Чтение онлайн

К вечеру я удосуживаюсь лицезреть Маргариту. Она молчаливо заносит поднос с ужином и смотрит с жалостью.

— Ты с ними за одно, да? — бросаю с обидой. — Предательница!

— Кристина, я… — присаживается рядом и говорит шёпотом. — Я просто не могу, пойми. — нервно покусывает губы, перебирает ткань кофточки пальцами. — Ты знаешь моё положение, я не хочу оказаться на улице.

Ну да, к роскоши легко привыкнуть.

— Марго, но они меня сгубят!

— А может не всё так плохо. Радион показался неплохим парнем.

— Ты его не знаешь. Не знаешь на что он способен.

— Знаю… — шепчет практически не слышно, отворачивается к окну, и я замечаю на шеи следы от пальцев.

Боже, он её душил? Изверг! Тогда понятна её нерешительность.

— Марго, пожалуйста, — хватаю её за руки, пристально смотрю в глаза с мольбою. — Всего один звонок. Позвони Кости. Он должен знать. Прошу.

Она соскакивает и отпрыгивает как от огня, и уже у самых дверей дарит крошечную надежду, одними губами произнося:

— Я постараюсь.

* * *

— Ну что там? Миленькая, скажи что всё получилось!

— Костя в курсе. Рвет и мечет. И это он ещё про Радиона не знает. — радостно обнимаю Маргариту. Пусть без подробностей, но свадьба должна быть сорвана. — Только… Кристин, его рейс задерживают. Я не уверена, что Костя успеет.

Главное он знает. Брат что-нибудь придумает.

Остаются сутки. Сутки неумирающей надежды.

День проходит словно во сне, а ночью я долго ворочаюсь в кровати и после полуночи засыпаю с тревогой.

* * *

— Ох, ты прекрасна, цветочек, прекрасна! — восхищенно прихлопывает в ладоши стилист. — Ещё последний штрих.

Он касается кистью бледных щёк. Мазок. Другой. На белом лице появляются розоватые оттенки.

Теперь я не похожа на восставшего мертвеца.

Вокруг меня кружат люди, поправляют прическу, надевают белое платье, украшения. Обходятся со мной как с фарфоровой куколкой.

Кукла, к которой привязали верёвочки. И тянут, тянут. Руку подними, глаза прикрой, подбородок выше. Медальон надеть не забудь.

Щёлк, щёлк, фото на память.

А теперь маленькими шагами на эшафон.

Красивая кукла с потухшим взглядом, которую ведут на расстрел.

За эти дни я так вымоталась. Нервный срыв сказался на внешности и на психологическом состоянии. Радион словно душу из меня высосал. И теперь я безжизненно делала то, что скажут.

А может в меня что-то вкололи? Странная мысль.

Посадили в машину, довезли до места церемонии. Кристины здесь нет, я наблюдаю за всем со стороны. Я не сдалась, во мне включился режим энергосбережения.

Или я смирилась просто?

Костик будет только часа через три, когда всё закончится. Так что изменить что-то вряд-ли получится.

Кругом люди, веселье, улыбки. Всё сливается, кружит каруселью. Подводят по красной дорожке к "жениху".

Я парюююю. Иду на ватных ногах, не чувствуя твёрдой поверхности. И наблюдаю.

Верю ли я в чудеса? Сложный вопрос…

— Умница! — одобряюще, когда видит кулон на шеи. Не смотрю на него. — Можем начинать.

К нам выходит священник.

Серьезно? Радион и приближение к Господу, что за абсурд?

Священник начинает говорить. Я знаю насколько длинными бывают церемонии и радуюсь, у меня пока ещё есть драгоценное время.

— Нельзя ли чуть быстрее?! — раздражённо просит "женишок". — Мы очень торопимся.

Я не слушаю слов, они звучат фоном. Вспоминаю веселое, беззаботное детство и последние, наполненные счастьем и любовью месяцы. Перед глазами картинки как из киноленты. Будет ли моя жизнь теперь хоть капельку такой как раньше? Самую малость, или я буду полуживой ходячей тенью?

— Вы согласны?

Это ко мне обращаются?

Смотрю вперёд, и вместо священника теперь стоит перед нами улыбчивая женщина. Хмурюсь. Я так надолго выпала из реальности?

НЕТ! Хочется прокричать, но это не поможет, поэтому я молчу. Пусть выкручивается.

— Невеста, кажется, против. — с сомнением произносит регистрирующая.

— Невеста переволновалась. — сквозь зубы шипит Радион. — Она очень давно мечтала об этом дне.

— Но…

— Так ведь, милая?

Меня точно чем-то накачали. Парю выше и выше. Слежу за окружающим сквозь расфокусированный взгляд, это не моя жизнь, это чья-то грустная роль и я лишь приглашенный зритель. Лицо Радиона слегка расплывается.

Он хватает меня за руку, помогает надеть кольцо на свой безымянный палец. Пыхтит, злится.

Так смешно…Что рыдать хочется.

— Объявляю вас мужем и женой!

Вокруг аплодисменты, овации, поздравления.

Как наковальней на меня обрушивается вся драма происходящего.

Удавка на шеи, оковы на пальце.

Золотая клетка захлопнулась. И теперь уже точно я не смогу из неё выбраться…

Я просыпаюсь от собственного крика.

Тело колотит крупной дрожью. К коже липнет холодная от пота ткань.

— Это сон. Всего лишь страшный… страшный сон. — шепчу в тишину дрожащими губами, всхлипывая и роняя на постель слезы.

Убираю со лба мокрые волосы глядя на часы. Пол четвёртого ночи. Происходящее было настолько реалистичным, что не сразу понимаю в какой промежуток времени закончилась реальность и наступило погружение в кошмарное сновидение.

Резко вскидываю руку, с облегчением выдыхая, не обнаружив на безымянном пальце кольца.

Значит ещё не всё потеряно… У меня есть время. Совсем немного, но всё же… Костик, миленький, моя последняя надежда. Марго сказала, что рейс задерживают, но ведь это не помеха… Так ведь? Брат умный, у него получится меня спасти. А ещё парни. Они наверняка поняли. И, возможно, Саша…

Он…

Что же на самом деле произошло? Мог ли Радион и его шантажировать? В голове такая неразбериха.

Мог… Ещё как мог. От него чего хочешь можно ожидать. И именно это открытие дарит крошечную надежду. Понимание всей мерзости, в которую окунул нас этот ненормальный. Понимание тупика, в который нас загнали. И осознание того, насколько мы несчастны, в состоянии полнейшей безысходности.