Чтение онлайн

Он вошел и задвинул дверь.

Алейтис села на край кровати.

Чалак внимательно посмотрел па нее: - Значит так, Лейта?

– Что так, брат?
– пожала она плечами.

– Подслушивающий редко слышит хорошие вести.

– Да. Но очень часто узнает то, чего не следует знать.

– Возможно. И что ты теперь будешь делать с тем, что услышала?

– А ты знаешь, что я услышала?

– Частично.

– Тогда расскажи.

– Ты потом меня послушаешь, хорошо?
– Он сложил руки на груди и невесело улыбнулся ей.

– Да.
– Она принялась теребить покрывало, на котором сидела, собирая из него что-то наподобие гористого пейзажа. Немного погодя, не отрывая глаз от своего произведения, спросила: - Что такое Аташ нау-таваллуд?

Вырвавшийся у молодого мужчины невольный вздох заставил Алсйтис рывком поднять голову. Лицо его было мрачно.

– Это я пропустил, - сказал он.
– Я надеялся, что... Ты уверена, что слышала именно эти слова?

– Я слышала, что сказала ОНА! Камри!
– В груди у Алейтис все сжалось, ей пришлось раскинуть па секунду руки, чтобы сделать вдох и резкий выдох. Аташа - так на старом языке называли огонь...

– Ашла - дочь темноты, - медленно отозвался Чалак. Его лицо, обычно хладнокровное, теперь ясно говорило об испытываемой им боли.
– Лейта...

– Не надо, - попросила она, - я должна все знать,

– Это древний обряд, к которому прибегают, когда страх становится сильнее, чем разум, чем гуманность.
– Он посмотрел на свою сильную руку. Ритуал начинается с Исан-дана. Они собираются и просят разрешения у Ашлы совершить Аташ нау-таваллуд и очистить вади от рух кхараб, демона, вселившегося в него. Они призывают Шапра, Кхохина и Щуру. Пока Щура стоит на страже, Шаир и Кхохин совершают над принесенным в жертву конем определенный ритуал. В результате из всех людей долины избирается один человек...
– Голос Чалака вдруг стал хриплым. Ои кашлянул, прочистив горло, и посмотрел в окно, поверх головы Алейтис.

– Говори до конца, прошу тебя.

– Можно, я сяду?

– Абру cap, садись, пожалуйста. Извини, что позабыла предложить тебе присесть. Теперь, брат, пожалуйста, расскажи мне все, что ты знаешь.

Он вымученно засмеялся и погладил ее по руке: - Лейта, ты всегда была самая нетерпеливая. "Сейчас!" Ты всегда хотела, чтобы все получалось "сразу" и "сейчас!" Наверное, "сейчас" было самое первое слово, которое ты произнесла, едва выучившись говорить.

– Это хорошее слово-"сейчас". Значит, выбирают они человека. Что же происходит потом?
– Она повела плечами и вздрогнула.
– Ты же понимаешь, о чем я спрашиваю. Это не из праздного любопытства. Устало вздохнув, он сказал: - Я не могу противоречить Мадару, но все же считаю, что обряд Аташ... трудно принять.
– Голос его вдруг стал тверже.
– И я не стану участвовать в нем!

Удивленная, она смотрела на него не мигая. Поднявшись, Чалак принялся ходить из конца в конец маленькой спальни, чуть ли не наступая на ноги Алейтис.

– Послe избрания нужного человека Шаир и Кхохин собственными руками устраивают асу в финджане Топаз, собирают связки чабе, хизума и химета вокруг него, покрывая все тремя пригоршнями кан. И перед всем собравшимся народом вади - не позволяя уклониться никому, даже умирающим и роженицам, избранный сопровождается к aсе и там привязывается. Возгорается пламя. Огонь поддерживают до тех пор, пока... не останется ничего кроме пепла... Потом этот пепел аккуратно собирают и делят на пять частей. Первую часть отвозят к воротам Раксидана и там закапывают. Четыре оставшиеся части отвозят на восток, запад, север и юг и распыляют по ветру под песнопения, посвященные Ашле. Так, сказано, будет совершено очищение долины от демона кух кхараба.

Чалак прислонился к двери, сложив на груди руки.

– Теперь ты знаешь все.

Алейтис дрожала: - На этот раз она своего добилась. Мне конец.

Оп кивнул.

– Если ее поддержат Аздар и Шаир, то Кхохипу придется подчиниться им.

– Зираки говорит, что гильдии будут за меня.

– Этого недостаточно. Они это понимают. И ты тоже.

– Но что же мне делать?!
– Слова ее упали в нависшую тишину, как беспомощные слезы в песок.

– То, что ты уже решила сделать, Алейтис.

Она вздрогнула, подняла голову и внимательно посмотрела на него: Что?..

– Прошла пора, когда мы играли с тобой в игрушки, сестра, - улыбка чуть осветила его тонкое умное лпцо.
– Ведь я не дурак, сестра. Я сказал, что не буду в этом участвовать. И я имел в виду то, что сказал. Но...
– он посмотрел на восточную степу - в той стороне находилась спальня Аздара. Он все еще Аздар, пока жив, и прямой власти у меня очень мало.

– Чалак, мне страшно.
– Она протянула к нему дрожащие руки. Он взял ее ладони в свои.

– Но я ничего не знаю, кроме этой долины.
– Она высвободила свои руки и сжала кулаки.
– Я не хочу уходить!

– А есть ли у тебя выбор?
– он опустился на кровать рядом с ней. Попробуй добраться до городов на побережье. Но не говори мне, куда собираешься идти, В конюшне я оставлю для тебя еду и кое-что еще, что может тебе понадобиться...
– Он вздохнул, нежно коснулся макушки Алейтис кончиками пальцев.
– До завтрашнего вечера ты должна покинуть долину.

– Нет...

Ее пальцы, сжатые в кулаки, стали белыми.

– Лейта!

– Нет!

Он нахмурился, теряя терпение.

– Лейта, ты поступаешь глупо. У тебя сейчас нет времени, чтобы упрямиться!

Она смотрела на свои руки, не отрывая взгляда.

– Я никогда не покидала этой долины, Чалак. Понимаешь?
– Она повернулась лицом к нему.
– Как мне поступить? Что делать? Что говорить?

Он успокаивающе пожал ее ладонь.

– Если бы у меня был выбор между верной и мучительной смертью и пусть небольшим, но реальным шансом выжить, то я бы, сестра...

– Выбора нет, - вздохнула она.
– Ты чертовски прав!

– Ты выбираешь жизнь?

– Как всегда.

– Долгую жизнь, сестра. И счастливую, я надеюсь... Где-то там...
– Он осторожно отпустил ее руку и встал.
– Я положу несколько слитков авришума в твою седельную сумку. Это поможет тебе, когда ты доберешься до какого-нибудь города.

– Спасибо, брат.

Он наклонился и нежно коснулся ее волос.

– Благослови тебя Мадар, сестра.

С трудом улыбнувшись, она кивнула: