Чтение онлайн

— Ты права, — тихий шепот на грани слышимости. — Они молятся мне.

Злотинка проснулась.

— Не Эгле? — вздергиваю бровь я, продолжая наблюдать за хороводом. Он уже обвил собой все поле — мне даже чудится живой след на траве.

— Кто такая Эгле, — Злотинка улыбается, и я даже вижу ее лицо — как сквозь плотную вуаль, но ведь вижу. — Она всего лишь пришлая здесь. И она не любит народные танцы. Она когда-то использовала мои заготовки. Я тогда не знала — что такое любовь.

— Ясненько, — доносится мысль Прошки. — Лерыч, что дальше?

Я смотрю, как девушки разделившись на два ручейка, подплывают к нашим героям, и вручают им свои букеты.

— А букеты-то не все получили, — удивленно шипит Темный. — Лерыч, это так задумано, или случайность?

— А вы как думаете, вашество? — отвлекаюсь от хоровода я. Мне и в самом деле интересно — как он думает.

— А, игра на выбывание, да?

— Почти. Вы не забыли еще о вашей… гм… невесте?

— Кстати — а она — то где? Я не вижу ее ни в ложе, ни среди девушек, ни еще где-то.

— …во тьме печальной

Гроб качается хрустальный

На цепях между столбов.

Не видать ничьих следов

Вкруг того пустого места.

В том гробу твоя невеста, — процитировала я Пушкина загробным голосом прямо Властелину в ухо.

Он с ужасом посмотрел на меня

— Да-да, Ваше Темнейшество. Именно в гробу. Дрыхнет, свинка розовая гламурная. И будет спать, пока влюбленный рыцарь не поцелует холодные губы.

— А что потом?

— Честным пирком да и за свадебку, — хмыкнул Прошка. — Лерыч, перерыв заканчивается. Играем дальше?

— Перерыв заканчивается, Темнейшество, — отмахнулась я от Властелина.

— А весело устроены мозги у этих двоих, — размышлял Темный, наблюдая, как из-за низкого ограждения выбираются на поле члены обеих команд. По какому — то странному замыслу сейчас команды были старательно перемешаны и поделены так, что ни одна не может оказаться сильнее. Тяжеловесность орка уравновешивалась пронырливостью и гибкостью эльфа.

— Интересно: когда вы сумели узнать, что эти парни работали в связке? — обернулся Темный к Лерычу, все так же непринужденно грызущему какую-то дрянь из растительного царства.

— Тю! Долго ли умеючи! — фыркнул мальчишка. — И вообще — у нас свои методы, Ваше Темнейшество. Вопрос можно?

— Давай, — кивнул Темный, не отрывая взгляда от поля.

— Вы всерьез намерены жениться на ставленнице ваших Богов? Или все-таки нет?

— Смеешься?! Я этим Богам неподвластен. А тебе так хочется пристроить свою подружку?

— Вот уж нет! Конечно, примерить седалище на трон ей очень хочется, но ведь на нем еще и усидеть надо. Да и тебе, уж не обижайся, нужна женщина умная, хозяйственная и понимающая. Вам ведь Мир восстанавливать. Ляля с Миром не справится. Она и с собой-то справиться не может. Все в какие-то приключения влипнуть норовит. В смысле — на свою пятую точку их отыскивает. И меня втравливает. С детства. Теперь еще и Прошку приобщила.

Темный хмыкнул.

— Я так и понял, — кивнул. И вновь обратился лицом к полю.

А там…. Это кто же у мальчишек в подручных ходит?! Мага такого уровня в войсках Темного не было — на этом он мог стоять твердо хоть до конца света. Нет, мастера иллюзий были и не плохие, но чтобы вот так, сходу, выстраивать на глазах изумленной публики высокую башню в разрезе — нет, таких не было. Хотя бы потому что никому это не нужно было. И не просто башню в разрезе, а башню, которую стремительно окружало озеро с чистейшей водой. По его берегам уже качались на легком ветерке камыши и полоскали ветви в воде зеленокосые ивы. Темный даже услышал хоровое кваканье лягушек. И даже голоса каких-то птиц.

— Я стою на одном, ну а ты на другом

На высоком берегу на крутом, — едва слышно промурлыкал Лерыч. Темный присмотрелся.

Две команды претендентов мялись на берегу озера. А вокруг ни единой досточки, ни прутика, ни веревки. И только у башни так же в полном недоумении топчется тот самый Мухамиэль. И в башню войти не может, и назад не уплыть. И что делать — понятия не имеет.

— И?! — недоуменно выгнул бровь Темный. — Что дальше?

— А я-то почем знаю, — ухмыльнулся Лерыч. — Ваши воины сами должны решить — что у них дальше. Это у них — рыцарский турнир, а я так, рядом стою. Кстати, пойду-ка я красавиц попроведаю. Губки им подкрашу, бантики завяжу. Реснички, опять же, подклею….

Темный только головой покачал, глядя, как вредный мальчишка легко вскочил на бортик ложи, и балансируя, пробежал по узкой кромке.

— Кто же ты такой, Лерыч?! — пробормотал он, и вновь всмотрелся в происходящее у озера.

Кое-кто из горячих голов сунулся в воду, и тут же вылетел обратно, шипя и ругаясь. Вода оказалась ледяной, будто стекала прямиком с горного ледника.

— Это кто ж у нас так развлекается? — подошел к ложе Темного Властелина Черный Эльф. — Интересные турниры проходят в родном мире этих мальчишек.

Темный только кивнул.

Прошка

— Ну, Лерыч!

Я только и мог, что бессильно ругаться и хрюкать от смеха. Это ж надо было привлечь к испытаниям мелкого русаленка! Рус в одно мгновение устроил вокруг башни глубокое озеро, да еще ледяное! И как нашим претендентам на руку и прочий ливер попасть собственно к месту заключения спящей красавицы?!

— Ты не забыл? У нас на это Русик имеется, — хмыкнула Лерка. — Уж он разберется.

Я взглядом нашел свою подружку. Лерка в это время порхала по бортикам трибун, перебираясь в ложу к девушкам.

Уж да! У нас есть Русик! Он тоже Лялю-свинку обожает, а потому не допустит до ее тела абы кого.

Между тем, в небесах вновь замелькали огненные вспышки, привлекая к себе внимание.

Трибуны замерли, благоговейно взирая на расцветающие в яркой синеве огненные цветы, распахивают радужные крылья невиданные птицы, и чей-то трубный глас воззвал:

— Вперед, к победе, дети мои!

И в небе нарисовался могучий кулак.

Ну, Лерыч! Надо же: самого Орка припахала!

— А я чо — а я ничо! — отмахнулся Лерыч в моей голове. — И вообще, Прош, играем!

Куда ж деваться — играем!

На трибунах установилась возбужденная тишина. Вот не знаю, почему, как, и откуда пришло такое сравнение, но тишина была именно возбужденная. Даже команды эльфо-орков замерли столбиками на берегу озера. Из глубины которого медленно всплывала огромная раковина, в которой стоял Рус. Сейчас он был удивительно красив: длинные серебристо — синие волосы, огромные синие глаза, обнаженный торс, от талии вниз серебрится крупная чешуя, на плечах пурпурный плащ, на голове золотая диадема с крупным рубином в центре, а в правой руке — настоящий золотой трезубец. Ну, Лерыч! Нашла-таки Нептуна в местных водах.