересно, на что он пойдёт, если она его попросит, учитывая, что я уже влила в него правильные мысли. Он снял с себя всю одежду и встал на колени перед ней. Она приказала ему целовать её лодыжки, бедра, искать путь к губам. Мы со Златой переглянулись, но ничего не сказали, нам самим уже не терпелось поиграть серьёзнее. Он же нежно приподнял подол её платья и начал покрывать поцелуями части кожи. Полина не остановила его, лишь встала поудобнее, чтобы не упасть. Дар начал витать в воздухе, вожделение и контроль. Мы могли просто так получить всё. Попроси мы его, он бы полез на небо за звёздами, это осознание будоражило больше всего. Тогда я подошла к нему и сказала ласкать меня, сняв с меня одежду. Целуясь, мы увлеклись и вот уже лежали. Поля незаметно подошла и притянула его к себе. В этот момент у Златы хоть и не получилось зажечь огонь, но в избе стало изрядно жарко. После мы поняли, нужны эмоции, которые генерировал каждый в тот момент. Злата вовсе не тихуша и вскоре присела рядом, водя ладонями по телу парня. Мы бесновались от радости и нового волнительного опыта, пока не пришла баб Лена и не выгнала нас всех, а затем баб Катя крапивой опалила каждую из нас. Вот так просто, даже без силы. Страшно было идти домой, ибо негодование бабушки было страшнее. Только ступив за порог, я не смогла сдвинуться с места, слова не смогла произнести, как парализованная стояла. Бабуля подошла медленно, ничего не сказала. Стояла и смотрела злобно, по мне разом побежали тараканы из ниоткуда. Маленькие, мерзкие со своими не менее мерзкими лапками. Если бы не было мерзко, то было бы щекотно. Страх ураганом сносил фасад моей смелости и дерзости, что если эти херовы твари могут заползти в уши или ноздри, а если рот. Кричать не могла, лишь слёзы лились, сердце стучало оглушительно громко, словно пыталось спугнуть всю мерзость с моего тела. Затем змеи обвили руки и поползли вверх к лицу, клыками царапая кожу. Упав на колени, прикрыла лицо руками, всхлипывая от ужаса происходящего. Ещё одна змея уже была в волосах и запутывалась в них всё сильнее и сильнее, до боли от тугого зажима. Погано-склизкие, словно сквозь воду подбирались ко мне, оставляя неприятное ощущение на теле. Собравшись с силами, я решила открыть глаза и умолять бабушку остановиться. Однако, очередная змея уже была на уровне с глазами, смотрела и открыла пасть, готовая укусить. Я не выдержала и начала, что есть сил, бить ногами по полу, размахивать руками, ощущая укусы на них. В тот же миг бабушка убрала иллюзию и спокойно позвала к чаю. Не веря своим ушам, утирая слёзы, осматривая руки, где должны были остаться следы от клыков. Ничего не было, позорно убежала в избу, игнорируя и ненавидя бабулю в тот момент. А вечером перед сном, отвернув край одеяла, мне померещилась змея, уютно устроившаяся под ним. Чёрная с открытой пастью на цветочно-розовой постели. Закрыв глаза, зажмурилась, тяжело дышав. В полной решимости выбросить ко всем чертям эту тварь из своей постели, открыла глаза, но змеи не было. Стянув всё постельное бельё с кровати, убедилась, что её нигде не было. Тем не менее, спать я пошла на меленький диван в сенце, намереваясь уехать, если внезапно увижу её там.

После того случая, я полностью перестала пользоваться принуждением до того момента, как Поля познакомилась с Кириллом.

– Мне с ним интересно – нехотя поведала она, пытаясь увести тему от парня умершей подруги.

– Тебе? – не поверила своим ушам.

– За два года тут много всего изменилось. И как бы ты тогда не воротила от него он, он забавный, хоть иногда и бывает дураком. Как Полина со своим. – поморщившись, произнесла бывшая подруга.

– У Поли, насколько знаю, проблем с Кириллом не было, жида с ним в городе последнее время.