Чтение онлайн

– Приятно слышать, - я поцеловал ее плечо, поднял с пола одеяло и укрыл нас обоих. Шевелиться не было сил.
– Хочу спросить.

– Ага.

– Кто был у тебя первым?
– она иронично посмотрела мне в глаза.

– Мужчины и их глупые предрассудки. Ну, какая тебе разница?

– Просто ответь, - попросил я, вдыхая аромат ее волос.

– Ты его видел. Это Кристоф. И предупреждая твои дальнейшие расспросы - я экспериментировала, - я вообще-то не собирался ничего больше спрашивать, просто хотел понять, правильно ли услышал и понял.

– Экспериментировала?
– но тут уж не смог удержаться. Это что еще значит?

– Ага, - она поерзала, устраиваясь удобнее, - мне вдруг стало любопытно, что такое секс. И я решила, почему бы нет. Так что это был чистой воды эксперимент. Я пришла к Кристофу и предложила мне посодействовать.

– И?
– нет, раз уж пошла такая откровенность.

– Он сначала удивился, потом посмеялся, а потом согласился. Знаешь, по нему, конечно, не скажешь, но он был на удивление нежным и терпеливым любовником. Так что мне, пожалуй, понравилось, - усмехнулась она. Я фыркнул.
– Ох, не огорчайся демон, ты намного, намного лучше, - она лукаво улыбнулась и легко меня поцеловала.

– Ясно, - какое-то время мы лежали в молчании, и я медленно водил пальцами по ее плечику.

– Скажи, почему феи зовут тебя Даяной?
– вопрос сорвался с языка прежде, чем я успел хорошенько его обдумать.

– Тени, только не говори, что ты из тех, кого тянет поболтать после секса, - попыталась отшутиться она, но под моим взглядом быстро сдалась.
– Ладно, наверное, надо было давно тебе все рассказать..., - она сложила руки у меня на груди и оперлась на них подбородком.
– Но учти, я говорю это не для того, чтобы вызвать у тебя жалость, не для того, чтобы показать, что теперь доверяю тебе, и вообще не думай, что между нами что-то изменилось. Все по-прежнему. - У меня на этот счет было другое мнение, но я промолчал, - Я говорю тебе это, чтобы ты понял, почему я именно так отношусь к феям.

– Хорошо, - она глубоко вдохнула.

– Ты знаешь, что отец погиб, когда мне было четырнадцать?

– Да.

– Нас нашли спустя три дня после его смерти. Нашли люди Париша и доставили к королю во дворец. Я плохо помню, что тогда происходило, я смотрела вокруг, словно через неровное стекло и кроме боли ничего не чувствовала. Еще через два дня отца похоронили, как это принято у людей. Сожгли на костре, - она замолчала на вдох, вспоминая. - Странно, но я поняла, что он действительно мертв, только когда занялись первые языки пламени.

– Обсидиана...

– Я не помню, но говорили, что я кинулась в костер, и король лично оттаскивал меня от огня, а я извивалась и шипела, как змея.

– Ты хотела умереть?
– она замерла на миг.

– Нет. Я просто хотела быть рядом с ним. Четырнадцать лет. Достаточно, чтобы понимать, что такое смерть, и недостаточно, чтобы принять ее, - я погладил ее по голове.

– Опусти щиты, - тихо попросил я. Диана колебалась какое-то мгновение, а потом согласно кивнула. И ее боль оглушающим потоком хлынула ко мне.

– Отец был главой Тайной полиции Париша, и слух о его смерти распространился невероятно быстро, - тем временем продолжала она.
– В том числе и за пределами человеческих земель. Спустя суман во дворце объявилась Сибилла с требованием вернуть меня в семью. И король подчинился.

– Но она же отказалась от тебя?

– Отказалась, - бесстрастно подтвердила Диана.
– Но, как ни крути, она моя родственница и у Париша, прав на меня было не больше, чем у любого другого человека, ну или не человека.

– Ты хотела ехать?

– Я..., - она остановилась на вдох, и ее боль ударила в меня с новой силой, - я тогда вообще ничего не хотела. Я завернулась, укуталась, спряталась в свое горе, как в одеяло. Лелеяла его как ребенка-уродца. И Сибилла была для меня чужой теткой, как, впрочем, и Париш. Я тонула в своей боли и хотела лишь одного - вернуться домой, забраться с ногами в папино кресло и вырвать себе сердце потому, что мне казалось, такую боль невозможно выносить. Мне казалось, я умираю.

– А Сибилла?

–  Сибилла...
– Диана нахмурилась.
– Во время пути я ее практически не видела. Она не подходила ко мне, избегала. Возможно, просто не знала, что со мной делать. Мы провели в дороге около сумана, и все это время я плакала... даже во сне, потому что мне снились кошмары.

– Девочка моя, - боги, как же плохо тебе было, как же тяжело. Я чувствовал, как нагрелась на спине татуировка, видел ее слабое свечение и прекрасно понимал, что сегодня на Физалию обрушится гроза невероятной, мать его, силы.

– Потом мы оказались во дворце, - таким же бесцветным голосом продолжала рассказывать Сид. - Меня сначала поселили в комнате в западном крыле и приставили ко мне служанку. Милая по большому счету была девушка, вот только справиться со мной она не могла. Я не ела, не реагировала, когда ко мне обращались, и все еще кричала по ночам. Около месяца я практически не выходила из комнаты и если не плакала, то сидела, уставившись в одну точку. Было плохо. Очень. Однажды как раз в такой момент ко мне зашла Сибилла и приказала меня одеть и умыть. Я пыталась с ней поговорить, спросить что-то про отца, узнать, когда мне можно будет вернуться домой. Но фея, услышав его имя, отвесила мне такую пощечину, что я потеряла сознание на несколько вдохов. Очнулась я уже на руках у стражника. Он нес меня по коридору к кабинету Илии, впереди шла Сибилла. Я помню, что испугалась, когда впервые увидела королеву, испугалась так, что начала отступать к двери. Я никогда не видела такого лица - холодное, каменное, как застывшая маска, словно у трупа. Фрейлины схватили меня за руки и волоком подтащили к ней. Я кричала, я вырывалась, меня душила паника, но сделать я ничего не могла. Они вздернули меня на ноги и начали стаскивать одежду. Мне было стыдно, мне было больно, и я ничего не понимала. Я стояла голая напротив Илии и готова была убить либо ее, либо себя.

– Надо было убить ее, - прорычал я, с трудом удерживая ярость.

– Надо было, - горько усмехнулась Диана.
– Но я не могла даже пошевелиться, меня сковал страх. А она все также безразлично на меня смотрела, потом приказала развернуть меня спиной, потом схватила за подбородок и заставила открыть рот. Зубы! Она рассматривала мои зубы! Словно я призовая лошадь! Я не выдержала. Я попыталась ударить ее по руке. Итогом этой выходки стало то, что назад в свою комнату я шла раздетой. Полностью. На глазах у всего дворца.

– Боги, Диана...

– Нет. Не надо жалости, оно того не стоит, поверь мне, - отрешенно попросила она. - Ты знаешь, это привело меня в чувство. Проснулась злость, впервые после гибели отца дали знать о себе тени. Я много думала в тот вечер и решила, что в том, как они ко мне относятся, я виновата сама. Через суман ко мне стали ходить учителя. Тогда я думала, что если буду хорошо учиться, Сибилла меня полюбит. Тени, я ведь действительно хотела, чтобы меня любили. Я не перечила, старалась больше не плакать, делала все, что от меня требовали, но спустя три месяца результат остался прежним. Она смотрела на меня как на грязь и обращалась со мной также.