Чтение онлайн

– А я ничего не чувствую, – заявил Петя, – а ты, Анзор?

– И я ничего, – сказал Анзор.

– Да потому вы ничего не чувствуете, что не можете чувствовать! – опять взорвалась я. – Вы, в отличие от нас с Нонной Павловной, обыкновенные люди – и паранормальное для вас – темный лес.

– Не понял, – нахмурился Петя, – я предполагал, что среди нас только один экстрасенс. Нонна Павловна, неужели вы?..

– Да, – подвердила Нонна Павловна, – видите ли, Петр, я – медиум. Я тоже общаюсь с потусторонним и поэтому то чувство, которое часто называют „шестым“, у меня развито гораздо сильнее, чем у обычных людей.

– Но... – растеряно проговорил Петя, – но... Как это так – вы – самый настоящий экстрасенс?

Дальнейший диалог был настолько запутан и нечленоразделен, что смысла его приводить целиком – нет никакого. Достаточно будет сказать, что Нонна Павловна очень коротко рассказала господам студентам о своей жизни. Анзор, выслушал все, открыв рот, а Петя иронически морщился и всячески бодрился, хотя было видно, что ему не по себе.

– Здорово, – пробурчал он себе под нос, когда Нонна Павловна закончила свой рассказ, – вокруг столько непонятного... Кажется, потусторонние явления в нашей жизни больше распространены, чем реальные...

– И сейчас, – в завершение проговорила Нонна Павловна, – я предлагаю вам провести спиритический сеанс. Это нужно не для того, чтобы вы мне поверили, а для того, чтобы разобраться с происходящим. Но для этого нужно... на время оставить ваши разногласия... – она посмотрела на Петю и на меня, – и изо всех сил пожелать свидания с духом.

Петя довольно громко хмыкнул.

– Это очень важно, – сказала Нонна Павловна, в упор глядя на него. – Концентрация негативной энергии усиливается. Еще немного – и даже вы, Петр, это почувствуете.

Минуту все молчали, словно прислушиваясь к упавшей на дом черной тишине.

– Петя, – раздался вдруг дрожащий голос Анзор, – давай попробуем, а? Что-то мне и вправду... страшно.

Сразу после того, как слова его утонули во мраке, раздался сухой треск и красная трещина проползла, словно змея по черной стене. Петя вскрикнул и подскочил на стуле. Анзор коротко вякнул и окаменел. Извилистая трещина пылала на закопченной стене несколько секунд, затем стала уменьшаться и исчезла совсем.

Петя сглотнут слюну и вытер со лба холодный пот.

– Что ж, – плывущим голосом проговорил он, – по... попробовать можно. А... духи нам помогут?

– Обязательно, – твердо сказала Нонна Павловна, – если нам, конечно, удастся вступить с ними в контакт.

– Что для этого нужно? – глухо спросил Анзор, не сводя глаз с того места на стене, где была трещина.

– Я же вам говорила – очень сильно захотеть. Психоимпульсы человеческого мозга обладают небольшой долей паранормальной энергии. Пытаясь соединить импульсы вместе, мы создаем энергетический заряд, который поможет нам установить контакт.

По потолку, словно огненные змеи, мгновенно пробежали – вспыхнули и погасли две красные трещины.

– Давайте, – заторопился Петя, – что нам делать?

– Приготовления я сделаю сама, – сказала Нонна Павловна.

Круглый кухонный столик переместился в центр кухни; на нем появились свечи – больше ничего. Никаких карандашей и блюдечек.

– Я буду общаться с духами по другой системе, – объяснила мне Нонна Павловна, – пуская их в свое сознание. Обычно так не делает, потому что это очень опасно – в сознание могут проникнуть не те духи, которые вызываются, а какая-нибудь из неприкаянных душ, не нашедших себе места ни на этом свете, ни на том...

– А что потом бывает с теми, к кому в сознание проникли такие... неприкаянные? – шепотом спросил подслушивавший нас Петя.

– Вы видели когда-нибудь одержимых? – спросила Нонна Павловна. – Так когда-то называли буйных неизлечимых сумасшедших.

Больше вопросов ни у кого не возникло.

Мы встали вокруг стола, соединив руки над горящими на нем свечами. Минута прошла в тишине.

– Повторяйте за мной, – очень тихо проговорила Нонна Павловна, – дух усопшего, явись!

– А дух какого именно усопшего явится? – прохрипел Петя. – Вдруг какая-нибудь неприкаянная душа? Разве не обязательно называть имя?

– Имя называется в последнюю очередь, – нетерпеливо ответила Нонна Павловна, – таков ритуал. А теперь не мешайте мне, Петр. Лучше повторяйте то, что я сказала – дух усопшего, явись!

– Дух усопшего, явись!

Тишина стояла полная. Петя и Анзор молчали, закрыв глаза. Нонна Павловна смотрела прямо перед собой.

– Ничего не получается, – беззвучно выговорили ее губы.

И тут...

Словно молнией пронзила мои виски внезапная боль. Я вскрикнула и дернула головой.

– Контакт! – выкрикнула Нонна Павловна. – Получилось! Все-таки получилось! Теперь – имя моей матери! Ольга Антоновна, скажите имя моей матери! Быстрее, а то...

Петя затряс своей головой, как больная лошадь, видимо, испугавшись того, что в него может вселиться неприкаянная душа. Мне тоже, честно говоря, стало жутковато. Контакт... А с кем я вступила в контакт.

Я вспомнила имя матери Нонны Павловны и попыталась выговорить его. Но ничего у меня не получилось – мои губы не слушались меня.

Скривившись от отчаянного усилия, я умоляюще посмотрела на Нонну Павловну – и она все поняла.

– Поздно... – с тоской прошептала она, – поздно... Мы не успели. Случилось то самое – худшее из того, что могло случиться. В твое сознание вселился не дух моей матери, а... другой дух... Я... Я...

Она крепко зажмурилась.

– Я ничем не смогу тебе помочь, – договорила она.

– Не-ет!!! – заорал вдруг в приступе смертельного страха Петя.

Мое сознание заволокло мраком.

Красные молнии разорвали темноту, в которую я погрузилась, на тысячи уродливых клочков, разлетевшихся и истаявших за миллиардную долю секунды. Темнота исчезла – я оказалась в бесцветной пустоте – совершенно одна.

– Ольга? – зазвучал в моей голове очень знакомый голос.

Я хотела ответить, но не смогла – казалось, у меня не было языка... я вообще не чувствовала своего тела, я будто плавала в безбрежном море серого киселя, а знакомый голос звучал, возникая непосредственно в моем сознании. Я вдруг поняла, что могу посылать в ответ психо-импульсы – если уж у меня не получается выговорить ни слова.

– Ольга – это я, – ответила я, мучительно стараясь понять, чей же голос я слышу – такой близкий, такой родной, но все же я не могла...

Постойте, неужели это?..