Чтение онлайн

Пять минут спустя меня вызвал к себе босс и спросил:

– Кто лучше всех подходит на должность редакционного директора? Искать человека с улицы нет резона. Да и времени нет.

Вот так я поняла, что гендир собирается увольнять ММ. Нет, Мажора Моржового мне не было жалко, как начальник он был середнячком, а как человек – дерьмом. Так что скатертью ему дорога на вольные хлеба. В издательстве есть сотрудники, кто лучше него справится с должностью редакционного директора, поэтому не задумываясь ответила:

– Орсова, но тогда ОСЛы, – увидев поднятую левую бровь Третьякова, поспешила исправиться, – то есть отдел современной литературы будет без начальника, а там и так недобор штата, одна Барская и останется, пока Динская в отпуске, Марченко можно и не ждать, она в декрет только ушла.

– А кроме Орсовой?

– Кроме Ирины, – призадумалась я, – а не кому, в детской Жаворонков, он не подходит, в учебно-научной – Литвиненко, тот еще профессор. Дай волю, он только учебники да научные трактаты печатать будет. Исторлит давно перешла под ОСЛ, там только переиздания, и все. По-хорошему, расширить ОСЛ, но штатки на них нет, ММ, то есть предыдущий редакционный директор, Георгий Георгиевич, решил сократить их в прошлом году, да и оклад низкий, точнее, премии у них почти нет. Так что народ туда табунами не валит.

Выслушав мои аргументы, Третьяков отправил меня работать, но напоследок я услышала:

– И в следующий раз, Мария, прежде чем что-то делать, подумайте об уместности. Иногда ваша помощь просто не нужна.

– Но вы же сами спросили мое мнение, – опешила я, – вы спросили?

– Я говорю о том, что Василиса и сама могла собрать свои вещи. Просто примите к сведению, а сейчас отправьте мне личное дело Орсовой.

На этом разговор был окончен, я ушла в свой кабинет и выполнила указание босса. Какое-то время была в недоумении, но потом текущие вопросы заставили забыть о несущественном замечании гендира.

Что именно так разозлило Третьякова в моей помощи Василисе, я поняла чуть позже, когда поймала взгляд охранника. В обед пришлось поехать в школу к сыну, встреча с его классным руководителем была запланирована давно, но я умудрилась о ней забыть. Поэтому в срочном порядке, отложив совместный обед с Барской, я покидала издательство. Звонок Третьякова застал меня прямо на проходной, и, чтобы записать его указания, пришлось попросить листок бумаги и ручку у ребят-охранников, свой ежедневник я забыла и не смогла набраться наглости и сказать генеральному:

«Геннадий Дмитриевич, отправьте мне ваши указания на почту, прочту после обеда».

И вот, наклонившись над столом, я записывала слова гендира и молча наблюдала в отражении стеклянной перегородки, как, не произнося ни слова, а лишь мимикой и жестами у меня за спиной два мужика дают оценку моей п… юбке!

Конечно же, они оценивали юбку, просто раньше я как-то не замечала у них такого интереса к моей п…

Юбка моя была… как бы это сказать, вроде бы и приличная, но вот наклоняться в ней не следовало. Я еще когда ее покупала, предложила консультанту принести мне на размер побольше, уж слишком она обтягивающая.

– Ну что вы, Мария, это не вопрос размера, это такой фасон, юбка длинная, почти до колен, что подчеркивает ваш деловой и серьезный стиль, а силуэт делает женственной и в меру сексуальной. Такой легкий намек, и не более. Именно сексуальной, а не вульгарной.

С одной стороны, реакция охранников мне льстила, именно этого результата я и добивалась, меняя свой стиль, но, с другой стороны, замечание Третьякова сейчас получало другой смысл: «ползать тут на коленях».

Не нравится – не смотри!

А у меня сегодня вечером свидание с Борисом!

И если раньше я расстроилась, получив приглашение зайти куда-нибудь попить кофе после работы, то теперь успокоилась. Переживать из-за того, что не успею заехать домой и переодеться, теперь не нужно. Я и в офисной одежде шикарно выгляжу, по мнению мужчин. Просто уроню что-нибудь и подниму это или решу что-то записать и наклонюсь немного, чтобы продемонстрировать всю красоту моей п… юбки!

Мои мозги Рыбников, судя по его словам, оценил давно. То, что я красивая женщина, а не просто коллега по работе, в общем, он понял. И то, что у меня есть грудь, заметил во вторник, пора переходить и на другие части тела. А то мы за эти пару дней и общались лишь всего пару раз по телефону и смс, так что пока я лишь блеснула эрудицией. Хотя и это уже было больше, чем ничего, раньше мы общались лишь по работе. Сейчас же я была на правильном пути.

Но, увы, угостить его теми самыми фруктовыми корзинками не получилось. В итоге их лопали девчонки из отдела кадров, ну и мамонтихе досталось. А Бориса в тот же день, во вторник, еще до обеда отправили в срочную командировку, на производство в областной филиал.

И вот сегодня вечером моя Золотая Рыбка возвращается, именно поэтому он написал и позвал на кофе, фактически пригласив на первое свидание.

И я с нетерпением его ожидала.

Но?!

Свидание… как-то не случилось.

Нет, вы не подумайте, мы встретились с Борисом, зашли в одно из моих любимых кафе недалеко от издательства, попили кофе и разошлись.

И вот не знаю, чем я была расстроена больше в тот вечер?

Тем, что Борису позвонила сестра и попросила приехать присмотреть за племянником, или тем, что поцелуй Бориса на прощание не вызвал во мне те же эмоции и желания, что показательный поцелуй в офисе?

С кем я целовалась в конце рабочего дня и перед встречей с Борисом, несложно догадаться…

Как это произошло?

Случайно!

И если уж быть точной, целовались мы уже во внерабочее время.

Выполнив все задания босса и составив план на завтрашний день, мысленно я уже была на свидании с Борисом. Босса на работе не было, он сразу после обеда уехал и не должен был сегодня уже появиться в офисе.

Так что у меня были все шансы уйти с работы пораньше, но слишком правильная помощница гендира в моей голове запретила покидать рабочее место раньше времени. Что, впрочем, не помешало мне заняться нерабочими делами, а именно макияжем. Я решила его немного освежить. Нет, тонну штукатурки я не наносила, лишь хотела подчеркнуть глаза и освежить блеск на губах.

Так как у окна было естественное освещение, я, достав косметичку, расположилась там.

Параллельно с наведением красоты общалась с подругой по телефону. Римма с разбега в карьер забросала меня вопросами. Нам некогда было поговорить раньше, и она, конечно же, хотела узнать, какой фурор я произвела и как отреагировал тот, для кого все это затевалось. Разговаривать, держа телефон у уха, и красить ресницы не очень удобно, поэтому я включила громкую связь и делилась с подругой новостями.