Чтение онлайн

«А если тот не остановится? – подумал вдруг Васик и вздрогнул. – Я ведь тогда... Да что я! – поразила его внезапная догадка. – Ведь, если этот водитель не остановится, то он попадет в ту же ловушку, в которую едва не попал я! И тогда его ждет тот же ужас, что и меня... И кто знает – сможет ли он спастись... Это мне так повезло, а два раза, как известно, крупно повезти не может... Если машина моя тогда не завелась»...

Васик почувствовал, как волосы зашевелись на голове.

– Черт возьми, – проговорил он вслух, – боюсь даже думать о том, что было бы, если бы моя машина тогда не завелась... Эти горящие глаза... эти страшные клыки...

И Васик посигналил фарами несущейся навстречу к нему машине, а потом, когда убедился, что водитель правильно расценил его сигналы, облегченно выдохнул и сбросил скорость.

И все-таки оглянулся назад, боясь увидеть маячавший вдалеке бледный силуэт.

Но ничего не увидел.

– Что случилось? – спросила Ольга-бабочка у странного молодого человека. – Случилось-то что? В аварию попали, да?..

– Н-нет... – заикаясь, ответил Васик, – не попал... То есть – д-да... Попал.

– Это как? – удивилась Ольга-бабочка.

– Т-так... – мотнул патлатой головой Васик. – Не важно... Авария – это не важно. Просто я хотел вас предупредить – дальше нельзя ехать!

– Почему? – поинтересовалась Ольга.

– Там... Там...

Не силах объяснить, Васик взмахнул руками и скроил страшную рожу.

– Понятно, – отреагировала Ольга-бабочка, – гаишники, да?

– Да какие к чертовой матери гаишники!!! – взревел Васик. – При чем здесь гаишники!

– Тогда что же?

– Голый человек... – в очередной раз оглянувшись и понизив голос до шипящего шепота, проговорил Васик.

– Что?! – воскликнула Ольга-бабочка, до конца опуская стекло.

Васик наклонился к ней, просунул патлатую голову в салон автомобиля и взволнованным шепотом принялся рассказывать Ольге о происшествии, едва не стоившем ему жизни:

– Я сначала думал, утка это все – что по телевизору говорили... Ну, о том таинственном убийстве – где таксист и редактор из провинциального городка... А потом еду сюда и гляжу – прямо посередине дороги гусеница от трактора лежит – покореженная вся! Главное, я заметил не очень поздно, а то бы на большой скорости перелетел бы и... Хорошо еще, что порванными шинами отделался бы, а то и чем похуже... Ну, затормозил я, а дорога плохая и вклепался в телеграфный столб. Это ничего – машина моя мало пострадала, а я и вовсе – чистенький остался – ни царапинки... Выхожу я из машины, закуриваю, смотрю по сторонам и вдруг... Что-то такое происходит вокруг, а что – я понять не могу. Что-то страшное... Очень страшное и таинственное... А потом что-то в кустах зашевелилось, а потом...

Васик все шептал и шептал, то и дело оглядываясь на пустынную дорогу; а Ольга-бабочка слушала и чувствовала, как на душе у нее становится легко.

«Не нужно сегодня мне ехать туда, – думала она, – правильно говорит этот перепуганный парень. – Он – тот, к кому я еду – Хозяин – он сегодня не примет меня. Сегодня как раз тот день, когда он не может совладать со своей ЖАЖДОЙ и становится диким зверем, ищущим человеческой крови. Да-да... В его доме – доме Хозяина – много книг и стопки книг похожи на перевернутые скалы – внизу лежат самые маленькие и тоненькие книжки, а наверху – громадные фолианты; да-да... он стоит во главе Братства, но даже он не может совладать с ЖАЖДОЙ! И ему – Хозяину – как и каждому из тех, кто принадлежит к Братству, приходится время от времени, выходить к людям с тем, чтобы отведать свежей крови. Он научился контролировать свою страсть, но он не может контролировать ЖАЖДУ. Его контроль заключается исключительно в том, что он мучим ЖАЖДОЙ не всегда, но в определенное время – это как приступы, но приступы неумолимые и неотступные... А сейчас к Хозяину лучше не соваться. Сейчас он дикий зверь на охоте. И всякий, кто попадет в его ловушку, будет убит и кровь жертвы станет залогом дальнейшего существования того, кто стоит во главе Братства!»

Так думала Ольга-бабочка, слушая рассказ Васика.

– И он побежал на меня! – захлебываясь от волнения, шелестел Васик. – Он бежит и... бежит... А я ничего не могу сделать – тачка-то задним ходом не сразу разгонится да и скорость развить нормальную – не может... А он не отстает, как будто и не человек, а... стальная машина. Не знаю, как мне удалось развернуться, но это мне удалось... Я рванул изо всех сил...

«Ну и ладно, – проговорила она мысленно, – главное, что мне сейчас ехать необязательно – к нему. Значит, у меня есть еще день. Еще день, чтобы подумать и что-то решить... А, впрочем, что решать? Все давно уже решено за меня... И думать мне больше не о чем. Как выбраться из того замкнутого круга, куда я попала... Выход – только смерть. Или – есть еще маленькая надежда... за которую придется заплатить большую цену. Только вот, насколько большую – этого я пока не знаю»...

– Я вот подумал сейчас... – едва отдышавшись после непрерывного повествования, проговорил еще Васик, – а что если, этот самый крендель все еще бежит за мной? Ну, он отстал, конечно, поскольку джип все-таки быстрее едет, чем он бежит, но все-таки... все-таки... если он сейчас из-за поворота вывернет или... выскочит откуда-нибудь из-за кустов – мне конец... Я прямо на месте умру от страха... То есть – от разрыва сердца.

«А ведь он прав, – подумала Ольга-бабочка, – Хозяин теперь одержим ЖАЖДОЙ и для него нет преград ни в расстоянии ни в чем либо другом. Потому он – зная и помятуя об этом – живет так далеко от другим людей. Но не настолько далеко, чтобы не контролировать весь огромный город... А если Хозяин и впрямь идет по пятам за этим парнем, тогда ему не сдобровать. А что будет со мной, когда я увижу свежую кровь, хлещущую из разорванной вены? Смогу ли я сдержаться? Или тоже превращусь в дикого зверя?»

Непроизвольно Ольга-бабочка подняла глаза и посмотрела туда – где обледенелое шоссе выворачивало из-за густой полосы лесопосадок. И страх, отразившийся в ее глазах, увидел Васик.

– Не может быть, – прошептал он, мгновенно холодея, – не может быть... Ты видишь его?

Ольга не ответила, а Васик все хотел оглянуться, но никак не мог себя заставить сделать это.

– Он не мог добежать так быстро, – беспомощно прошептал Васик, не в силах даже пошевелиться, – и я... А ты... Почему ты молчишь? Скажи хоть слово... Он далеко?

– Нет его там, – хотела ответить Ольга-бабочка, но не успела она открыть рот, как Васик, с безумным ужасом следивший за движением каждой черточки ее лица, дико вскрикнул и, закатив глаза, без чувств рухнул на обледенелый асфальт.

Несколько минут Ольга-бабочка сидела неподвижно. Васик, лежащий рядом с ее машиной, не пошевелился.

– Эй, – позвала Ольга, – ты живой?

Нет ответа.

– Гражданин, – проговорила Ольга-бабочка, не зная, как правильно назвать парня, имени которого ей было неизвестно, – вы... с вами там все в порядке.

Хотя Васик не ответил ни слова, ясно было, что далеко не все у него в порядке.

Ольга-бабочка вышла из машины и склонилась над ним.

– Вроде дышит, – определила она, подержав ладонь над открытым ртом парня, – пульс есть...

Она посмотрела на голубую жилку, пульсирующую на шее парня и быстро выпрямилась. Потом несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула морозный воздух и, когда более или менее пришла в себя, прислонилась к капоту своей машины и стала рассуждать.

«Не годится оставлять парня здесь, – думала она, – Хозяин – если идет по его следу – все равно настигнет его и... Нужно забрать парня с собой в город – так я спасу хотя бы одну жизнь... Может быть... где-нибудь там... мне это зачтется».

Ольга-бабочка слабо себе представляла – где именно ей зачтется спасение жизни Васика, но больше она в выборе своего решения не колебалась.

– Надо спешить, – вслух проговорила она, – иначе мы можем не успеть. А джип... Черт с ним. Джип оставим здесь. Джип все-таки дешевле, чем человеческая жизнь.

– Эй! – снова наклонившись над Васиком, он легонько потрепала его по щекам. – Вставай!

Васик приоткрыл один глаз и что-то слабо простонал. Видимо, выпавшие на его долю за сегодняшний день происшествия совсем подточили его нервную систему и ни на какие более или менее активные действия он не был способен.