Чтение онлайн

Через полчаса на улице появляюсь уже я.

Ну как появляюсь.

Меня на руках несет какой-то мужчина.

К нам подбегает охранник и, видимо, уточняет, все ли у нас ок. Судя по тому, как я там активно показываю поднятый вверх большой палец, мне было супер ок. Даю отмашку, чтобы незнакомец посадил меня в машину. Сам он садится за руль и выезжает с парковки.

– Фигеть, а кто это?! – кричу почти в ухо бывшему начальнику, отчего он морщится и отодвигает меня подальше от себя.

Но я упрямо снова льну к экрану, чтобы рассмотреть своего таинственного кавалера.

– Ты меня спрашиваешь? – теперь глаза уже закатывает Влад. – А вы чего это вообще бухать пошли средь недели?

– От меня муж ушел, – бросаю я без особого интереса, будто сообщаю, что вчера прошел ливень. Хотя нет, в пору этого летнего зноя новость о ливне вызвала бы больший ажиотаж.

– Оу, тогда 100% понимания и 0% осуждения, – сочувственно кивает Шишкин.

Молча пялимся в пустой экран, точнее пустующее парковочное место.

– Но куда он меня увез? – озвучиваю назревший вопрос.

– Ты где проснулась?

– Дома.

– У него или у себя?

– У себя.

– Одетая?

– Да, – неуверенно отвечаю, потом напрягаю извилины и уже точно подтверждаю: – Да!

Снова замолкаем.

– Хмн… тогда теперь уже я озадачился, – чешет густые бакенбарды Влад.

Понимаю, что ловить тут больше нечего, благодарю друга и мчусь домой в надежде найти свою красавицу во дворе в целостности и сохранности.

– Ты куда пропал вообще?! – кричу на Пашу, который сегодня ведет себя тише воды и ниже травы.

– Карапуз, вот не ори, а? И так голова болит от этого балагана, – отмахивается друг и наливает себе большой стакан кофе, присыпав сверху кокосовой стружкой и катышками маршмеллоу.

Да, иногда вкусовые пристрастия Демидова ставят в тупик даже меня. Будто общаюсь не с девяностокилограммовым мужиком, а с пятнадцатилетней альтушкой в расцвете пубертата.

Сегодня мы репетируем концерт, где во время выступления артистов на одном из огромных экранов транслируют меня в образе чародейки (скорее, ведьмы). Мой жестовый перевод сопровождают мощные видео- и аудиоэффекты, например, из-за спины вылетают бабочки и драконы, а из рук – огонь и потоки воды.

В общем, все очень серьезно и впечатляюще, поэтому режиссер-постановщик сильно стрессует и без умолку орет на всех с самого утра.

– Мы бухали два дня назад, сколько можно отходить-то? – хлопаю товарища по спине, отчего тот роняет печеньку на пол. Упс.

– Тебе сколько лет? – недовольно бурчит Паша, расстроенный потерей, которую быстро восполняет эклером.

– Ну, тридцать.

– Видишь, ты еще молодая, быстро восстанавливаешься. А я, к сожалению, уже super-стар, – кряхтит друг, наблюдая, как его коллег-операторов гоняют по площадке.

Павел сегодня работает за пультом, поэтому от марафона с утяжелителями его освободили.

– Пффф… Сколько тебе лет? Сорок есть? – хмыкаю и тоже беру себе эклерчик.

В отличие от Демидова, с генами мне повезло – метаболизм точно как у пятнадцатилетней (говорю же – ведьма). Несмотря на объем потребляемой еды – я дрыщный дрыщ, что играет мне на руку. Все так и рвутся накормить бедного голодного Карапуза.

– Обижаешь. Мне тридцать семь. Только.

– «Только», – передразниваю противным голосом и закатываю глаза. – А ты куда делся вообще из бара?

– Прикинь, у меня будто автопилот сработал. Просто когда наступает определенная кондиция, я на автомате вызываю такси и еду домой. – Задумчиво жует зефирчик и делает вывод: – Офигеть, как Машка меня выдрессировала. А ты как домой добралась?

– Это у меня к тебе вопросы. А ничего, что ты меня там кинул хер знает с кем?

– С кем?!

У Павла очень подвижные уши. Когда он удивляется или пугается, уши прижимаются к черепу, как у нашкодившего пёселя. Вот как сейчас.

– И ты меня спрашиваешь?

Пересказываю ему историю о том, как после просмотра записи вернулась домой и действительно нашла машину у дома. На всякий случай даже перепроверила квартиру на предмет пропажи чего-либо. Мои личные пожитки вряд ли бы кого заинтересовали, но технику не вынесли. Замок тоже не ломали – явно его открывали ключом.

То есть, если включить воображение, тот незнакомец не только довез меня до дома, но еще и помог добраться до квартиры и уложил спать. При этом не оставил о себе никаких намеков и напоминаний, помимо размазанного чёрно-белого силуэта на записи камеры видеонаблюдения.

– Ни фига себе, Карапуз! – Паша хватается за голову, будто она готова лопнуть от переизбытка впечатлений.

– А я тебе о чем? Давай вместе вспоминать, что вообще было. На тебя последняя надежда.

– А ты у сотрудников спрашивала? – перестраховывается товарищ. Видимо, его память тоже ему изменяет или просто бессовестно подводит.

Ох, память, а ты та еще непостоянная штучка.

– Сказали, что была живая музыка.

– Да! Точно, это я помню. Что ещё говорят?

– Ну… эээ… что я танцевала на барной стойке.

Демидов на секунду зависает, уставившись в почти допитый стакан кофе, затем вскидывает палец вверх. Над ним будто лампочка зажглась.

– Аааа…

– Что?! – хватаю его за руку. – Ты что-то вспомнил?

– Да! Точно! Мы бухали, играла живая музыка, ты крикнула, что это твоя любимая песня и полезла на бар танцевать. Потом…

Мужчина замолкает, отчего у меня в голове мелькает миллион картинок разного уровня абсурда. Зная себя, это могло быть что-то совсем безобидное (просто попросила Лёшу забрать – тогда многое проясняется), до около криминального (подралась с солистом за микрофон).

Кстати, а почему я сразу не подумала на Алексея?! Это же самый логичный вариант. Спьяну набрала бывшего, он приехал и забрал из бара, знал, куда ехать, не изнасиловал и ничего не спер из квартиры. Тем более худощавый высокий силуэт весьма смахивает на бывшего супруга.

Но если всё было так прозаично, Демидов не выдерживал бы драматическую паузу, поэтому все же спрашиваю:

– Что потом?!

– Ты прыгнула в толпу!

– Прыгнула в толпу?!

Так, этот вариант еще можно отнести к низкой степени экстремальности. Наверное, танцующие расступились, и я стукнулась головой о пол, поэтому и позвонила Лёше.