Чтение онлайн

Я не видела этот город годами, с тех пор, как отец взял меня и маму, чтобы показать одно из своих владений. Сейчас же этот город не что иное, как разрушенные здания и горы камней, заросшие кустарниками. Разрушения еще более серьезные, чем в Эдинбурге.

Мы минуем здания или, верней, то, что от них осталось. Я изо всех сил пытаюсь не смотреть, словно всего этого нет, но я больше не могу сдержаться.

– Стоп.

Я останавливаю лошадь и спрыгиваю на землю. Яркий дневной свет освещает руины. Как и в Эдинбурге, некоторые постройки все ещё стоят, но фейри разрушили абсолютно все красивые современные здания на Квин-Стрит, оставив кратеры от разрушений, новые впадины между улицами. Словно играли в игру, пока уничтожали всё.

Я сжимаю кулаки, и ноги тонут в грязи и высокой траве. Что-то торчит из земли. Пытаюсь подтолкнуть ногой. Когда не получается, я наклоняюсь, чтобы вытащить это из грязи.

Ботинок. Детский ботинок.

Я бросаю его и отступаю назад, чувствуя, что Киаран и Эйтиннэ стоят позади меня.

– Это ведь произошло со всей Шотландией?
– Я едва могу произнести это, слова застревают в горле.

Внезапно Киаран оказывается рядом со мной. Он стоит так близко, что его рука прикасается к моей.

– Не только с Шотландией, - говорит он тихо.

Я не могу дышать. Будто ощутив мою реакцию, Киаран обхватывает меня за плечи и притягивает к себе. Я поражена этим. До нашего первого поцелуя он всегда держал дистанцию. Он прикасался ко мне только во время боя.

Его слова эхом звучат в моей голове, каждое из них, будто удар клинка. “Не только с Шотландией, не только…”

Я отталкиваю Киарана. Я не выдержу его прикосновений, не сейчас. Не тогда, когда желание мстить охватывает меня. Жестокая Айлиэн из зеркал вышла бы убивать. Она бы с удовольствием вырвала их сердца.

Но она сдерживается чем-то более опасным: виной. Потому что я должна была их спасти. Это было моей задачей. Но я подвела их, и они заплатили за это.

– Я и подумать не могла, что есть место хуже того, где меня держал Лоннрах. Как же я ошибалась, - сказала я, оцепенев.

За это время я кое-что поняла о тюрьмах: может эта и не заперта, как та зеркальная комната, но она мало чем отличается. Это та же клетка. Сооружённая из костей других людей.

Одна ужасная мысль, направленная на Киарана, проносится у меня в голове прежде, чем я успеваю остановить ее, - “Ты спас меня из одной тюрьмы, не понимая, что помещаешь тут же в другую”.

Он смотрит на меня сверху вниз и, я клянусь, читает мои мысли. Киаран резко отступает.

– Мы остановимся здесь. Я подыщу подходящее для ночлега место, - он тут же разворачивается и уходит так, как будто не мог уйти достаточно быстро от меня.

Теперь я вижу, почему Кадамах хотел, чтобы я перевернула небо и землю, чтобы найти тебя.

Я почти зову его обратно, но слова застывают на моих губах. Я наблюдаю, как он уходит, и чувство вины гложет меня.

Спустя некоторое время Киаран возвращается и отводит нас в здание с частично уцелевшей крышей.

Внутри, на втором этаже, потолок рухнул на старые каменные полы. Ковры на первом этаже покрыты толстым слоем грязи и обломков. Одежда разбросана по всему полу, поеденная молью и грязная.

Я нахожу место, чтобы прилечь. Прижимаюсь щекой к руке и плотно укутываюсь в пальто.

Мне ещё никогда не приходилось находиться в таких жутких условиях. После охоты я всегда возвращалась в тёплую постель в безупречном доме. Там всегда были чистые простыни, огонь и мои изобретения, чтобы предотвратить ночные кошмары. Я просто смывала кровь с одежды, возвращалась к своей уютной жизни леди и делала это так же легко, как меняла платья. Это было успокаивающе, эти ритуалы. Мой дом всегда был безопасным. Моя комната всегда была безопасной. После всего, что происходило, я рассчитывала на это. Я зависела от этого. Я была уверена, что так будет всегда.

Теперь безопасного места просто нет. Есть только безопасные часы, проведенные в убежищах, где когда-то жили покойники.

Я наблюдаю, как Киаран ведет лошадей внутрь, их копыта стучат по камню, они останавливаются напротив меня.

Взгляд Киарана встречается с моим, но я тут же закрываю глаза и отворачиваюсь. Притворяюсь спящей, а на уме лишь одно: “Не только Шотландия”.

Я нажимаю пальцами на свои шрамы, мой новый ночной ритуал. И я вспоминаю. Я вспоминаю безопасность. Я помню тепло. Я заворачиваюсь в эти воспоминания, будто в старое одеяло и наслаждаюсь их комфортом. Это все, что у меня осталось.

Позже я проснулась от тепла огня и запаха горящего дерева. Я удивлена тем, что смогла заснуть, но я была просто обессилена от всего этого побега и сражений с Эйтиннэ.

Открываю глаза и вижу Киарана, сидящего рядом со мной, подкладывающего дрова в огонь. Он соорудил импровизированную яму из камней, небольшая кучка дров рядом.

– Где Эйтиннэ?
– спрашиваю я.

– Пошла в разведку, - Киаран смотрит на меня.
– Мы слышали sluagh несколько часов назад.

Sluagh. Я никогда не забуду, как один из них прошел сквозь меня, призрачное присутствие вторглось в мое тело и покрыло мои внутренности льдом. Киаран говорил мне, что, когда королевства Благих и Неблагих существовали, sluagh были прекрасными воздушными шпионами, быстрыми, эффективными и очень разрушительными, если требовалось.

– Почему ты не разбудил меня?

– Потому что, - говорит он, ковыряясь палкой в огне, посылая искры в воздух, - ты никогда не отдыхаешь, даже когда необходимо. Как давно ты спала?

Не помню. Я не спала в зеркальной комнате, пока… находилась там. Я всегда находилась между сном и явью.

Когда я не отвечаю, Киаран говорит.

– Я так и думал.

Я сажусь и пытаюсь разгладить свои волосы, борясь с медными непослушными кудрями, собирая их вместе. Немного преуспев в этом, я подвигаюсь ближе к огню, останавливаясь только тогда, когда поминаю, что мои бедра касаются Киарана. Черт.

Инстинктивно мой большой палец касается одной из меток на запястье. Я в точности помню, как ощущаются его губы. Я считала секунды нашего поцелуя. Я запомнила его напор.

“Aoramdhuit”. Он шепчет свою клятву, его слова тихие, словно порхание крыльев бабочки. “Я буду служить тебе”.

Наш второй поцелуй был еще более отчаянным, прямо во время боя. Мои пальцы тянутся к месту чуть выше ключиц, где находится неровный шрам от зубов Лоннраха, он глубже, чем другие. Воспоминания мелькают у меня в голове. Это был поцелуй, который говорил: “Ты вырезал часть меня, заполнив ее собой, и теперь должен оставить меня навсегда”.

“Ты должна отпустить меня”, - говорил он.

А я лишь хотела прижать его ближе.

Киаран снова разжигает огонь, и я быстро возвращаюсь из своих мыслей. Если я отодвинусь? Заметит ли он? Мои щеки пылают, и, слава богу, он не сможет сказать, что это от смущения.

– Я еще не поблагодарила тебя, - наконец-то я говорю, - что не сдавался, пока искал меня, - я хочу взять его за руку, но не делаю этого. Мои пальцы сжались в кулаки.
– И за то, что нашел меня.

Несмотря на все мои мысли до этого, я рада оказаться здесь, а не в зеркальной комнате. По крайней мере, у меня есть шанс выжить. По крайней мере, я могу бороться с Лоннрахом на своих условиях, не быть связанной виноградной лозой и не быть ослабленной его ядом.