Чтение онлайн

Третьяков встал и направился ко мне. Я приготовилась ответить, но он опередил меня. Уже стоя напротив меня, он открыл дверь.

– У тебя есть время принять решение, я вернусь к обеду. Советую подумать дважды, прежде чем пороть горячку, ты мать-одиночка, твой муж умер, на твоей шее сын, свекровь и еще не выплаченная ипотека. Вряд ли ты найдешь такую же хорошую работу.

– Дима, он… – Я не была готова говорить с Ген… с гендиром на эту тему. – Мы в разводе, и он признан безвестно отсутствующим.

– Разве? Зоя Анатольевна сказала, что есть решение суда.

Вот уж болтливая у меня свекровь!

– Тебя это не касается.

– Ты права, я лишь хотел напомнить, что касается тебя, и помочь правильно расставить приоритеты. Я уехал, должностную инструкцию найдешь в папке на диске Т, я дополнил ее и сохранил в папке с названием «Должностная инструкция».

И, непринужденно выставив меня из кабинета, он вышел сам и направился к лифту.

Я стояла посередине коридора между двумя кабинетами и смотрела ему вслед.

– А если я просто не хочу тебя видеть изо дня в день, из года в год? – не сдержалась я.

Это остановило размеренный мужской шаг. Развернувшись, так же размеренно шагая, он подошел ко мне, наклонился и тихо на ухо сказал:

– По секрету скажу, что видеть меня тебе недолго, скоро будет новый владелец, вот наведу тут порядок и передам дела. Но, как ты понимаешь, всем этого знать не нужно. Так что пусть это будет нашим секретом.

Вздрогнув от столь близкого контакта, я эхом повторила.

– Секретом?

– Да, для всех, – ответил Третьяков и почти шепотом добавил: – Как и то, что мы с тобой не первый день знакомы.

Пришлось собрать мысли в кучу, чтобы понять скрытый намек в словах Гены, и все потому, что в момент, когда ощутила его дыхание на своей коже, мурашки табунами побежали по позвоночнику.

Маша, возьми себя в руки! Ты уже не девчонка, и он с тобой не заигрывает, а…

«А что это, собственно, только что было?» – задалась я вопросом, снова уставившись в спину удаляющегося босса. И как понимать его слова?

И все же самое важное я вычленила – это временно!

Чтобы убедиться в своих выводах, догнала его. Лифт еще не уехал, и, выставив руку вперед чтобы двери лифта не закрылись, я успела спросить.

– Как скоро? Точнее, как долго? Когда?

– Скоро.

– А поточнее можно? И что будет с этой должностью при новом владельце?

– Месяц или два, в любом случае до осени. А с твоей должностью? Все зависит от того, как хорошо ты себя зарекомендуешь. Идея с помощником была как раз не моя, а его. Так что все в ваших руках, Мария Александровна.

После этого он нажал на кнопку закрывания дверей, и я отступила на шаг назад, понимая его намек: разговор окончен, больше он мне ничего не скажет.

И ведь гад в конце назвал меня по имени-отчеству и на вы!

Что ж, пару месяцев вытерпеть в боссах Третьякова, и должность ЛПГД при новом владельце мне обеспечена. И если уж быть честной – да, забот больше, ответственности больше, но и оклад в два раза выше. А в том, что я с этой работой справлюсь, была уверена. Пришла пора сменить насиженное место в отделе кадров и показать себя. Вон даже Борис уверен, что это место мое.

Что ж, решение принято, надо пойти ознакомиться с этой чертовой должностной инструкцией. Что-то подсказывало, что в ней не все так гладко.

Какие еще пункты внес в нее генеральный специально для меня?

Должностная инструкция ЛПГД.

Это было нечто!

Самым простым и понятным в ней оказался пункт с пошаговым рецептом приготовления кофе. Все четко по граммам и минутам, вплоть до количества секунд перемола зерен. Составитель инструкции не упустил и температуру, точнее, уровень нагрева плиты. Уверена, Третьяков самолично правил стандартную инструкцию для штатных сотрудников издательства.

Отдельно была выведена ответственность и штрафы за нарушение «сего свода правил». Читая их, я мысленно пересчитывала количество дней, оставшихся до осени. Даже появилась мысль повесить на одну из стен моего кабинета большой календарь и зачеркивать дни. Но так как это может повлечь ненужные вопросы коллег и руководства, то решила забыть эту бредовую идею и продолжила чтение ДИ.

Надеюсь, новый владелец не успеет ознакомиться с этим утопическим трудом фантазера, трудоголика и самодура в одном лице и даст работать нормально. Ну а то, что Третьяков требовал от своего помощника, в частности от меня, выполнения практически диаметральных задач, это нормально.

Скажите, как можно одновременно проявлять самостоятельность в решении повседневных рабочих задач издательского процесса и при этом не проявлять неуместную инициативность? Кто определяет степень уместности? И почему мое понимание уместности сильно разнится с мнением генерального?

И каждый рабочий день доказывал мне это – мы антиподы!

Мне постоянно приходилось балансировать, как канатоходцу, иначе падение было обеспечено. Точнее, я чувствовала себя как девочка на шаре, приходилось вертеться, как юла, но при этом пытаться сохранить равновесие и внешний респектабельный вид, ведь я уже не девочка и вообще.

И если бы даже не стоял вопрос об увольнении, то вернуться в отдел кадров ну никак не входило в мои планы. Поэтому я научилась не реагировать на выпады начальника, благо у меня была многолетняя практика общения со свекровью.

За это я ей благодарна. Как уже говорила, Зоя Анатольевна была сложным человеком. Для мужа мнение его мамы было важней, чем мое. Всегда удивлялась, почему он согласился на переезд в столицу, но потом выяснилось, что это тоже было решением Зои Анатольевны. Взрослый сын с семьей мешал ее личной жизни, она как раз тогда очередной раз вышла замуж. Но даже будучи далеко, она не давала нам возможности забыть о ней.

Но жизнь – странная штука, и вот теперь мы мирно сосуществуем.

Так что, закаленная боями со свекровью, я легко научилась игнорировать нападки босса, что его еще больше злило. Порой мне казалось, что за ледяным взглядом безумно красивых голубых глаз босса скрывается не просто недовольство мною, а что-то большее.

И да, пришлось признать: его глаза всегда сводили меня с ума, вне зависимости, какую эмоцию они выражали, так что пришлось закопать поглубже все воспоминания и учиться быть безразличной.